Пытки с доставкой. Родственники заявляют о многочасовом истязании задержанного студента из Митино

На прошлой неделе к московским правозащитникам из «Комитета по предотвращению пыток» обратились родственники студента-медика Мурада Рагимова. По их словам, 22-летнего молодого человека несколько часов избивали и пытали сотрудники столичного СОБРа, пришедшие с обыском в квартиру Рагимовых в Митино. Сначала студента обвиняли в связи с террористами из «Исламского государства», но в итоге задержали его по подозрению в хранении «спайса».

30 августа в 6:15 утра семью Рагимовых разбудил звонок в дверь. Неизвестные представились полицейскими. 22-летний студент Российского национального исследовательского университета имени Пирогова Мурад Рагимов впустил их в квартиру. Удар по лицу свалил его с ног; в узкий коридор квартиры ввалились несколько десятков человек в масках и бронежилетах. Они сковали Рагимова наручниками и потащили на кухню. Небольшими группами мужчины в черной форме с шевронами «СОБР» разбрелись по квартире; их командир сказал, что Мурада подозревают в убийстве сотрудников полиции в Дагестане.

«Я сказала, что этого не может быть, и что он последние несколько дней занимался оформлением образовательного кредита для оплаты обучения в университете в Москве», — рассказала «Медиазоне» Гюнай Рагимова, сестра молодого человека. По ее словам, в то утро полицейские отказались предъявлять ордер на обыск, но зашли в комнату, где спали Гюнай и ее младшая сестра, и начали рыться в сложенной одежде девушек. Двоюродного брата Мурада приковали наручниками к столу, а его самого в это время избивали на кухне. Один из бойцов спецподразделения МВД навалился на задержанного, вдавил его в обеденный стол и начал наносить удары по голове, спине и животу. «Мы видели, как его бьют, применяют к нему электрошокер. Он кричал от боли, его соседи даже слышали. Потом один из них взял хрустальную конфетницу и разбил ее об голову моего брата», — говорит Гюнай.

Командир СОБРа сообщил родственникам, что, по данным правоохранительных органов, в 2014 году Рагимов четыре раза ездил в Сирию, где стал боевиком «Исламского государства». Однако после того, как сестра задержанного показала им загранпаспорт Мурада, полицейские отказались от этой версии. «Он вообще 2,5 года не выезжал из Москвы», — утверждает Гюнай. Несколько лет назад молодой человек навещал в Турции дальних родственников; у них он провел пять дней. «Он каждый день присылал фотографии из разных туристических мест, был на Босфоре там и ни в какую Сирию не ездил, не было его там», — объясняет девушка.

Обыск, по словам близких Мурада, продолжался более трех часов. Примерно в семь утра в квартиру зашла девушка-кинолог с двумя собаками. Они дважды обошли все комнаты, прошлись возле электрощитов, обследовали лестничную клетку и мусоропровод. Собаки в квартире наркотиков не обнаружили.

Все время, пока полицейские осматривали квартиру, студента продолжали истязать на кухне, рассказывает Гюнай. Несколько раз бойцы СОБРа надевали на голову молодому человеку полиэтиленовый пакет и душили его. «Было очень страшно, он задыхался, дергался. Казалось, что он при смерти. Мы просили, умоляли их хотя бы не надевать ему пакет», — говорит Рагимова. Когда задержанный терял сознание, его обливали водой из-под крана и приводили в чувства ударами электрошокера. Кто-то из силовиков ударил молодого человека ножом в стопу ноги, утверждает его сестра. Несколько часов сотрудники МВД требовали показать, где ее брат прячет оружие и наркотики.

«Брат говорил им, что у него нет наркотиков, нет боеприпасов. Он говорил, он кричал: "Проверьте меня на полиграфе, я не вру!". А один из этих показывает ему электрошокер и говорит: "Вот твой полиграф". В какой-то момент он уже не мог стоять, сидеть не мог, весь в крови был», — говорит Гюнай. По словам девушки, несколько раз сотрудники СОБРа ударили ее отца. Пока несколько человек избивали Мурада, их коллеги ели мороженое, которое взяли из холодильника Рагимовых.

Около восьми утра силовики попросили сестру Мурада принести ему одежду, поскольку все это время молодой человек был в одних трусах. Кроме того, они потребовали дать им чистые полотенца, чтобы вытереть кровь с лица и с тела задержанного.

