В годовщину акций против «Платона» активистов поджидали и быстро задержали на известной стоянке в Химках. В суде потребовалась «скорая»

Проблемы «с юбилеем» — а именно 11 ноября, ровно год назад, стартовали протесты водителей против системы «Платон» — начались задолго до назначенного «Объединением перевозчиков России» (ОПР) дня «икс». Уже 9 числа стало известно, что химкинская администрация не разрешит собраться на старом месте: под стелой «МЕГИ», где грузовики без малого простояли полгода.

В ответ митинг решили заменить одиночными пикетами, но и тут вышли накладки. Впервые водителей, периодически в течение года наведывавшихся на стоянку, не пустили на место бывшего лагеря. Приехавший за сутки до начала один из лидеров движения Михаил Курбатов обнаружил знаки: «Движение грузовых автомобилей запрещено» и полицейский наряд, силой выставивший водителя с парковки. Видео, как ему заламывают руки, тут же появилось в сети. А утром 11-го обнаружилось, что и сам пятачок за несколько дней коммунальные службы умудрились завалить снегом (погода располагала).

Впрочем, по-настоящему холодный прием активистов ждал впереди.

— Протестные акции сегодня будут в 22 регионах, поэтому тут народа не много. Все активисты по домам. Раскачивают лодку на местах. А москвичи поставили себе «Платон» и смирились, потому что протестовать — дорого, да и народ мы не такой дружный… — активист Игорь Мельников у синего фургона с эмблемой ОПР объясняет, почему больше десяти человек собрать под акцию не удалось.

Сам Игорь — москвич. Как и пяток постоянных волонтеров, помогающих химкинцам еще с зимы. «Ехать в Химки по такой погоде не каждый решится», — продолжает Игорь. В том числе и поэтому массовую акцию, взамен запрещенной, решено было провести в столице, на Суворовской площади 12 ноября, а тут, в Химках, ограничиться «малой дружиной».

В Москве митинг пройдет при поддержке коммунистов.

— А что такого? Знаю я, кто эти коммунисты, они страну мою развалили, я при них выросла. Но ничего, пусть микрофон подержат, переживем! — вставляет свои пять копеек бойкая брюнетка Екатерина Болотова.

Живет Екатерина в Люберцах, частный предприниматель, в бизнесе еще с 90-х. Пока мы болтаем, грейдер под ледяным дождем продолжает сгребать грязный снег в сторону стелы.

— Вас уже больше трех, что вы тут делаете? — это делегация от подмосковного уголовного розыска пришла «прощупать почву». Две мрачные фигуры, обе в черном, приближаются явно нехотя. Фигура покрупнее, показывает удостоверение: «Кузнецов Олег Николаевич», вторая «корочек» не показывает, но объясняет причину визита: «Начальство послало».

— Если говорить начистоту, то мы тут ждем определенных людей, —издалека заходят правоохранители. — Ну тех, кто будет выступать против «Платона»…

— Мы те самые люди, что вам еще надо? – беззастенчиво рапортуют дальнобойщики.

После этого полицейские удаляются и просят не фотографировать их лица.

— Я секретный агент. Мое лицо нельзя публиковать! — важничает «Кузнецов Олег Николаевич».

— Ну, если ты такой секретный, что ты дома не сидишь, раз на тебя уже и посмотреть нельзя, — парирует кто-то из водителей.

Тем временем за их спинами к импровизированному блок-посту у въезда на стоянку выруливает автозак и подкрепление.

— Теперь у нас и политические лозунги: кроме отмены «Платона», мы хотим отставки министра транспорта Максима Соколова, отставки Медведева, отмены статьи 20.2 КОАП РФ, о нарушениях на митингах, потому что это уже маразм, люди не просто могут никак свое мнение высказать», — сообщает активист ОПР Михаил Курбатов.

Если верить официальному сайту ОПР, дальнобойщики предлагают вместо транспортного налога оставить только топливный акциз, выступают за судебную реформу с переаттестацией всех судей и — за «привлечение всех казнокрадов к уголовной ответственности».

Часть названных требований — естественная реакция на бесконечные аресты и задержания, с которыми столкнулись когда-то аполитичные дальнобойщики. Другая часть — следствие дискуссий с политактивистами, прошлой зимой регулярно посещавшими протестный лагерь.

В поисках актива

— Там задерживают?

— Он флаги на машине поднял! — через сугробы мы спешим на противоположную сторону стоянки, где дюжина полицейских запихивает в автомобиль активиста «Межрегионального профсоюза водителей-профессионалов» Сергея Айнбиндера.

