Поющие под звёздами

Если вам не нравится звучание современности с её «гибридами», с её бесконечной одуряющей ложью, то фильм «Ла Ла Лэнд» - лучший способ на время отстраниться от всего этого

Фильм «Ла Ла Лэнд» получил семь наград кинокритиков «Золотой глобус» на недавней церемонии в Лос-Анджелесе. А надо было бы дать больше, но этот мюзикл сценариста и режиссёра Дэмьена Шазелла выдвинули только в семи номинациях (лучшая комедия или мюзикл, лучшая женская роль, лучшая мужская роль и т. д.). Если бы это был ещё и сериал, то он стал бы и лучшим сериалом. Прежний рекорд принадлежал фильму Милоша Формана «Пролетая над гнездом кукушки» (шесть наград из шести номинаций), вышедшему на экраны в 1975 году. Однако кино — это не спорт, и мировые рекорды здесь не фиксируются.

«Ясны далёкие звёзды, ясны, как счастье ребёнка…»

Одно из главных достоинств фильма Дэмьена Шазелла в том, что это не шедевр. Шедевры обычно опережают время, раздвигают границы, часто шокируют или обескураживают. «Ла Ла Лэнд», наоборот, границы сужает. Это направленный луч света, чётко сфокусированный и отправленный в нужное время в нужном месте.

На первый взгляд, это очень традиционный фильм — в той же степени, в какой традиционен джаз, которым так увлекается главный герой Себастиан, или попросту Себ (Райан Гослинг). В фильме нет ни одного кадра, который нельзя показать детям. В нём нет сцен насилия. В нём есть только джазовая сцена. И сцена эта — величиной с тот город, в котором раз в год вручают «Золотые глобусы» (награды, присуждаемые Голливудской ассоциацией иностранной прессы с 1944 года по результатам голосования примерно 90 международных журналистов).

Так почему же вроде бы незатейливый мюзикл «Ла Ла Лэнд» получил наград больше, чем любой другой фильм начиная с 1944 года? На этот вопрос каждый может ответить самостоятельно — с 12 января 2017 года фильм показывают в России, в том числе в псковском кинотеатре «Мираж-синема». Но, думаю, это закономерная реакция на то, чего в фильме нет. В нём нет войны, насилия, откровенного секса, шуток ниже пояса и тому подобных вещей, к которым кинематограф нас давно пытается приучить.

Кадр из фильма «Ла Ла Лэнд».

Этот фильм не провокация, а традиция — и поэтому всё-таки отчасти провокация. Он, как и музыка в нём (39 неплохих номеров в саундтреке, как минимум два хита — City of stars и разные вариации на тему Mia&Sebastians*), сильно отличается от того, что нам часто предлагает реальность. В фильме нет ни одного отрицательного героя. Не то что суперзлодея, стремящегося уничтожить весь мир, но даже какой-нибудь сварливой жены или слишком навязчивых родителей. Там не умирают и даже не болеют. Так что «фабрика грёз» продолжает свою работу. Правда, оба главных героя — вроде бы неудачники. Их главное препятствие — непонимание. Работодатели их не ценят. Успех их не преследует. Провальные кастинги. Ехидные реплики невидимых зрителей после спектакля. Финансовые неудачи. Отложенные мечты. Любимая музыка не в тему. Роли проходят мимо… Обычное дело. Старомодный романтизм обоих — и романтизм Себа, и романтизм его возлюбленной Миа Долан (Эмма Стоун*) — кажется милым чудачеством, но постепенно превращается в декларацию независимости.

Фильм начинается с большой метафоры — с масштабной сцены автомобильной пробки в Лос-Анджелесе, нет, в городе-государстве Ла Ла Лэнд. В каждой машине звучит что-то своё. Классика, рок, r&b… А потом все водители начинают петь и танцевать, вылезая из своих раковин — ненадолго взлетая над своими машинами. Отвлекаются от своей частной музыки и вовлекаются в общий хор. Устраивают коллективное пение и танцы. Танцуют почти все. Это ещё не джаз, но уже мюзикл. Это самая массовая сцена в фильме, который можно назвать камерным.

