"В глазик попало"

В редакцию Радио Свобода поступило письмо, фактически являющееся ответом на интервью бывшего юриста компании ЮКОС Дмитрия Гололобова, которое лондонский корреспондент Радио Свобода Наталья Голицына взяла в августе 2016 года.

В интервью Гололобов рассуждает о причинах, побудивших его дать показания (которые сам он называет "меморандумом") американскому суду по делу о непризнании решения Гаагского международного арбитража выплатить бывшим акционерам ЮКОСа 50 миллиардов долларов. "Если в результате сделки куча людей обмануты, но как бы нормы формально соблюдены, это, конечно, вопрос к очень большим судам, это незаконно в конечном итоге", – в частности заявил Гололобов. Показания бывшего юриста ЮКОСа могли значительно усилить позицию российской стороны в суде. Месяц назад представители Михаила Ходорковского отказались комментировать как сам факт направления Гололобовым показаний в суд, так и содержание меморандума.

Поступившее на Радио Свобода письмо подписано Романом Хоменко (бывший исполнительный вице-президент и вице-президент НК ЮКОС), Натальей Кантович (бывший сотрудник Правового управления НК ЮКОС, юридический советник группы компаний ЮКОС) и Оксаной Паскаль (бывший менеджер филиала банка МЕНАТЕП в республике Кипр). Мы публикуем его полностью.

Дело ЮКОСа обречено войти в историю во многих смыслах. Не в последнюю очередь благодаря ярким, незабываемым, а порой и просто комическим эпизодам юридического, судебного и правового беспредела, совершаемого не обычными гражданами, а людьми, облеченными властью, погонами и мантиями. Причем беспредела эпических, невиданных доселе в новейшей истории России масштабов.

Некоторые из эпизодов являются образчиками такого космического абсурда, что даже свидетели обвинения признавали это в ходе судебного процесса, а многие эксперты до сих пор руками разводят в изумлении. Чего только стоит обвинение Ходорковского и Лебедева в "хищении" 350 миллионов тонн нефти у нефтедобывающих предприятий ЮКОСа. И ведь ладно, если бы абсурдом был только сам факт "хищения" у самих себя нефти! Так еще и размер "похищенного" на более чем двадцать три миллиона тонн превышал размер добытого. А в качестве последнего штриха эта разножопица – "украдено больше, чем добыто" – совершенно не помешала придворному судье Данилкину отразить всю вышеперечисленную феерическую бессмыслицу в приговоре.

И конечно же, с точки зрения басманного правосудия, нет ничего удивительного в том, что при таком космическом "хищении" и суммы должны фигурировать космические. Например, следователи и прокуроры Генеральной прокуратуры в 2007 году включили в обвинение по делу сумму в размере более 60 триллионов долларов США (по слогам: "трил-лио-нов дол-ла-ров США"). Для сведения – это примерно 500 годовых бюджетов Российской Федерации в масштабе цен того периода.

Все эти теперь уже свершившиеся факты нельзя отнести к обычным ошибкам. Ошибка – это когда исправляют или изымают из дела документы и извиняются. А когда специально фальсифицируют документы, а затем, будучи пойманными на лжи, оставляют все без изменений, да не просто где-то, а в приговоре, в качестве основания причастности человека к преступлению, – это уже намеренное деяние. В случае же, когда исполнителями такого деяния являются облеченные властью лица, юристы, следователи, прокуроры и судьи, а в результате их деятельности на скамье подсудимых оказываются ни в чем не повинные люди, это уже переходит в разряд самого настоящего преступления.

Так, в одном из эпизодов (а таким эпизодам в деле ЮКОСа несть числа) участники этого незабываемого "шоу" использовали в качестве доказательства вины Лебедева письмо, в котором якобы была его подпись. При этом в соответствующем документе, фигурировавшем в деле, подписи Лебедева не было и в помине. В одной только этой фальсификации и подлоге были задействованы пятнадцать придворных юристов, следователей, прокуроров, судей, включая судей Верховного суда.

Эти детали дела ЮКОСа упомянуты неслучайно, ибо они очень четко доказывают, что государство не останавливается ни перед чем, лишь бы оправдать свои же собственные преступные намерения или скрыть свою же несостоятельность. В том числе не гнушаясь использованием в этих целях психически неадекватных людей. Проявляя, кстати, в данном аспекте несвойственную для себя последовательность.

Остается загадкой, почему высокообразованные, в большинстве своем состоявшиеся люди, в данном случае юристы, с серьезным опытом работы, при должностях, погонах и мантиях, от генералов юстиции до заместителей генеральных прокуроров и верховных судей, сталкиваясь с этим делом, в мгновение ока начинают демонстрировать катастрофическое расстройство умственной деятельности и невменяемость, плавно переходящую в психическую неадекватность? Были ли они такими изначально, а государство просто руководствовалось определенными критериями их отбора, или же стали такими в процессе "соприкосновения с прекрасным", в данном случае делом ЮКОСа, – сказать наверняка сложно.