С представителями МПВД под руководством Александра Котова о совместных действиях «химкинцам» удалось договориться впервые за долгое впемя. Именно Котов когда-то возглавил сопротивление, но быстро сдал, как объясняют «химкинцы», чем вызвал всеобщее раздражение. Вместо блокады МКАД и марша на Москву протест под его руководством увяз в попытках притормозить «радикалов» и бесконечных переговоров с депутатами Госдумы. Теперь, стало быть, раздражение прошло.

— Тогда на Котова надавили силовики, — объясняет «котовская» сторонница Екатерина Болотова. В Химки она приехала наладить контакты, но, в отличие от Айбиндера, сразу направилась к коллегам.

Саму женщину тоже таскала на допросы люберецкая полиция и центр «Э».

Из-за похожего давления откололся и когда-то самый отчаянный сегмент борцов с «ротенбергами» — дагестанский актив. Их представителей на пятничной акции не было.

— На данный момент контакт с Дагестаном у нас потерян, — признается Курбатов. — Вся работа была завязана на Рустаме Маламагомедове, но после того, как летом на стоянке под Ростовом, где мы дожидались фермеров, он был избит, а впоследствии приговорен к административному аресту заочно, он фактически был вынужден бросить дело, лечь на дно, даже с нами он в настоящее время не выходит на связь».

Курбатов добавляет, что дагестанских водителей силовики давили и «кошмарили» жестче всего.

«Замерзли?»

Когда через час дальнобойщики выйдут на одиночные пикеты из «МЕГИ», где «от греха подальше» обсуждали стратегию, — скопившаяся на стоянке полиция среагирует почти молниеносно.

Первыми в отделении окажутся Екатерина Болотова и Игорь Мельников. А к середине дня силовикам удастся упаковать в автозак всех дальнобойщиков, их добровольных помощников из числа химкинских активистов — и даже журналистов, в том числе съемочную группу «Дождя».

— Произошло то, что мы прогнозировали в прошлом году, как только выборы прошли, мораторий на повышение тарифов отменили. По факту они не выполнили даже собственное обещание заморозить цены до июля 2017 года. Именно поэтому мы решили, что время терять нельзя, поэтому вышли, хотя и не слишком подготовленными», — рассказывает Курбатов.

К шести вечера пятницы всех задержанных доставили в 1-ое отделение УВД по Химкам. Но добиться информации, по какой именно статье дальнобойщиков задержали, оказалось непросто.

А утром от адвокатов дальнобойщиков стало известно, что Сергей Айнбиндер, задержанный первым, порезал себе руки и лицо в знак протеста против действий полиции.

— За двадцать часов пребывания в отделении мне даже не удосужились ни пустить защитника, ни объяснить, в чем меня обвиняют, тогда я решился на крайние меры, — рассказал Айбиндер «Новой газете» по телефону. Ранее Айбиндер пытался самолично покинуть отделение полиции, оставив там паспорт, но полиция в ответ задержала двух юристов, предоставленных Айнбиндеру «Фондом борьбы с коррупцией». В настоящее время оба сотрудника ФБК — Виталий Серуканов и Артем Хмелевский — уже освобождены. Журналистов, попавших в отделение вместе с дальнобойщиками, отпустили в день задержания без составления протоколов и дополнительных расспросов.

К субботе известно, что участвовавших в акции дальнобойщиков обвиняют в «неповиновении полиции» (ст. 19,3 КоАП), а не за «нарушение правил проведения публичных акций».

Об условиях содержания активистов в отделении можно судить по словам пресс-секретаря дальнобойщиков Елены Филипповой, задержанной вместе с водителям. По ее словам, женщины-активистки, помогающие дальнобойщикам, и сами водители ночевали раздельно: «В женскую камеру на троих нам дали один сухой матрац, на котором можно было спать, и два мокрых. Мокрые теперь просто выкинули. Видимо, они давно дожидались своей очереди, а тут такая оказия девки попались, чего б не помучить! Утром один из сотрудников радостно спрашивал: «Замерзли?» В туалет выпустили всего два раза за 20 часов, еду пришлось требовать, дали какую-то через шесть часов».

Судебные заседания начались только в два часа дня, и, скорее всего, они продлятся до вечера субботы.

Из зала суда после многочисленных требований Сергея Айбиндера увезла «скорая».

На данный момент под стражей остаются дальнобойщики: Михаил Курбатов, Владимир Синицын, Дмитрий Лазарев и Игорь Мельников, их помощники Иван Гущин, пресс-секретарь ОПР Елена Филиппова и активистка Ольга Резникова, также принимавшая участие в пятничной акции.