Есть ещё сцена вечеринки, где неприкаянный герой Райана Гослинга, влившись в кавер-группу, вынужден играть неоромантический хит группы A-HA.Толпа появляется ещё и на концерте, в котором ради денег соглашается принять участие Себастиан. Но это именно толпа, в ней заметен только один человек — Миа.

По сути, в фильме только два героя — Он и Она, не считая звёзд.

В фильме «Ла Ла Лэнд» всё время говорят или поют про звёзды. В том числе про солнце. Так происходит с самой первой песни Another day of sun («Новый солнечный день»). Ищут свет, видят свет, излучают свет… И это происходит не только в планетарии. В первой песне поётся про то, как «разворачивался искрящийся красками мир», про «мерцающий свет» и «неоновый свет»…* Это свет надежды. Иногда он исчезает, но потом усилиями обоих возникает вновь. Всё получается как у Михаила Лермонтова: «Чисто вечернее небо, // Ясны далёкие звёзды, // Ясны, как счастье ребёнка. // О! Для чего мне нельзя и подумать: // Звёзды, вы ясны, как счастье моё!»*

«Как ты хочешь совершить революцию, если ты такой традиционалист?»

Вроде бы «Ла Ла Лэнд» — ностальгическое кино об ушедшем времени, когда снимали такие фильмы, как «Касабланка» с Хамфри Богартом и Ингрид Бергман (музыкальная пьеса Bogart and Bergman композитора Джастина Гурвица прилагается) или многолюдные зажигательные мюзиклы вроде «Поющих под дождём». Хоги Кармайкл, Чик Уэбб, Каунт Бэйси, Чарли Паркер, Телониус Монк, Мерилин Монро, Чарли Чаплин, Луи Армстронг… Всех их в фильме упоминают — либо по имени-фамилии, либо мы видим их изображение. Но одной ностальгией здесь дело не обходится. Для кого-то джаз — свободная импровизация, для кого-то — почти животный свинг, а для некоторых, в том числе и для Себастиана и Миа, — это прежде всего искренние чувства, не замаскированные посторонними наслоениями.

Кадр из фильма «Ла Ла Лэнд».

Режиссёр Дэмьен Шазелл и его товарищ по университету композитор Джастин Гурвиц — люди совсем не старые. Шазеллу 31 год, Райану Гослингу нет и сорока, а Эмме Стоун нет и тридцати. Фильм делался людьми, для которых упомянутая группа A-Ha — уже ретро. А получился мюзикл, пронизывающий все времена.

Нет, не зря Себастиан произносит имя именно Хоги Кармайкла, в России более известного как автор песни Georgia on My Mind. Но у Кармайкла есть ещё и написанная на слова Майкла Пэриша баллада Stardust. Высокое небо, маленькие звёзды, прогулки по переулку вдвоём, звёздная пыль… Эта баллада перекликается с тем, что написал для фильма «Ла Ла Лэнд» Джастин Гурвиц, с темой Mia&Sebastians. Будет удивительно, если Гурвиц не получит за музыку к этому фильму «Оскара». Не менее удивительно будет то, если обойдут вниманием Эмму Стоун, ставшую в фильме центром притяжения. Два-три эпизода с её участием прямо на глазах становятся классикой. Такое случается очень редко.

«Ла Ла Лэнд» — не совсем типичный фильм с американской мечтой на горизонте. Дэмьен Шазелл мог бы спокойно перенести героев во времена Мерилин Монро, а то и Чика Уэбба, безупречно стилизовав любовную историю. Но не сделал этого, а предпочёл наше время — с мобильными телефонами и удобными автомобилями. Он снял именно современный фильм. Да, он с приёмами старого доброго кино, но всё-таки о событиях, происходящих сейчас. Не только о любви, но и о том, что её сопровождает: об искушениях, пустяках, суете и, главное, о жертвоприношении. Путь к успеху без таких жертвоприношений не обходится.

Кадр из фильма «Ла Ла Лэнд».

В совсем уж традиционном (шаблонном) кино выбрали бы традиционный же хеппи-энд, а создатели «Ла Ла Лэнда» придумали свой хеппи-энд. Не сфальшивили.

Фильм «Ла Ла Лэнд» получил награду в разделе «Лучшая комедия или мюзикл». Но этот фильм даже лирической комедией не назовёшь. Две немолодые женщины, сидевшие в кинозале неподалёку от меня, каждые пять минут утирали слёзы и всхлипывали (это было то, что принято называть «слёзы счастья»). Счастье, конечно, возможно, но оно требует каких-то компромиссов. И Дэмьен Шазелл их чётко определил. Именно здесь находится внутренняя пружина фильма, его конфликт, без которого любая история, в том числе и любовная, покажется скучной.

«Как ты хочешь совершить революцию, если ты такой традиционалист?» — спрашивают у Себастиана. Но в том-то и дело, что не похоже, будто потенциальный владелец джаз-клуба Себ стремится совершить какую-нибудь революцию. Ему просто не нравится современное звучание, иначе говоря — звучание современности. Однако он совсем не занят поисками чего-то нового. Наоборот, он ищет и находит хорошо забытое старое (как в том эпизоде, когда он без конца слушает виниловую пластику и пытается на клавишах сыграть таким же образом, сделать неживой звук живым). И в то же время это не мешает ему быть самим собой, постоянно импровизировать и к тому же увлекать за собой мечтающую быть актрисой девушку по имени Миа.

«Город звёзд, // Ты сияешь только для меня?// Город звёзд, // Здесь так много того, что невидимо…» — поётся в одной из главных вещей этого мюзикла — City of stars («Город звёзд»). Но каждый, кто способен чувствовать, может сделать невидимое видимым. Причём не только для себя, но и для других. Дэмьен Шазелл в своём втором фильме это продемонстрировал.

Иногда даже как-то неловко читать отзывы маститых кинокритиков. «Голос Стоун чист и лёгок, как посеребрение утреннего солнца» или «Ла Ла Лэнд» — это любовное письмо поражающему и магическому городу». Так было написано в журнале Time. Однако это объясняет, почему фильм приняли и критики, и зрители. Когда обычно язвительные критики пишут об «оде фантазии», о «пронизывающей сладости» и о том, что «у этого фильма есть потенциал сделать любовников из всех нас», то ясно, что они переходят на язык авторов фильма, то есть выражаются бесхитростно, прямо, отбросив маски и условности. Критики поймали ту же волну, что и исполнители главных ролей. Ведь Райан Гослинг и Эмма Стоун — не певцы и певцами вряд ли станут. Но в фильме поют — трогательно и проникновенно. Думаю, что профессионалы бы спели хуже.

Джаз привлекает главных героев не виртуозностью, а искренностью. Он становится тем, что противостоит лжи. В нём нет расчёта, а есть «улёт».

Тут одно из двух: либо вы остаётесь самим собой, либо превращаетесь в кого-то другого и живёте чужой жизнью, произносите чужие монологи, пляшете под чужую дудку.

***

Жизнь фильма «Ла Ла Лэнд» только начинается. С годами такие фильмы становятся только лучше. Прежде всего потому, что они не похожи на слезливые мелодрамы. Слезливые мелодрамы не бывают самоироничны, а в «Ла Ла Лэнде» самоиронии хватает — и в диалогах-пикировках, и в песнях, таких как A lovely night («Восхитительная ночь»): «Как бездарно растрачена // Эта восхитительная ночь…»

Восхитительную ночь непросто потратить бездарно.