Хотя ощущение, что в стране повсеместного допинга дело ЮКОСа каким-то образом тоже превратилось в тяжелый наркотик с эффектом мгновенного привыкания, не покидает. И стоит человеку приблизиться к его орбите, все, пиши пропало – перед вами психически неадекватное лицо, забывшее о долгих годах обучения юриспруденции, юридической практике и канонах, опыте и так далее, и начинающее вместо приложения своих навыков к работе впадать в эйфорию, позволяя эмоциональной оценке взять верх над здравым смыслом. Да что там, занимая отведенное им государством место у конвейера беспринципности, неизбежности выводов и безнаказанности, люди теряют даже самые элементарные навыки, такие, как умение считать, читать, слышать и думать.

Взять опять же приснопамятного прокурора Лахтина, одного из главных действующих лиц дела ЮКОСа от имени государства. Этот на вид вполне состоявшийся юрист заявлял суду о наличии подписи Лебедева в документе, в котором ее по определению быть не могло, через мгновение отказываясь от своих же собственных слов. Что, впрочем, неудивительно, так как помимо несуществующих подписей Лебедева он обнаружил в документах дела ЮКОСа даже подпись Карла Маркса (?!), о чем и поведал ничтоже сумняшеся суду и изумленной публике.

Очевидно, в конвейере задействованы в том числе и молодые люди, которые о существовании такой исторической личности, как Карл Маркс, знать не знают, ведать не ведают. Впрочем, не только они. В ходе процесса Лебедев получил записку от журналиста, где черным по белому было написано: "П.Л. А там что, действительно не было подписи Карла Маркса на этом документе?"

Причем, как уже упоминалось, изумляет необычайная последовательность государства в использовании людей, демонстрирующих психическую неадекватность. Термин "психическая неадекватность" выбран вполне осознанно: в тех случаях, когда облеченные властью люди, в данном случае юристы, представители судебной и правовой ветвей власти, руководствуются в своей профессиональной деятельности не фактами и буквой закона, а своими личными эмоциональными оценками – их деятельность автоматически переходит из разряда элементарной профессиональной пригодности и соответствия занимаемым должностям в разряд психики и/или психологии.

В новой попытке возродить никак не желающее поддаваться дело ЮКОСа, Российская Федерация решила задействовать еще одного человека, также представляющего себя юристом и также исполняющего, мягко говоря, не совсем свойственные этой профессии, требующей скрупулезности и повышенного внимания к фактам, коленца. Речь идет об одном из бывших юристов ЮКОСа, ныне именующим себя адвокатом, профессором и владельцем собственной юридической конторы в Лондоне, Дмитрии Гололобове.

И хотя в некоторых СМИ упомянутый юрист представлен как "главный юрист ЮКОСа", хотим со всей ответственностью заявить: г-н Гололобов не был настоящим главным юристом компании ЮКОС. То, что он не опровергает присвоенное ему прессой или же сообщенное им самим звание, по-человечески, конечно, понять можно – несостоявшиеся амбиции и прочие сожаления. Но все же хотелось бы подчеркнуть: на компанию работало много юристов, г-н Гололобов был всего лишь один из них. Настоящим главным юристом компании ЮКОС был бесконечно талантливый, принципиальный и благородный Василий Алексанян. Как действительно главный юрист ЮКОСа Василий Алексанян защищал интересы компании и сотрудников до самой своей смерти, фактически оставаясь им и когда занимал другие должности в компании, и когда отказывался идти на сговор со следствием. Также интересы ЮКОСа защищал и защищает другой юрист, Дэвид Годфри.

А вот г-н Гололобов, чуть больше года побыв формальным начальником правового управления, пока Алексанян в качестве адвоката защищал Ходорковского и Лебедева, в 2004 году сбежал от уголовного преследования, вместо того чтобы "добровольно подчиниться" властям, как он сам же и советует в своем новоиспеченном так называемом "Меморандуме" (см. п. 61). Г-н Гололобов не защищал ни компанию, ни работавших в ней людей. Он вообще никого, кроме себя, не защищал, развив на этом поприще бурную публичную деятельность и сообщая всем, кто хочет и не хочет слушать, свои бесконечные претензии в адрес МБХ, из выделенных средств которого, стоит напомнить, оплачивалось, в том числе, и его, Гололобова, комфортное существование и образование в Лондоне, давшее ему возможность стать профессором права и квалифицироваться в качестве английского юриста.

Но награда нашла своего героя, и г-ну Гололобову наконец-то представилась возможность "добровольно подчиниться" властям Российской Федерации, дав лживые показания американскому суду в обмен на иммунитет от уголовного преследования. При любезном "посредничестве" юристов White & Case, представляющих Российскую Федерацию в деле против основных акционеров ЮКОСа по иску на $50 млрд, рассматриваемом в федеральном суде американского округа Колумбия, г-н Гололобов как раз и подписал, совершенно "добровольно", тот самый, уже упомянутый "Меморандум" (слово "показания" имярек почему-то стесняется использовать), в котором описаны все "ужасы нашего городка".

