Суд раскрыл суть претензий «Роснефти» к «Транснефти»

Арбитражный суд Москвы объяснил, в чем заключались претензии «Роснефти» к «Транснефти». Соответствующая информация содержится в карточке дела на сайте суда.

Как уточняется, «Транснефть» направила в «Роснефть» договор между компаниями на 2017 год. В «Роснефти» заявили, что новый контракт «нарушает интересы» компании и потребовали изменить его.

«Транснефть», в свою очередь, объяснила, что методика разработки технологических потерь по фактическому уровню и порядка компенсации грузоотправителям нецелесообразна, а также предупредила о приостановке прокачки нефти с 1 января в случае отказа от подписания договора.

«Роснефть» ответила, что такие действия остановят разработку месторождений и нанесут ущерб как самой компании, так и третьим лицам из-за «возникновения острого дефицита» топлива.

В итоге «Транснефти» запретили прекращать или сокращать прокачку углеводородов, сдаваемых компанией под руководством Игоря Сечина. При этом уточняется, что «Роснефть» еще не подала сам иск, но обязана это сделать до 25 января.

28 декабря стало известно, что «Роснефть» обратилась в суд с претензиями в адрес «Транснефти». Стороны не раскрывали сути претензий. Тогда источник ТАСС в Минэнерго рассказывал, что иск может быть связан с «недовольством “Роснефти” методикой расчета остатков нефти и нефтепродуктов в системе “Транснефти”».

В сентябре «Коммерсантъ» писал, что Сечин направил в правительство требование снизить тарифы «Транснефти» на прокачку сырья на 50%. Эксперты оценивали потенциальные потери «Транснефти» в 145 млрд рублей за год. Тогда собеседники «Ведомостей» говорили, что кабинет министров не пойдет навстречу главе «Роснефти».

После этого Meduza опубликовала статью, в которой Центр по исследованию коррупции и организованной преступности описал бизнес дочери Токарева. В ней также говорилось об «обострившихся противоречиях» между Сечиным и главой «Транснефти» Токаревым. В частности, источники в окружении Токарева заявили, что расследование стало попыткой оказать давление на него.

В «Роснефти» заявляли, что информация о конфликте между главами компаний – «целенаправленная кампания, имеющая политический подтекст».