«Я лично, своими руками, достала из шкафа и передала ему черные брюки и серую толстовку, носки и мокасины. Они взяли вещи, помогли ему кое-как их надеть, а потом спинами загородили вход на кухню. Кто-то сказал: "Включите камеру". Вот так открыто они подкинули ему в карман полиэтиленовый сверток», — возмущается Рагимова. Она отмечает, что, хотя в квартире и был беспорядок, сам обыск сотрудники полиции проводили довольно поверхностно: не осмотрели ни книжный шкаф с учебниками, ни гардеробы с одеждой и обувью. «Они расшвыряли вещи в комнате, как будто хотели сделать видимость проверки», — говорит она.

Около десяти утра в квартиру пришел следователь Александр Дергоусов с двумя понятыми. К этому моменту сотрудники СОБРа вытерли самые заметные лужи крови с пола и со стола и прополоскали окровавленные полотенца в раковине. Перед уходом полицейские хотели забрать их с собой, но родственники успели схватить пакет раньше; теперь хранят полотенца со следами крови для экспертизы.

К полудню Мурада Рагимова доставили в отдел полиции, а оттуда отвезли в городскую клиническую больницу №36, где врачи перевязали ему раны на руке, но отказались зафиксировать ножевое ранение и делать прививку от столбняка. Родственники утверждают, что молодого человека представили медикам как международного террориста, поэтому персонал больницы общался с пациентом и его семьей «с откровенным пренебрежением». После осмотра Мурада вновь доставили в отделение, где один из следователей предложил ему признаться в хранении «спайсов» в обмен на мягкий приговор суда. Через сутки после задержания Мураду Рагимову предъявили обвинение в хранении наркотиков в крупном размере (часть 2 статьи 228 УК), а 2 сентября Тушинский районный суд арестовал его на два месяца.

«Мы дежурили у ОВД двое суток, ездили в больницу, когда возили Мурада. Понятых, которые к нам приходили, мы в тот же день видели в полиции. Разве это правильно? В полиции говорят, что он оказывал сотрудникам сопротивление, но он не оказывал. До сих пор нас никто не допрашивал. Никому не интересно, почему нас избили, за что. У него на шее были следы от ручек пакета, на руках порезы от наручников. Почему это никого не интересует?» — жалуется Гюнай. Сейчас ее брат находится в СИЗО-3 Москвы и, по его словам, чувствует себя нормально.

Рагимовы переехали в Дагестан из Азербайджана в начале 1990-х, с 1997 года семья живет в Москве. По словам родственников, Мурад не бывал в Дагестане с детства. До поступления в институт молодой человек подрабатывал продавцом в магазине одежды и ночным администратором в фитнес-клубе. С дагестанской пропиской на работу его принимали неохотно, говорят родственники.

С соседями по лестничной клетке Рагимовы общаются мало. Пенсионерка Ольга Николаевна из соседней квартиры признается, что за несколько лет соседства видела Мурада всего пару раз. «Высокий обычный парень. Семья вообще спокойная», — говорит она. Во время обыска у Рагимовых она была дома и, по ее словам, слышала громкие крики, доносившиеся из квартиры соседей.

«Я проснулась у себя дома от резкого хлопка. Не поняла даже, как будто бы что-то взорвалось или обрушилось. Я вскочила, заглянула в дверной глазок, но ничего было не видно. Слышно, что там толпятся люди, разговаривают мужчины. Ничего было нельзя понять сначала. У соседей были слышны крики, плач, вой. Кошмар, в общем», — говорит она. Выглянув на улицу, она увидела, что под окнами ее дома припарковано несколько полицейских автомобилей, а возле входа в подъезд дежурят люди в форме. Около восьми часов утра прямо под дверью пенсионерки один из полицейских зачитал постановление об обыске «по поводу наркотиков». Спустя несколько часов Ольга Николаевна, все утро ходившая от окна к двери, увидела, как из подъезда выводят мужчину. «Руки за спиной, на голове капюшон был. Я потом узнала, что это сосед, Марат его, кажется, зовут или Мурат», — вспоминает пенсионерка.

«Комитет по предотвращению пыток» начал расследование дела об избиении Мурада Рагимова. «Мы опросили двух сестер и мать Мурада Рагимова. Все они рассказали одну и ту же историю. Косвенно их версию подтверждают и соседи по подъезду, которые слышали крики избиваемых. По данному факту мы начали общественное расследование», — говорит юрист московского отделения правозащитной НКО Анастасия Гарина.