Репортажи спецкоров «Новой газеты» из Ростова и Киева

Экс-президент Украины Виктор Янукович в минувшую пятницу приехал в Ростов, чтобы по видеосвязи дать показания киевскому суду по делу пяти бывших бойцов «Беркута», которых обвиняют в убийстве 48 протестующих 20 февраля 2014 года. В тот день на Институтской улице по участникам Майдана велась стрельба. Беглый президент сам вызывался дать показания: еще летом он через своего адвоката предлагал допросить себя, чтобы реализовать свое право на защиту и не выглядеть соучастником преступления. Но допрос сорвался. Почему этого следовало ожидать и что было дальше — в репортаже наших спецкоров.

Россия

Ростовский областной суд

С утра двери Ростовского областного суда отмывали под взглядами толпы журналистов. В каждой подворотне дежурили полицейские, на углах ближайших улиц караулили неприметно одетые мужчины с острым взглядом.

Януковича журналисты караулили на холоде долго и безуспешно. В какой-то момент с камерами наперевес бросились догонять черную машину с полицейским эскортом, но вскоре стало ясно: это не он. Сам экс-президент Украины прибыл в суд намного позже, в джипе и с кортежем из пяти машин.

Но даже увидеть, как Янукович поднимается по лестнице, не разрешили.

Для СМИ выделен зал с видеотрансляцией. На одном экране — киевский Святошинский суд, на втором — зал Ростовского суда, где Янукович и его адвокат сидят спиной к судье и все смотрят на экран трансляции.

С весны в Киеве в суде идет дело пяти «беркутовцев», которых обвиняют в убийстве активистов Майдана на улице Институтской 20 февраля 2014 года (именно на этот день приходится большинство потерь со стороны протестующих). Экс-президент Украины сейчас проходит по этому делу свидетелем.

Обе стороны — и Киев, и Ростов — подчеркнуто вежливы, судьи раз за разом благодарят друг друга за сотрудничество и организацию сложного телемоста, и кажется, что они понимают друг друга с полуслова, чувствуя между собой какое-то родство.

Неожиданно украинский судья Дидык просит перенести допрос на понедельник: в суд не удалось доставить подсудимых, а допрос свидетеля без них нарушает их право на защиту. Вскоре выясняется и причина: автозак с «беркутовцами» на выезде из СИЗО заблокировали активисты запрещенного в России «Правого сектора». Целью как раз и ставилось сорвать выступление Януковича: националисты считали, что после его слов «беркутовцев» могут отправить под домашний арест (подробнее смотрите в главе «Украина» — ред.)

Янукович попросил слова и сразу же начал: «Я хочу, чтобы была установлена истина и наказаны преступники. Я хотел бы сделать короткое заявление…»

Его перебил из Киева судья Сергей Дидык, сообщив, что слушать его готовы только насчет выбора даты нового заседания.

Впрочем, Янукович успел вставить, что затягивание его допроса — злая воля тех, кто не хочет (в отличие от него, Януковича), чтобы была установлена истина.

Оба суда уходят на перерыв, а потом решают перенести допрос на понедельник.

Но бывший президент Украины сможет сделать заявление — и не одно, а множество, тем же вечером на специальной пресс-конференции. Она была запланирована заранее, и отменять ее, даже когда исчез главный повод — допрос, Янукович не стал. К тому же уже после сорванного первого заседания было ясно: бывшему президенту очень хочется поговорить.

Вечерняя пресс-конференция

Два часа пресс-конференции Янукович потратил на то, чтобы уверить всех: свои деньги он оставил на арестованных счетах в Украине, а вывезти из страны смог только «личные вещи в форме ручной клади». Бывший президент Украины рассказал, что в изгнании занимается внуками и делами беженцев, обращающихся к нему за помощью. Поделился Янукович и мечтами: «В СМИ много пишут, что я хочу вернуться во власть, реванш какой-то… Но вообще-то я о чем мечтаю: чтобы как можно быстрее закончилась на Украине война, на моей родине, в Донбассе. Чтобы перестали гибнуть люди, чтобы Донбасс воскрес из этих руин».

