Что Кудрин, Алексеева, Гонтмахер и другие обсуждали на ОГФ

В 2016 году Общероссийский гражданский форум (ОГФ), крупнейшая альтернативная площадка для обсуждения будущего страны, начался с речи председателя СПЧ Михаила Федотова. Он вспоминал, как 15 лет назад первый в истории России гражданский конгресс открывали президент Владимир Путин и глава московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева. Главной фигурой на нынешнем форуме считается Алексей Кудрин, а сама Алексеева приехать на мероприятие не смогла — в её доме сломался лифт, и выступление правозащитницы пришлось транслировать по Skype.

Появившись на экранах, Алексеева предупредила, что опустит приветствия и будет говорить «по делу». «Мы вступили в трудные времена. Началось наступление на наши конституционные права», — сказала правозащитница. Затем качество связи резко ухудшилось, но уловить основную мысль гости форума смогли. «Большого террора» не будет, но история повторится «как фарс»: «Под каток попадут не только несколько губернаторов и один министр (пока один). Простых граждан, например, блогеров, попало под каток уже гораздо больше». Поэтому

задача гражданского общества, говорила правозащитница — организовать «школу навыков советских диссидентов»: рассказывать людям, как вести себя при вызовах на допрос, обысках и арестах, как выбирать адвоката и выживать в заключении.

После отрезвляющего выступления Алексеевой слово передали министру по вопросам открытого правительстве Михаилу Абызову, который подчеркнул «серьезные результаты» работы предыдущих форумов. Перед этим Абызов отметился двусмысленной шуткой: передвигающийся на костылях из-за неудачной операции, политик не стал подниматься на сцену, назвав себя «министром с ограниченными возможностями».

«Государство должно знать свое место»

Чтобы гражданское общество могло выполнять свои функции, государство должно «знать своё место», согласились последующие спикеры. «Государство — это просто один из институтов, который нас обслуживает», — говорил экономист, член КГИ Евгений Гонтмахер. По его словам, Россия календарно вошла в XXI век, но по факту развития осталась в прошлом столетии. «Социальное государство — тот рычаг, который позволит сделать страну современной».

Политолог Эмиль Паинговорил о тенденции к «дегражданизации», в частности, в контексте подготовки законопроекта о российской нации: «Вместо гражданского общества, овладевшего государством, нам предлагается «подданническая» нация, которая строится как военная колонна на параде — сверху вниз». О необходимости смягчать контроль сверху, увеличивая финансовую и управленческую самостоятельность регионов, говорила экономический географ Наталья Зубаревич.

Центральную дискуссию форума, посвященную образу будущего России, модерировал эксперт Московского Центра Карнеги Андрей Колесников. «В нынешней стране образа будущего нет, как и спроса на него — ни у широких масс, ни у самого государства, — констатировал Колесников. — Отсюда наше чрезмерное внимание к вопросам истории. Не имея модели будущего, власть черпает свою легитимность в прошлом». Поэтому сперва России требуется негативная программа — расчистка массового сознания от многочисленных мифов, демонтаж «элементов антиутопии» в государстве (с 2013 года в России было принято более 30 различных репрессивных законов) и третья волна десталинизации.

Коснувшись темы социального государства, Колесников описывает текущую бюджетную политику властей тезисом «давайте мы вас накормим, только ни о чём не думайте». Что порождает не гражданское общество, а «общество иждивенцев», которое не готово отвечать на вызовы современности. Экономист Владимир Назаров напомнил, что социальное государство — глубоко индустриальный институт, возникший во второй половине XIX века в условиях прусской монархии. С тех пор этот институт достиг своего пика и сегодня начинает «потрескивать» и «пошатываться». Социальное государство декларирует равенство и справедливость своих граждан, пытаясь достичь их с помощью перераспределения, но не преуспевает в этом — бюрократические механизмы слишком неэффективны.

Вызов демографии

Изменение системы социальной поддержки в ближайшем будущем — неизбежность, говорила политолог Екатерина Шульман. Российская пенсионная система уже сегодня не выдерживает возрастающей нагрузки, а к 2020 году количество работающих и пенсионеров практически сравняется. Демографическая структура общества изменит политическую повестку властей: «Стареющее население с преобладанием женщин будут всё меньше волновать внешнеполитические победы, и всё больше — расходы на здравоохранение, образование и создание комфортной среды», — считает Шульман. Когда начнётся трансформация политического режима в России, именно общественные организации послужат той «сеткой безопасности», которая способна предотвратить насильственные сценарии.

Демограф Анатолий Вишневский говорил о беспрецедентном в мировой истории притоке мигрантов в развитые страны, связанным с демографическим взрывом последних 50 лет. В равной степени эти процессы коснутся России: 3/4 территории страны находится в Азии (которая является главным поставщиком мигрантов в мире), а проживает там менее 30 млн человек. Для экономической системы миграция может представлять многочисленные выгоды, но вместе с тем может происходить перенос идей из архаичных обществ, считает Вишневский.

Другой глобальный вызов — стремительное технологическое развитие и его последствия. «Барьер между нами и Большим Братом один — это коррупция», — говорил специалист по анализу данных и создатель множества общественных проектов Иван Бегтин.

Технологии, которые могут быть использованы для тотального сбора информации и автоматизации контроля над гражданами — Big Data, искусственный интеллект, дроны — уже существуют; это «ружьё, которое висит на стене и готово выстрелить», нужен лишь повод в виде «маленькой катастрофы».

НКО, которые защищали бы общество от злоупотреблений государства такого рода технологиями, в России практически полностью отсутствуют.

Промежуточные итоги гражданской жизни

На закрытой сессии в середине дня эксперты обсудили итоги развития гражданского общества в России за 15 лет существования форума (ранее он проходил в другом формате, но многие участники остались прежними). Большинство озвученных там оценок были пессимистичными: один из спикеров говорил о вступлении России в «предтоталитарный этап», хотя другие участники отметили улучшение ситуации по сравнению с периодом 2-летней давности. Замглавы администрации президента Сергей Кириенко, появление которого на форуме анонсировали с утра в прессе, не приехал, зато гостем закрытой части стал бывший глава АП Александр Волошин.

На завершающей панели вновь обсуждался поиск модели социального государства и ценностей, необходимых стране для динамичного развития. Алексей Кудрин говорил об изменении роли власти — в будущем обществу понадобится государство-предприниматель, творческое и созидающее звено. Глава ЦСР, курирующий разработку долгосрочной стратегии развития России, демонстрировал знание популярных сегодня концепций: в его выступлении звучали слова «блокчейн», «четвёртая промышленная революция», «экономика знаний» и «горизонтальные связи». Кудрин заявил, что в России «существенно меньше геополитических рисков, чем рисков отстать в технологическом развитии» и назвал антизападную риторику властей «часто необоснованной».