Узбекистан: после бая

Эпоха Ислама Каримова завершена. Кто унаследует узбекский трон и сменится ли в стране система власти — разбирался The New Times

Первого cентября на самаркандском кладбище, которое примыкает к знаменитому архитектурному и историческому памятнику Шахи Зинда, было оживленно. Вначале сюда проследовала вереница грузовиков, груженных дорогим импортным кирпичом и мрамором, потом десятки рабочих принялись разравнивать, а попутно и «благоустраивать» солидный кусок территории. Самарканд — родной город Ислама Каримова, который бессменно — и единолично — правил Узбекистаном 25 лет, с момента распада СССР. В Шахи Зинда покоятся два его брата и мать. В тот же день, 1 сентября, по Самарканду мгновенно разнесся слух: «Он умирает или уже умер… «Они», те, кто вокруг него, — срочно готовятся к похоронам, будут строить временный мавзолей. Сюда уже приезжал лично премьер Мирзиеев — раз приезжал, значит, он и возглавит комиссию по похоронам, а раз возглавит комиссию, значит, и будет новым юртбаши (главой государства. — NT)».

В тот же день, 1 сентября, британcкая газета The Guardian процитировала великого американца XVIII века Бенджамина Франклина: «Ни о чем в мире нельзя говорить с уверенностью, кроме смерти и налогов». Но 32-миллионный Узбекистан 78-летнего Ислама Каримова, самая густонаселенная страна Центральной Азии, жил не по «правилу Франклина». Он жил по классическим правилам диктаторских режимов: вождь не несет ответственности перед своими подданными ни за что, включая собственную смерть. Для подданных она такая же тайна, как и его жизнь. К моменту, когда из грузовиков выгружали дорогой кирпич, предположительно, для мавзолея Каримову, поданные уже пять дней как знали, что вождь тяжело заболел, даже больше — нетрудосопособен — кровоизлияние в мозг. Это было первое официальное сообщение о болезни вождя за все 25 лет его правления. До этого вождь был всегда официально здоров. А раз так, тут же сделали вывод подданные, применив метод дедукции, — на самом деле все гораздо хуже. И вождь, как кто-то тут нам «подбрасывает», может, и правда умер еще три дня назад, 29 августа.

2 сентября кабинет министров Узбекистана оповестил граждан республики о резком ухудшении — до «критического» — состояния здоровья Ислама Каримова; на лентах новостей появились сообщения (позже, правда, официально опровергнутые) о намерении президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, единственного из глав соседних государств, с кем у Каримова были доверительные отношения, посетить 3 сентября Узбекистан — учитывая, что Назарбаев находился в Китае, повод должен был быть совсем уж экстренным. Би-би-си сообщила, что аэропорт Самарканда весь день 3 сентября будет закрыт для обычных рейсов, а Reuters даже попутно объясняло почему — из-за похорон Каримова.

Вечером 2-го факт смерти подтвердили официально…

Когда случилось кровоизлияние в мозг, «большая семья» явно растерялась — указаний от вождя, как быть с его состоянием здоровья, не поступало

---

«Большая семья»

«Умер или жив» — гадание для простых смертных. Ислам Каримов исходил из того, что он вечен, хотя и дозволил записать в Конституции: в случае досрочного прекращения полномочий президента вся полнота административной власти переходит к председателю сената, верхней палаты парламента. Кстати, главу этого самого сената зовут Нигматилла Юлдашев. Кому-то что-то говорит это имя? Так, чиновник, бумажки перебирает где-то там… У Каримова были собственные представления о вертикали власти, которую он выстраивал жестко и последовательно, методом выжженной земли: рядом — самые лояльные и преданные: глава кабинета министров, глава Службы безопасности, первый вице-премьер, отвечающий за внутренние финансовые потоки, две дочери-помощницы (старшую, Гульнару, он, говорят, недавно простил после серьезной размолвки: кто-то услужливо доложил отцу, будто дочь всерьез метит в президентское кресло) — и да, жена-советчица, Татьяна Акбаровна, к чьим советам он с каждым годом прислушивался все больше. Это так называемая большая семья. Вне ее — чиновники не столь обласканные, но столь же лояльные. Все остальные — иных уж нет, а те далече.

