Фийон: русофил, но не агент

Совершат ли отношения России и Запада крутой поворот, на фоне избрания президентом США республиканца Дональда Трампа и вероятной победы на предстоящих в апреле президентских выборах во Франции Франсуа Фийона, также выступающего за сближение с Москвой? На заключительном этапе кампании по избранию кандидата в президенты от правоцентристской партии "Республиканцы" будущее отношений с Россией стало чуть ли не основным камнем преткновения между вышедшими во второй тур Франсуа Фийоном и Аленом Жюппе. Убедительная победа на этих открытых внутрипартийных выборах бывшего премьер-министра свидетельствует и о том, что его пророссийская риторика для большинства избирателей оказалась более убедительной, нежели критические заявления экс-главы МИД в адрес Кремля.

​

Тома Гомар, директор Французского института международных отношений (IFRI), рассказал в специальном интервью Радио Свобода, что в ближайшем будущем, как для Парижа, так и для Москвы восстановление сильно охладевших за последние годы двусторонних связей не будет главной прерогативой внешней политики.

Франсуа Фийон

Тома Гомар: "За свою долгую историю франко-российские отношения знали немало взлетов и падений. Мы сейчас наблюдаем парадоксальный момент, так как в последние три года эти отношения переживают острый кризис, на фоне аннексии Крыма, эскалации на Донбассе, российского вмешательства в сирийский конфликт и отсутствия решимости во внешней политике Франции. Но, с другой стороны, эти отношения находились в центре избирательной кампании правоцентристов, главным образом ввиду четко занятой Франсуа Фийоном позиции в данном вопросе. Такой контраст, несомненно, привлекает общественное внимание к теме франко-российских отношений".

Франко-российские отношения во многом обуславливаются природой отношений между Парижем и Берлином и природой отношений Москвы и Берлина

Для Москвы Париж является важной столицей, говорит французский эксперт, но он был и будет оставаться менее важным, нежели Берлин. "Франко-российские отношения во многом обуславливаются, с одной стороны, природой отношений между Парижем и Берлином и, с другой стороны, природой отношений Москвы и Берлина", – считает Тома Гомар.

Тома Гомар: "В еще более широкой перспективе, то, чем руководствуется внешняя политика России, – это характер отношений с Вашингтоном, и именно на фоне происходящего в Вашингтоне, после избрания в президенты Дональда Трампа, в Москве сейчас можно наблюдать некую неуверенность по поводу будущего этих отношений. Я считаю, что нужно вернуть вопрос франко-российских отношений на его место – место важное, но не первостепенное".

Вряд ли можно говорить об обиде президента России Владимира Путина на его французского коллегу Франсуа Олланда, например, за его критические высказывания в адрес действий России в Сирии, что привело к отмене планировавшегося в октябре визита Путина в Париж. "Путину хорошо известно о непопулярности нынешнего французского лидера", – напоминает собеседник Радио "Свобода".

Тома Гомар: "Известно ему и то, что внешняя политика Франции в настоящий момент переживает непростой период. Это в первую очередь объясняется экономической ситуацией в стране и тем фактом, что страна столкнулась с волной терроризма. Поэтому не стоит полагать, что речь идет о глубокой обиде. Речь скорее идет о соотношении сил, которое на сегодняшний день является благоприятным для Москвы".

Пророссийские активисты на фоне нового православного духовно-культурного центра в Париже

С российской стороны в последние недели неоднократно подчеркивался факт плодотворного сотрудничества с Францией в сфере борьбы с терроризмом. "Я не берусь анализировать этот вопрос по существу – речь идет о крайне деликатной теме, но напомню, что само понятие "контртерроризм" в Париже и в Москве интерпретируют по-разному", – говорит Тома Гомар.

Тома Гомар: "В ряде областей между двумя странами ведется тесное сотрудничество. В то же время под контртерроризмом подразумеваются совершенно разные реалии, в зависимости от того, находитесь вы в Москве или в Париже. Таким образом, этот аспект двустороннего сотрудничества, на мой взгляд, можно подчеркнуть, но не стоит переоценивать его значение".

Франсуа Фийона, избранного кандидатом правоцентристов на предстоящих в апреле-мае 17-го года президентских выборах, некоторые обозреватели называют агентом влияния Москвы. Насколько обоснованно такое мнение?

Франсуа Фийон – русофил, но это не делает его агентом влияния. Франсуа Фийон способен мыслить самостоятельно

Тома Гомар: "Это сильно преувеличено. На мой взгляд, в случае с Франсуа Фийоном стоит прежде всего вспомнить ход его карьеры. Речь идет об одном их наиболее опытных французских политиков. Он работал в различных министерствах, в течение пяти лет был премьер-министром. Франсуа Фийон – русофил, но это не делает его агентом влияния. Франсуа Фийон способен мыслить самостоятельно. Он открыто говорит о своих отношениях с Владимиром Путиным, таким образом, закрепляя за собой статус государственного деятеля, но, с другой стороны, он неоднократно делал критические заявления по поводу российской политики. Да, в широком понимании вопроса его можно отнести к русофилам, но было бы ошибкой сводить все к теме агентов влияния".

По мнению Тома Гомара, в ближайшие месяцы судьба франко-российских отношений будет зависеть от двух основных элементов: во-первых, от тех шагов, которые начнет предпринимать на российском направлении новая администрация США и, во-вторых, от ситуации в Германии после предстоящих там выборов в бундестаг.