Даже беглого просмотра этого насквозь лживого "Меморандума" достаточно, чтобы получить представление о мошеннических спекуляциях и, следовательно, об уровне юридической и профессиональной адекватности подписанта. Что, впрочем, нисколько не удивляет. Как и было сказано выше, любой, кто попал на орбиту дела ЮКОСа в качестве избранника государства, мгновенно достигает единого уровня профессиональной деградации: будь то прокурор Лахтин, судья Данилкин или бывший сотрудник самой компании.

Например, в этом так называемом "Меморандуме" юрист (!) Гололобов на голубом глазу называет ОАО НК "ЮКОС" государственной компанией (пп. 9, 53 т.н. "Меморандума"), не удосужившись задуматься об абсурдности данного утверждения: открытое акционерное общество по определению не может являться государственной компанией. Дальше больше: обозвав ЮКОС госкомпанией, юрист Гололобов легким взмахом руки превращает топ-менеджеров открытого акционерного общества НК "ЮКОС" в государственных (или правительственных) служащих (пп. 15, 53 т.н. "Меморандума"), а причитающиеся им, топ-менеджерам, бонусы – в "неправомерные и незаконные платежи" (п. 53 т.н. "Меморандума"). Тем самым создавая в глазах сначала журналистов, например, РБК или Радио Свобода, а через них и публики, иллюзии взяток и откатов. Вуаля!

С целью же придания правдоподобности всей этой шаткой пирамиде лжи имени себя, г-н Гололобов, еще и соврамши о том, что эти выплаты отражены в отчетности ЮКОСа, заявив в интервью лондонскому корреспонденту Радио Свобода", буквально следующее: "…Я могу сказать, что, судя по официально опубликованной отчетности ЮКОСа, эти выплаты были. Логический вопрос, вне меморандума. Когда людям заплатили несколько миллиардов как бы за услуги в компании, это что?"

И хотя сам г-н Гололобов подчеркивает, что дело суда, а не его, давать юридическую оценку этому действию, он все же не упускает возможности сделать это громкое и лживое заявление, тем самым вводя широкую аудиторию Радио Свобода в заблуждение.

Ибо можно днем с огнем искать озвученные г-ном Гололобовым выплаты топ-менеджерам компании "ЮКОС" в размере, как он утверждает, нескольких миллиардов долларов США, в официальной финансовой отчетности ЮКОСа за указанный период, а именно за 2002 год – их все равно там не будет. В чем могут убедиться все желающие – отчет находится в открытом доступе. Более того, их там просто не может быть, потому что не может быть никогда. По той простой причине, что распределение доходов между бенефициарными владельцами контрольного пакета акций компании не является платой "за услуги в компании" и вообще не имеет никакого отношения к финансовой деятельности нефтедобывающей компании "ЮКОС".

И это только первые бросившиеся в глаза фальшивки в словах и поступках очередного государственного избранника, подсевшего на иглу под названием "дело ЮКОСа", способствующие сложению "пазла" лживой позиции РФ во всех ее процессах по этому "заколдованному" делу. Страшно представить, сколько их еще. И где они используются. Как неоднократно говорил Платон Лебедев в ходе судебного процесса, обращаясь к представителям прокуратуры каждый раз, когда уличал их в очередной фальсификации или подлоге: "Что, опять в глазик попало?" Видно, г-ну Гололобову тоже что-то в глазик попало и мешает внимательно обращаться с имеющимися у него или вверенными ему новыми работодателями данными.

В связи с вышесказанным было бы чрезвычайно любопытно узнать: а юрист Гололобов вообще отдает себе отчет, во что ввязался? Наверное, глядя в лицо журналисту, можно безнаказанно вешать лапшу на уши хоть до второго пришествия, можно сколько угодно раз зваться экс-главным юристом ЮКОСа и пафосно заявлять, что "под моими показаниями в меморандуме я подписываюсь, я буду клясться в суде, что сказал правду и ничего кроме правды". Но те же слова в суде – это уже не работа на публику. Там специально обученные юристы, работающие в соответствующей юрисдикции, будут серьезные вопросы задавать. А в перспективе будет маячить наказание за заведомо ложные показания. Как правильно заметил сам Гололобов все в том же интервью Радио Свобода: "Это же не "басманный", а справедливый американский суд. Он со всем разберется и все оценит".

Кстати, если верить, опять же, словам г-на Гололобова, помимо юридической конторы имени себя, он также является приходящим профессором Вестминстерского университета. Было бы интересно поприсутствовать на занятии, на котором "профессор" Гололобов показывает своим студентам эти миллиарды в отчете ЮКОСа.

Ну и хотелось бы напомнить бывшему коллеге: "Единожды солгавши, кто тебе поверит?"

Роман Хоменко, бывший исполнительный вице-президент и вице-президент НК ЮКОС

Наталья Кантович, бывший сотрудник Правового управления НК ЮКОС, бывший юридический советник группы компаний ЮКОС

Оксана Паскаль, бывший менеджер филиала банка МЕНАТЕП в республике Кипр