Но когда случилось кровоизлияние в мозг, «большая семья» явно растерялась — указаний от вождя, как быть с его состоянием здоровья, не поступало, кому передавать власть — тоже. «Перед Каримовым до сих пор стояло два пути реализации преемственности власти, — подчеркивает узбекский политолог Камолиддин Раббимов. — Первый, так называемый эволюционно-подконтрольный, когда он передал бы верховную власть своему преемнику под личным контролем. Второй — условно можно назвать «рискованно-неопределенным»: Каримов находится у верховной власти до последних физических ресурсов».

Исламо-бобо, или дедушка Ислам, как любят называть Каримова в Узбекистане, «пришел» к финишу вторым путем. Кто примет эстафету?

Фаворит

Борьба за власть в Узбекистане исторически носила клановый характер. Крупные и богатые Хорезм, Фергана, Ташкент, Самарканд и Бухара, незначительно отличающиеся друг от друга диалектом, обычаями и бытом, всегда конкурировали друг с другом за главенство в регионе. После того, как большевики объединили эти области в единую страну, борьба выходцев из них продолжилась, но уже за чиновничьи кресла. За 25 лет каримовского правления местническая конкуренция приобрела четко оформленные контуры. В итоге элиты регионов заключили негласный договор о сферах влияния — так возникли коалиции в виде ферганско-ташкентского и самаркандско-бухарско-джизакского кланов. Один из самых могущественных представителей последнего — 59-летний Шавкат Мирзиеев, возглавляющий кабинет министров аж с 2003 года, человек небольшого роста, но с непомерными амбициям, хваткий, жесткий и жестокий. Каримов ценил его за умение достигать результата любым путем. Чего стоят его «хлопковые кампании», когда план по сдаче хлопка выполнялся даже в самые неурожайные годы, а на хлопковые поля по разнарядке сгоняли людей самых разных специальностей, причем не только из госсектора, хотя экономика в Узбекистане до сих пор носит большей частью плановый характер. Хокимы (главы) областей и районов, обычные фермеры и сельхозпроизводители за глаза называют Мирзиеева «тираном».

Еще одна деталь: Мирзиеев — дальний родственник одного из богатейших миллиардеров России, этнического узбека Алишера Усманова. Кстати, именно этот факт приводится многими наблюдателями в доказательство якобы «пророссийской» ориентации узбекского премьера, как и того, что именно он унаследует узбекский трон. Эксперты в один голос утверждают: Мирзиеев вполне устраивает Москву в качестве нового главы государства на ближайшие годы. Но не все так просто.

Как пояснил в приватной беседе один из бывших представителей узбекских силовых структур, притязания Мирзиеева на трон вполне может поддержать узбекское МВД, оказавшееся под полным контролем Службы национальной безопасности (СНБ), во главе которой уже 21 год стоит еще одно доверенное лицо Каримова — Рустам Иноятов. Глава МВД — его человек. И хотя самого 72-летнего Иноятова, страдающего сахарным диабетом, по оценке многих аналитиков, вполне устраивает его нынешняя должность, не факт, что он добровольно согласится поделиться частью своих полномочий и привилегий.

Конкурент

Главной альтернативой Мирзиееву принято считать первого вице-
премьера и министра финансов Рустама Азимова, представителя ташкентского клана. Азимов, выросший в интеллигентной профессорской семье, сделал свои первые деньги еще в начале 1990-х на базе одного из коммерческих банков. Сейчас, говорят, он контролирует активы, эквивалентные бюджету Центробанка Узбекистана. Выпускник Ташкентского госуниверситета и обладатель степени магистра Оксфорда, вице-премьер Азимов считается, в отличие от Мирзиеева, прозападным политиком. При этом финансист пользуется влиянием и в силовых структурах, лично дружит с Иноятовым. Вот почему, когда 29 августа, вслед за «молнией» о смерти Каримова, пошли сообщения о том, что 57-летний Азимов, сумевший найти ключ к сердцу Каримова еще в конце 1990-х, помещен под домашний арест, знающие люди в Ташкенте только посмеялись: «Кто ж на это решится, если нет указания Самого!»

