Кому рулить рынком нефти в 2017 году

Оба недавних соглашения о сокращении добычи нефти в мире могут заметно повлиять на цены – но лишь в том случае, если будут неукоснительно выполняться, в чем у экспертов пока сомнений больше, чем уверенности. А первые реальные оценки появятся не раньше весны. Но остается неясным, сколь значительным может оказаться прирост добычи сланцевой нефти в США, стоит ценам на нефть вырасти еще? Наконец, как отразится на них укрепление доллара на фоне роста процентных ставок в США? Возможное влияние этих факторов в 2017 году на цены на нефть, а значит - в решающей степени и на курс российского рубля, обсуждаем с российскими экспертами нефтяного рынка.

Сразу два новых мощных фактора влияния на рынок нефти возникли в декабре 2016 года. Во-первых, два соглашения (стран ОПЕК и не-ОПЕК) о временном, на полгода, сокращении добычи нефти. Во-вторых, решение Федеральной резервной системы (ФРС), Центрального банка США, вновь повысить ключевую процентную ставку и, более того, представленные планы энергичного ее повышения в 2017 году.

Первый фактор – явно в пользу роста цен на нефть. Второй, скорее, наоборот, - их снижения, так как предполагает дальнейшее укрепление доллара. Оно обычно приводит к падению цен на все сырьевые товары, ибо они в долларах и торгуются.

Но влияние какого из этих двух факторов на рынок нефти может оказаться большим в 2017 году?

Мы полагаем, что в 2017 году именно добыча в США будет “балансировать” мировой рынок нефти.

​Александр Корнилов, аналитик инвестиционной компании “Атон”:

- Фактор доллара, безусловно, очень важен для динамики не только цен на нефть, но и вообще всех сырьевых товаров. Тем не менее, на наш взгляд, в 2016 году рынок все-таки больше фокусировался на ожидаемой динамике предложения. Поскольку именно избыточное предложение стало причиной обвала цен на нефть в 2014 году. Соответственно, соглашения нефтедобывающих стран, включая Россию, являются сейчас более важным фактором для рынка, чем политика ФРС.

Андрей Полищук, аналитик австрийского банка Raiffeisen:

- Думаю, все-таки фактор соглашений ОПЕК и других нефтедобывающих стран играет более важную роль. На этих новостях цены на нефть уже повысились до 55 долларов за баррель. В 2017 году возможен их дополнительный рост, если соглашения будут выполняться и текущая статистика действительно отразит снижение добычи.

​Василий Танурков, заместитель директора группы корпоративных рейтингов Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА):

- То, что при условии выполнения соглашений об ограничении добычи на рынке нефти почти однозначно возникнет ее дефицит, причем уже в первом квартале, это - практически факт. В отличие от того, что доллар будет расти в ответ на повышение ставок в США. Есть и другой фактор. Да, укрепление доллара играет против цен на нефть, но повышение ставки, как таковое, наоборот, играет в пользу их роста. Рост ставок удорожает кредитование в США, что особенно критичыно для компаний сланцевой нефти, у которых и так уже велика долговая нагрузка. И рост ставок сильно ограничит их инвестиционную активность. Поэтому, на мой взгляд, ситуация на 2017 год, скорее, складывается в пользу нефти.

Средняя цена по 2017 году наверняка будет существенно ниже. Однако, по ощущениям, и ниже 50 долларов она все-таки не уйдет.

​В последние недели фокус многих экспертных прогнозов в отношении рынка нефти в 2017 году как-то “сместился” - от предложения на нем в сторону спроса. Что, мол, именно его динамика может в большей степени определять цены на нефть в течение года, чем динамика предложения. А, скажем, Международное энергетическое агентство в своем декабрьском обзоре прогнозирует, что прирост общемирового спроса на нефть в 2017 году (1,3 млн баррелей в сутки) будет меньшим, чем в 2016-ом, когда он, по предварительным оценкам самого агентства, составил примерно 1,5 млн баррелей в день. Напомним, в целом общемировой спрос на нефть составляет ныне примерно 97 млн баррелей в сутки…

Александр Корнилов:

- Динамика спроса в 2017 году будет определяться теми странами, в которых он традиционно растет больше, чем в других. То есть в первую очередь – странами Юго-Восточной Азии. В отношении того, какой фактор важнее… Отнюдь не уверен в том, что следует сконцентрироваться именно на спросе, так как предложение по-прежнему играет ключевую роль. С одной стороны, мы видим соглашения о сокращении добычи, хотя и есть немало сомнений в том, как они будут выполняться. Кроме того, есть еще и американская сланцевая нефть – вспомним, именно ее появление на рынке стало главной причиной обвала цен на нефть в 2014 году.