Экс-президент несколько раз прошелся по киевской власти, заметив, что «на крови и на лжи счастья не построишь». И заодно дал Петру Порошенко советы по налаживанию мира, для чего, по его мнению, тому надо: прекратить стрелять, отвести войска и дать широкую автономию бунтующим регионам. Янукович тут же оговорился, что остаться в составе Украины Донбасс обязательно должен: «Я изначально был против того, чтобы нарушалась территориальная целостность Украины. Отделение Донбасса от Украины — больше эмоциональный порыв людей, которые негативно отреагировали на беспорядки в Киеве, когда радикалы начали проливать кровь».

В ответ на прямой вопрос о присоединении Крыма к России экс-президент признал: «Хорошо, что Крым отделился от Украины или нет? Я считаю, плохо. Но было ли это для меня неожиданностью? Когда я увидел оперативную информацию, как расстреляли около 8 автобусов жителей Крыма, которые приезжали на мирные акции… То, что крымский народ проголосовал (на референдуме за вхождение в состав России — ред.), — это реальная провокация Майдана».

Затем экс-президент изложил журналистам свою — красочную и неподтвержденную — версию Корсунского погрома: так толком и не расследованного инцидента 20 февраля 2014 года, когда «Правый сектор» напал на возвращавшиеся с Антимайдана автобусы с крымчанами. История отражена в пророссийском фильме «Крым. Возвращение на родину», но даже там озвучена цифра в семь погибших и 20 пропавших без вести. Многие издания писали, что остались живы все, но людей били, заставляли есть битое стекло. Зато российские власти, совсем как Янукович теперь, говорили об этих событиях, как о некоей поворотной точке, после которой стало ясно: за крымчан надо заступиться.

Вообще, журналисты услышали несколько весьма спорных версий событий, произошедших на Майдане.

«Всем известно, — легко обобщал Янукович, — что *(по активистам на Институтской улице. —*Ред.) стреляли из зданий, которые контролировал Майдан, и одновременно стреляли и в правоохранителей, и в тех, кто стоял на Майдане». И между делом сообщил, что его кортеж в феврале 2014 года обстреляли прямо в Киеве, когда он уезжал из страны: до этого Янукович рассказывал только об одном таком случае, в районе Мелитополя.

Украинские СМИ в зале тоже были, и Янукович с легкой улыбкой встретил жесткий вопрос Громадского ТВ о том, как он спит, зная, что позвал в свою страну чужие войска и что на родину он вряд ли вернется: «Я действительно совершил ряд ошибок, я не святой. Я не смог, не нашел в себе сил подписать приказ о введении войск и введении военного положения — это был единственный способ остановить радикалов. Я не пошел на кровопролитие», — ответил Янукович. Здесь он ближе всего подошел к теме украинского суда над «беркутовцами»: экс-президент уверил, что приказов «Беркуту» стрелять в людей быть не могло.

«Существует навязчивая идея о существовании каких-то приказов или их надобности, — истово убеждал журналистов бывший глава внутренних войск Украины, скрывшийся после Майдана в Россию Станислав Шуляк, который тоже приехал давать свидетельские показания. — Для того чтобы подразделение приступило к несению службы по охране общественного порядка — а это и было на Майдане, — не нужен приказ президента или даже мой личный приказ, это определяется законом Украины», — настаивал он.

Сорвался Янукович только один раз — в ответ на вопрос: что о нем напишут в учебниках истории.

— Вам не удастся меня унизить, я прожил достаточно сложную жизнь, и я ее продолжаю жить, я буду отвечать перед своими детьми, перед своей семьей и перед своим народом. А вы чтобы знали, и передайте своим хозяевам…

— У меня нет хозяев, — возразила корреспондент украинского канала СТБ.

— Есть-есть, — настаивал Янукович, но называть «хозяев» не стал. — Вы этого не стоите, чтобы на вас тратить столько времени.

Наталия Зотова

Ростов-на-Дону

---

Украина

Реакция: Янукович нужен, но не в качестве свидетеля

О том, что видеодопрос беглого президента Украины может быть сорван, стало ясно утром в пятницу, 25 ноября. Несколько десятков представителей «Правого сектора» (признанного в РФ экстремистской организацией и запрещенного) заблокировали выезд транспорта из Лукьяновского СИЗО, где содержатся пятеро экс-«беркутовцев», которых судят за преступления, совершенные во время Майдана.

На вопросы журналистов, зачем они это делают, пресс-служба «Правого сектора» отвечала, якобы опасается, что подсудимых могут отпустить на свободу сразу после допроса. На чем основано такое предположение, радикалы не уточняли.