Премьер мирзиеев — дальний родственник богатейшего российского олигарха Алишера Усманова

Чего ждать

Ислам Каримов так долго отстраивал модель несменяемой власти в Узбекистане, что еще какое-то, а может, и весьма продолжительное время она будет работать по инерции — нукеры будут по-прежнему командовать и делить прибыли, народ — безмолвствовать. Но может случиться и иначе: нукеры в отсутствие верховного владыки не договорятся, не поделят добычи и начнут межплеменную вражду, и тогда почти наверняка прольется кровь. Метод выжженной земли — родимое пятно диктатур и автократий. То, что переживает Узбекистан сегодня, — почти неминуемая перспектива и для России (у Путина, как и у Каримова, — тоже две дочери), и для Казахстана, и для Белоруссии, где президент загодя занялся «подготовкой» сына. Только ведь и Каримов вроде бы готовил. А вышло вон оно как…

Свидетельство

Первая новость о том, что Ислам Каримов умер, разошлась по миру еще 29 августа с подачи информационного агентства «Фергана». Как обо всем
этом узнала сама «Фергана» — The New Times поинтересовался у ее главного редактора Даниила Кислова:

27-го утром мы узнали, что накануне Каримову на каком-то семейном торжестве стало плохо, 28-го весь день проверяли информацию из разных источников, когда их набралось три — дали новость.

Так когда все-таки, по вашим данным, Каримов умер?

29 августа, между 15 и 16 часами по ташкентскому времени.

Вы говорите про «семейное торжество»? Было же официальное сообщение — про банкет в честь Олимпийской сборной страны, и не 26-го, а 27-го.

Нет, по нашим данным, 26-го, причем, скорее всего, речь шла о дне рождении жены, Татьяны Акбаровны. Правда, точную дату ее дня рождения нам все равно установить не удалось.

Почему?

А потому что это тоже тайна для узбекских граждан. Узбекская власть — одна из самых закрытых в мире. Нет такой информации, про которую можно было бы априори сказать, это стопроцентная правда.Тем не менее: мы решили, лучше дать новость, чем не дать.

Что могло произойти между 29 августа и 2 сентября, когда о кончине было сообщено официально?

Каримов мог находиться на искусственном обеспечении жизни, пока его окружение решало, как, а главное, когда подавать новость народу. Диктатуры и автократии мнят себя всемогущими, но при этом не знают, как передать власть, и впадают в ступор. Брежнев умер 7 ноября, а все узнали об этом только 11-го. Гейдар Алиев вообще больше месяца пролежал в коме, пока его сын «решал вопрос» с победой на выборах, при этом никто до сих пор не знает, лежал ли папа в коме на самом деле.

Узбекистан — это Советский Союз сегодня. Важнейшая информация считывается из элементов бюрократического ритуала.

И что вам удалось «считать»?

Прежде всего, то, что фигурой номер один становится премьер Мирзиеев. Сообщение о болезни лидера вышло из недр кабинета министров, а не администрации президента, как можно было бы ожидать. В тот же день Мирзиеев возлагал венок к памятнику героям Узбекистана в рамках торжеств в честь 25-летия Независимости.

Еще мы узнали, что в Ташкенте 27 августа были уволены все лечащие врачи, окружавшие Каримова, — боялись, как бы они чего лишнего не разболтали, и срочно приглашены иностранцы, из Германии, Финляндия... Полетел туда из Москвы и Лео Бокерия.

Каримов не лечился за рубежом?

Никогда. Он всегда выписывал всех светил к себе.

Фото: ria novosti/afp, www.ru.wikipedia.org, михаил метцель/тасс, ria novosti/afp

v6.9.2 new features and bug-fixes: