Игорь Яковенко: "Русский ПЕН-центр раскололся"

"Помните у Булгакова описание МАССОЛИТа в "Мастере и Маргарите"? А пьесу Войновича и Горина "Кот домашний, средней пушистости" помните? Эти тексты - неплохое подспорье для понимания того, что произошло в Русском ПЕН-центре в середине декабря 2016-го и завершилось вчера, 10 января 2017-го", - пишет колумнист "Ежедневного журнала" в связи с исключением из организации Сергея Пархоменко и последовавшим за этим шагом руководства Русского ПЕН-центра добровольным выходом из его рядов поэта Льва Рубинштейна и ряда других членов.

"Писатель Александр Иличевский вышел из Русского ПЕН-центра тихо, почти молча. Просто сказал, что выходит. Григорий Чхартишвили объяснил свое расставание с Русским ПЕН-центром тем, что он (ПЕН-центр, а не Чхартишвили) не является тем, за что себя выдает. Поскольку задачи мирового ПЕН-движения - бороться за свободу выражения и защиту писателей, которые за свои взгляды подвергаются преследованиям. "Российский ПЕН-центр этим не занимается, а значит, никакого отношения я к нему не имею", - сообщил писатель Чхартишвили в своем заявлении.

Еще 47 членов российского ПЕН-центра заявили о прекращении всяких отношений с действующим исполкомом этой организации и потребовали срочного созыва внеочередного общего собрания. Среди них: Александр Архангельский, Михаил Берг, Александр Гельман, Денис Драгунский, Тимур Кибиров, Владимир Сорокин и другие.

О причинах раскола лучше всего скажет Протокол N12 исполкома Русского ПЕН-центра от 28.12.2016. В пункте под названием "О членах ПЕН-центра, грубо нарушивших устав" за неоднократные нарушения устава приговорили: Г. Петухова к приостановлению членства на 1 (один) год за попытки срыва собрания и оскорбление писателей; М. Вишневецкую к строгому предупреждению за тенденциозную видеосъемку и ее распространение. И, наконец, к высшей мере, к исключению, приговорен С. Пархоменко. За провокационную деятельность".

"Вот послушайте: "Блогер Сергей Пархоменко, воспитанник комсомола и имеющий в правозащитных кругах репутацию "провокатора с Болотной", вступил в нашу писательскую организацию лишь для того, чтобы разрушить ее изнутри, превратив, вопреки Хартии и Уставу, в оппозиционную партию... Сейчас он живет в Америке, но и оттуда продолжает лгать по радио". Конец цитаты".

"В скупых строчках сразу пять доносов, причем в разные организации. "Блогер Пархоменко" - это к писательской общественности, мол, не писатель это, а самозванец. "Воспитанник комсомола" - это для либеральной аудитории Сергея Пархоменко, чтобы знали, кого они читают и слушают. "Провокатор с Болотной" - это гражданским и политическим активистам и правозащитникам, среди которых Пархоменко приобрел немалый вес, в том числе своей работой в проекте "Диссернет". Насчет стремления Пархоменко "превратить писательскую организацию в оппозиционную партию" - это к властям, а заодно и к Венедиктову, который, как известно, публично заявляет, что не жалует политически ангажированных ведущих и не допустит превращения "Эха" в оппозиционную радиостанцию.

И, наконец, самое прекрасное, венец доносительского мастерства. Вот оно: "Живет в Америке, но и оттуда продолжает лгать по радио". Несложно соединить два стоящих рядом предложения, чтобы сообразить, что и проник-то этот самый так называемый блогер в писательскую организацию по заданию сами-знаете-кого-в-США".

"Сергею Пархоменко грех жаловаться, поскольку стараниями исполкома ПЕН-центра он оказался в неплохой компании. В 1946 году после доклада Жданова и постановления "О журналах "Звезда" и "Ленинград" из Союза писателей СССР были исключены М. Зощенко и А. Ахматова. В 1957-м за издание в Италии "Доктора Живаго" из СП исключили Пастернака. Потом Синявского с Даниэлем, Коржавина с Солженицыным, Галича с Ерофеевым. Так что Сергея Пархоменко можно поздравить с зачислением в такой ряд и пожелать соответствовать и не слишком зазнаваться".

"... шансы на преодоление раскола в дальнейшем, полагаю, равны нулю. Не смогут люди, написавшие и согласившиеся с содержанием протокола N12, находиться в одной организации не то что с Рубинштейном, Акуниным и Пархоменко, но и с Архангельским, Драгунским и Сорокиным. А значит, выход для всех, кто с этой протокольной стилистикой и этикой доноса не согласен, только один. На выход, простите за каламбур.

Что же касается Русского ПЕН-центра, то это уже вопрос репутации международного ПЕН-клуба. Хороший вариант, если они, разобравшись в ситуации, просто отмежуются от доносчиков, выдающих себя за правозащитников. Если же нет... Это не первая международная организация, в истории которой есть позорные страницы".