Со своей стороны министр внутренних дел Арсен Аваков объявил, что полиция не станет силовым методом разрешать конфликт с активистами под Лукьяновкой: «Тем более что точка зрения и мотивы этих людей нам понятны, и во многом мы их разделяем. Янукович уже достаточно спровоцировал кровь и беды в Украине».

На участии в процессе Януковича в качестве свидетеля по уголовному делу бывших бойцов «Беркута» настояли их адвокаты — еще в минувшем мае. В июне украинский суд направил в Министерство юстиции РФ запрос на видеодопрос экс-президента, скрывающегося в России. В августе российский Минюст прислал ответ с просьбой продублировать запрос, поскольку где-то затерялись четыре листа… В октябре многострадальные бумаги передали из Москвы в Советский суд Ростова-на-Дону. В ноябре Святошинский райсуд Киева получил уведомление от коллег из Ростова о возможности проведения такой процедуры 25 ноября.

Конечно, Генеральная прокуратура Украины хотела бы видеть и слышать Януковича не по телевизору. Перечень досудебных расследований по уголовным производствам, где он выступает как подозреваемый, весьма велик. Тут и завладение совместно с другими лицами государственным имуществом (а именно — комплексом Пуща-Водица урочища Межигорье и заповедником в Сухолучье), и огромные взятки под видом авторских гонораров, и незаконное финансирование из бюджета телекоммуникаций спецсвязи. Бывший гарант фигурирует и в расследовании по делу так называемых «диктаторских законов 16 января», принятых путем фальсификаций, а также «по факту создания преступной организации и совершению ряда тяжелых и особо тяжких преступлений, что в период января-февраля 2014 года повлекло смерть 78 человек и нанесение огнестрельных ранений 180 лицам».

Потому генпрокурор Юрий Луценко со скепсисом отозвался о перспективе получения ценных показаний посредством скайпа. «У генпрокуратуры нет никакой компетенции для налаживания связи (для проведения допроса в режиме видеоконференции. —О. М.) Я вообще считаю наиболее правильным очный допрос Януковича в украинском суде. В последнее время Янукович требует очных ставок, предоставления ему определенных доказательств.

Велкам ту Юкрейн, Виктор Федорович, вас ждет справедливость и закон!» — передал накануне генпрокурор через журналистов, которые брали у него интервью в Гааге.

«Прокуратура заинтересована в том, чтобы допрос состоялся. Но при условии, что это будет полноценное процессуальное действие, которое не оборвется после того, как Янукович произнесет речь, а сторона обвинения начнет задавать конкретные неудобные вопросы в опровержение его позиции», — вторит Луценко прокурор ГПУ Алексей Донской. По словам гособвинителя, Янукович проходит по тем же эпизодам, что и бывшие бойцы «Беркута». Но, поскольку он скрылся от следствия, дело в суд не направили, выделили в отдельное уголовное производство. Потому экс-гарант — подозреваемый в «своем» деле и свидетель в производстве в отношении «беркутовцев».

Позицию Генпрокуратуры разделяет секретарь СНБО Александр Турчинов. В эксклюзивном интервью агентству «Интерфакс-Украина» он сказал: «Вы знаете, в чем проблема этого допроса? В том, что Януковича будут допрашивать как свидетеля, как ни странно это звучит. Этот вопрос инициировала защита бойцов «Беркута», которых обвиняют в расстреле активистов Майдана… Русские, дававшие разрешение на допрос, просто хотят сделать шоу, где «свидетель» Янукович будет защищать «беркутовцев» и обливать грязью Майдан».

Пока трудно прогнозировать, станет ли понедельник, 28 ноября (на эту дату назначили следующее заседание — ред.), похожим на пятницу, 25 ноября. Обещание министра Авакова «обеспечить доставку подсудимых в суд, как только появится техническая возможность», с условием «если нам не будут навязывать участие в провокации, разыгрываемой беглым экс-президентом под диктовку страны-агрессора» похоже, скорее, на затягивание процесса.

«Правый сектор» тоже пока не решил, как действовать дальше. Только Янукович согласен повторить попытку видеодопроса. Видимо, верит, что внимание к нему со стороны прессы останется высоким.

Ольга Мусафирова

Киев