Василий Танурков:

- Что касается прогнозов на 2017 год, они примерно одинаковы у всех агентств – и у Международного энергетического агентства, и у ОПЕК, и, скажем, у Министерства энергетики США…Все они ожидают роста спроса где-то на 1,2-1,3 млн баррелей. И не стоит однозначно понимать это так, что, мол, рост спроса замедляется. В условиях не слишком-то высоких темпов роста мировой экономики прирост спроса даже на 1,3 млн баррелей в сутки – весьма значителен для рынка нефти.

Наши выводы сводятся к тому, что до тех пор, пока цены будут оставаться в рамках даже 60-65 долларов за баррель, не стоит особо “беспокоиться” по поводу роста добычи сланцевой нефти в США.

​Андрей Полищук:

- Думаю, главное здесь именно то, что спрос на нефть продолжает расти. И пока нет никаких сигналов, что эта тенденция меняется. Можно с уверенностью говорить, что на протяжении еще многих лет спрос на нефть в мире будет увеличиваться. Прогнозы же разных агентств довольно часто меняются и в течение года. Мы исходим из того, что в 2017 году общемировой спрос на нефть вырастет не менее, чем на 1 млн баррелей в сутки. И уже не столь важно - на 1,3 млн баррелей или на 1,5 млн…

По прогнозам министра энергетики России Александра Новака, если оба соглашения о сокращении добычи будут неукоснительно выполняться, то “навес” предложения нефти в мире (даже включая избыточные ее запасы) над общемировым спросом на нее может “уйти” с рынка уже во второй половине 2017 года. В какой мере вы разделяете такого рода предположения?

Андрей Полищук:

- Мы считаем, если соглашения будут полностью выполнены, дисбаланс спроса и предложения на рынке будет нивелирован уже в первом полугодии. Тогда как “навес” в виде огромных накопленных запасов нефти, скорее всего, сохранится и до конца 2017 года. Да и в 2018 году, видимо, эти запасы все еще будут оставаться немалыми. Ведь избыточное предложение нефти в мире привело к тому, что эти запасы достигли исторически высоких уровней. И я не думаю, что они так быстро будут исчерпаны. Тем более, что при растущих ценах на нефть вполне вероятно увеличение ее добычи в США.

При текущих ценах на нефть американские сланцевые компании вряд ли могут позволить себе нарастить бурение еще на 60% - то есть до уровня, необходимого, по нашим оценкам, хотя бы для стабилизации их добычи.

​Василий Танурков:

- Если говорить о “навесе” в части избыточных запасов, то на столь благоприятное развитие событий можно надеяться лишь в том случае, если соглашения о сокращении добычи будут продлены и на второе полугодие. В первом полугодии, если они будут выполняться, на рынке образуется дефицит, но не настолько существенный, чтобы снять тот избыток запасов, который формировался в течение нескольких лет. Скажем, дефицит может составить порядка 0,6-0,7 млн баррелей в сутки в течение полугода. Тогда как в отдельные кварталы последних двух с половиной лет избыток нефти на рынке периодически превышал и 1,5 млн баррелей в сутки. Другое дело, если соглашения продлят и на вторую половину 2017 года. На эти месяцы традиционно приходится пик общемирового потребления нефти. За счет чего ожидаемый ее дефицит на рынке может увеличиться вплоть до 1,8 млн баррелей в сутки. А при таком развитии событий, действительно, вполне можно прогнозировать окончательную балансировку рынка - даже с учетом избыточных накопленных запасов.

То, что при условии выполнения соглашений об ограничении добычи на рынке нефти почти однозначно возникнет ее дефицит, причем уже в первом квартале, это - практически факт. В отличие от того, что доллар будет расти - в ответ на повышение ставок в США.

​Мы уже вспомнили о факторе американской сланцевой нефти. Во втором полугодии 2016-го, на фоне роста мировых цен на нефть более чем на 10%, количество действующих буровых установок в США выросло почти на 60%. Однако какого-либо “сдерживающего” влияния на рост цен это практически не оказало. Хотя и широко ожидалось… По вашим представлениям, если предположить, что в 2017 году цены на нефть, скажем, не превысят 60 долларов за баррель, фактор американской сланцевой нефти может так и не проявиться заметно?

Александр Корнилов:

- Во-первых, от начала бурения до начала добычи на том или ином месторождении проходит несколько месяцев. Во-вторых, объемы добычи нефти в США существенно сократились за последние пару лет. Однако сейчас мы видим не только значительный прирост количества действующих буровых установок в стране. Другим серьезным индикатором возросшей активности в этой индустрии является бум IPO сланцевых компаний (первичное размещение акций – РС). Очень многие производители сланцевой нефти в США, от мелких до сравнительно крупных, выходят сегодня на американский фондовый рынок, привлекая новый капитал. Это означает, что американская сланцевая индустрия “встает с колен”. И, наверное, уже в 2017 году мы можем увидеть серьезный прирост этой добычи. Более того, уже сейчас, при ценах на нефть около 55 долларов за баррель, все больше сланцевых проектов в США становятся безубыточными.

