Олег Кашин: "Восстание Сечина"

"Год не закончился, но давайте уже присудим звание человека года - невозможно представить себе, что должно произойти в оставшиеся полтора месяца, чтобы кому-то удалось перехватить это звание у Игоря Сечина", - пишет журналист в блоге на сайте радио "Свобода" в связи с арестом главы Минэкономразвития Алексея Улюкаева.

"Серия публичных скандалов, каждый из которых упирается теперь в судебные иски с обязательным требованием уничтожить тиражи газет, - очевидно, это были признаки какого-то приближающегося прорыва. Не хватало объяснения, почему вдруг Сечин после многих лет относительно нейтрального существования в публичном поле вдруг, с одной стороны, превратился в героя самых идиотских с имиджевой точки зрения скандалов, и с другой - почему он так болезненно реагирует на эти скандалы? Чувствовалось приближение катаклизма и, кажется, катаклизм происходит прямо сейчас.

История Улюкаева выглядит так впечатляюще, что трудно одной фразой описать, чем именно она так важна. Все спрашивают друг друга, когда еще у нас сажали действующих министров, но лучше вопрос сузить и спросить - когда и какая госкомпания у нас сажала министров? Никогда и никакая, конечно, и именно в этом состоит, как бы громко это ни звучало, историческое значение ночевки Улюкаева в СИЗО и его домашнего ареста".

"Черт его знает, что у Сечина на самом деле случилось с Улюкаевым, но так и выглядят пирровы победы - когда, одолев одного врага, победитель настраивает против себя вообще всех, кто есть вокруг него. Радостные утечки об оперативной разработке других министров и вице-премьеров - это тот случай, когда небывалая сила становится небывалой слабостью".

"В связи с арестом Улюкаева многие вспоминали арест Берии, тоже ведь был действующий министр, которого арестовали и расстреляли, но вообще-то Берия - это как раз Сечин, который настолько силен и непобедим, что остальным так и хочется, наплевав на все другие противоречия, объединиться и разорвать его на мелкие кусочки, и тут уже не имеет значения, насколько ты сам по себе крут и силен - когда против тебя все, ты гарантированно обречен, и шансов у тебя почти нет".

"Понимает ли это Сечин? Понимает ли он, что даже не после Путина, а уже сейчас, при Путине, у всей номенклатуры от министра и выше может быть только одна заветная мечта - чтобы не было никакого Сечина и никакой "Роснефти", и чтобы, как в книге Сорокина, "Однако, здравствуйте!" звучало только в кабаке из уст калики перехожего, которому весь кабак отвечает хором "Однако, пошел ты!"

"Неужели у Сечина нет возможности спастись? Кажется, есть, но только одна: не дожидаясь, пока ему отомстят за Улюкаева, самому разрушить всю систему, буквально взять дубину и рушить, рушить, рушить, пока камня на камне не останется. Самому свергнуть Путина, самому стать революционером, сжигая в пламени революции все им же самим созданные угрозы, которые возникли теперь".

"Таким ведь и должен быть идеальный революционер - с огромными деньгами, с собственным силовым ресурсом и с глубокой жаждой мести. Мы искали революционеров и не могли найти, а искать и не надо, Сечин нашелся сам, посмотрите на него новыми глазами. Он уже враг системы, а остальное приложится, и если вдруг встанет вопрос, чью сторону примет народ - сторону перепуганной номенклатуры или отмороженного филолога-нефтяника, - то ответ вполне однозначен.

Сечин, восстань! Иначе они тебя съедят".