Фактор курса доллара, безусловно, очень важен для динамики не только цен на нефть, но и вообще всех сырьевых товаров.

​Василий Танурков:

- Здесь несколько важных составляющих. Объемы добычи на сланцевых скважинах падают очень быстро. Вплоть до того, что на первые же два года эксплуатации такой скважины приходится больше половины всей добычи на ней. Соответственно, чтобы просто держать добычу на достигнутом уровне, нужно постоянно бурить новые скважины. И несложные расчеты, основанные на статистике Министерства энергетики США, показывают: чтобы добыча сланцевой нефти в стране сохранялась на текущем уровне, понадобится увеличить масштабы бурения еще примерно на 60%. Восстановление бурения в последние месяцы лишь замедлило темпы падения добычи, но не остановило его. Для того, чтобы оно прекратилось, бурения на текущих уровнях недостаточно.

Если первый фактор связан с особенностями технологическими, то другой, как можно предположить, - с финансовыми?

Василий Танурков:

- Дело в том, что значительную часть имеющихся у них средств компании сланцевой нефти сразу инвестируют в новое бурение. Но сегодня им уже непросто и новые займы привлекать, так как их долговая нагрузка уже велика, и новые свои акции размещать, так как риски считаются на рынке высокими. В итоге эти компании продолжают бурить на максимуме своих возможностей. И рост объемов бурения в последние месяцы отразил, по сути, не столько некое улучшение их финансового положения, сколько просто рост цен на нефть, который фактически уже полностью отразился в текущих объемах бурения. При этом сама добыча продолжает сокращаться. То есть при текущих ценах на нефть американские сланцевые компании вряд ли могут позволить себе нарастить бурение еще на 60% - то есть до уровня, необходимого, по нашим оценкам, хотя бы для стабилизации добычи. Впрочем, и при текущих ценах возможен рост еще где-то на 10-15% - просто потому, что рост цен на нефть отражается в объемах бурения с определенной задержкой.

Если соглашения будут полностью выполнены, дисбаланс спроса и предложения на рынке будет нивелирован уже в первом полугодии.

​Какая же цена, скажем, американской нефти сорта WTI этим компаниям необходима, по вашим прогнозным расчетам, чтобы нарастить объемы бурения еще наполовину? Баррель нефти WTI сегодня на два доллара дешевле, чем баррель нефти Brent, а такого рода расчетов на рынке нефти - множество...

Василий Танурков:

- Наша модель показывает, что при ценах на нефть WTI ниже 65 долларов за баррель о росте добычи сланцевой нефти в США относительно текущих уровней, скорее всего, говорить не приходится. И в целом наши выводы в этой части сводятся к тому, что до тех пор, пока цены будут оставаться в рамках даже 60-65 долларов за баррель, не стоит особо “беспокоиться” по поводу роста добычи сланцевой нефти в США.

На столь благоприятное развитие событий можно надеяться лишь в том случае, если соглашения о сокращении добычи будут продлены и на второе полугодие.

​И в 2015-ом, и в 2016-ом среднегодовая цена нефти сорта Brent, к которой привязана и экспортная цена российской нефти Urals, составляла примерно 45 долларов за баррель. Какой она сегодня представляется вам на 2017 год – по совокупности факторов?

Александр Корнилов:

- Наш текущий прогноз на 2017 год по цене Brent - 54 доллара, хотя в четвертом квартале мы ожидаем ее роста и до 57 долларов. Мы пока исходим из предположения, что договоренности стран ОПЕК и не-ОПЕК о сокращении добычи все же будут выполняться. С другой стороны, не исключаем роста предложения на рынке американской нефти. Что, естественно, серьезно ограничит возможный потенциал общего роста цен на нефть в 2017 году в результате действий других стран-производителей нефти…

Василий Танурков:

- Могу говорить лишь о некой фундаментально обоснованной цене, до которой в какой-то обозримой перспективе цены на нефть могут дойти. На мой взгляд, такая цена - в районе 65 долларов. Но в любом случае это не произойдет одномоментно. Средняя цена по 2017 году наверняка будет существенно ниже. Однако, по ощущениям, и ниже 50 долларов она все-таки не уйдет.

Андрей Полищук:

- Мы полагаем, что в 2017 году именно добыча в США будет “балансировать” мировой рынок нефти. Если цены даже на короткое время будут превышать 60 долларов за баррель, добыча в США будет нарастать. В итоге цены вновь будут возвращаться в “коридор” 50-60 долларов. По нашим оценкам, в 2017 году средняя цена нефти Brent составит около 55 долларов, то есть близко к текущим уровням. При заметном ее росте следует ожидать увеличения добычи в США, а при падении ниже 50 долларов – нового сокращения этой добычи. Именно это и станет основным “балансирующим” фактором на рынке нефти.