Не Гоголь, а Гулий

Виталий Гулий, бывший высокопоставленный чиновник Администрации президента России, экс-представитель президента в Сахалинской области, два года назад издал свою книгу за собственные 45 тысяч рублей, теперь может заплатить штраф в 500 тысяч – получается по тысяче рублей за каждый экземпляр тиража. Честолюбивый проект бывшего чиновника рискует стать не только убыточным, но и уголовно наказуемым. Виталия Гулия задержали 28 января в московском аэропорту Домодедово по подозрению в экстремизме. Правда, в понедельник он вышел под подписку о невыезде. По версии следствия, в его книге "Подножие российского Олимпа. Штрихи к портрету современного чиновника" содержатся экстремистские высказывания.

Книга Виталия Гулия была издана в декабре 2014 года, а через год ее изъяли из продажи по требованию правоохранительных органов. Гулию предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 282 УК РФ ("Возбуждение ненависти либо вражды"), свою вину он не признает.

Из аннотации к книге Виталия Гулия в интернет-магазинах:

"Исследование нынешнего современного чиновничества под силу только писателям масштаба Салтыкова-Щедрина и Гоголя. Увы, таких и на далеком горизонте не видно. Между тем, современное чиновничество – явление особенное, отличное от старого –​ царского и советского. Нынешний чиновник более агрессивен, циничен, беспринципен, свободен от таких качеств, как щепетильность и порядочность. Он ничего не боится, когда ворует с размахом. Родина, Отечество, народ для него не просто пустой звук, это что-то такое, чего… стесняешься. Так утверждает автор, находившийся в среде чиновничества не один год".

В книге описываются, в частности, некоторые механизмы принятия решений в Совете Федерации, квотирование рыбного промысла, объединение регионов и взаимоотношения с Министерством сельского хозяйства страны.

64-летнего пенсионера Виталия Гулия задержали в аэропорту Домодедово в субботу, когда он собирался вылететь в Кишинев к больной маме, попросившей его срочно приехать.

В интервью Радио Свобода Виталий Гулий рассказал, кто стал инициатором возбужденного против него уголовного дела и кто, по его мнению, на самом деле стоит за ним стоит. А также как он провел двое суток в изоляторе временного содержания на Петровке в Москве и где теперь хранятся его изъятые из магазинов книги.

– Ко мне подошли оперативники и сказали, что меня объявили в федеральный розыск и надо срочно проехать на Петровку. На мой вопрос "За что?" ответили сначала, что за терроризм. Потом начали уточнять, звонить куда-то и сказали, что за экстремизм. "А разве вы не в курсе? Вам повестки посылали", – удивился оперативник. Я уточнил, какие повестки и куда их посылали, и услышал в ответ, что их отправляли на улицу, где я уже лет 15 не живу. Так я оказался на Петровке, а потом в камере, где в наручниках провел двое суток.

–​ Вы один были в камере?

– Нет, втроем, еще был чеченец и дагестанец. Они сидят в "Матросской тишине", их вывозят на Петровку на следственные действия. Мои сокамерники говорили мне, что на Петровке просто настоящий курорт по сравнению с тем, что в "Матросске".

Мои сокамерники говорили мне, что на Петровке просто настоящий курорт по сравнению с тем, что в "Матросске"

Этот ИВС образцово-показательный, конечно, но, честно скажу, не ожидал, что у нас за решеткой может быть так хорошо. И питание, и медобслуживание (врач к нам два раза в день заходил), лекарства хоть и отняли, но выдавали по требованию, все были предельно вежливы, я очень удивлен. Если бы у нас все изоляторы такими были, я бы гордился тем, что мы живем в такой прогрессивной стране!

Из аннотации к книге Виталия Гулия в интернет-магазинах:

"К счастью, как и везде, и среди чиновничества тоже есть достойные лица. "Я не ставил перед собой задачу подвести читателя к выводу о бессмысленности существования некоторых высших органов государственной власти, которые порой вынуждены искать и придумывать себе занятие, создавая бесполезные структуры и никчемные дела. Но если у кого-то возникнут подобные мысли, то возражать не стану", –​ уверяет автор".

–​ Вы знаете, кто обиделся на вашу книгу? И, собственно, на что обиделся?

– Обиделся сенатор (член Совета Федерации России. – РС) Франц Клинцевич, которого я в книге даже не упоминаю. Мне сказали об этом в субботу, когда я был в кабинете следователя, еще там были оперативники. В конце книги, которая вся о чиновниках, есть глава "Евреи во власти" – это мое личное оценочное суждение, мои мысли на эту тему. Так вот – Клинцевич, насколько мне известно, обиделся как раз на евреев. И написал заявление на меня, которое легло в основу обвинения. На что конкретно он обиделся, я не знаю, подозреваю, что некоторые мои фразы просто вырвали из контекста.

–​ Вы лично знакомы с сенатором Францем Клинцевичем?

– Да, знакомы, даже пару раз вместе рюмку опрокинули. Правда, тогда я был заместителем начальника управления по координации деятельности полномочных представителей президента РФ (эту должность Гулий занимал с 1993 по 2000 год. –​ РС), а Клинцевич был никем и искал работу. Он приходил к моему начальнику, Антону Федорову, который, как и Клинцевич, тоже был "афганцем", еще у нас был другой "афганец", тоже замначальника управления Николай Шуба, так что Франц к нам захаживал. Потом мы особо с ним не сталкивались.

Помню, как этот парень пришел к нам с большими карманами, набитыми деньгами, и попросил провести один закон

​–​ Может, его кто-то об этом попросил?

– Думаю, так и было, я в этом уверен. У меня в книге описывается "генерал голубой гвардии", его фамилию я не называю, но это известный человек. Мы пересекались с ним по работе в Совете Федерации, когда я был руководителем аппарата одного из комитетов, в котором он состоял, будучи сенатором. В книге он у меня еще описан как ставленник крупного капитала. Помню, как этот парень пришел к нам с большими карманами, набитыми деньгами, и попросил провести один закон. А я ему терпеливо объяснял, что так это не делается, что существует регламент, который нужно соблюдать. В книге я его фамилию не упоминаю, поэтому и в интервью давайте тоже не будем этого делать.

–​ Что же все-таки такого вы написали в главе про евреев?

– Я там цитирую многих известных людей, начиная с Уинстона Черчилля и заканчивая Владимиром Жириновским, пишу некоторые свои мысли на эту тему. При этом никого ни в чем не обвиняю. Я ведь человек опытный, сам был когда-то журналистом – еще советским журналистом, когда мы отвечали за свои слова. Обидевшиеся на меня высокопоставленные партработники дважды подавали на меня в суд и дважды проиграли. Так что я понимаю, как можно и нужно писать.

Кроме того, я заранее получил 50 сигнальных экземпляров своей книги и раздал знакомым – из Совета Федерации, прокуратуры, известным юристам, и всех просил внимательно почитать, есть ли в ней что обидное. И в одном месте поправил – один бывший сенатор указал мне пару мест, на его взгляд, уязвимых для меня, где ко мне могли бы возникнуть вопросы. И посоветовал сделать это оценочными суждениями. Я так и поступил. Потом я специально всех обзванивал, интересовался мнением, но ни у кого никаких вопросов и претензий, включая описанных в книге людей, ко мне не было. Поэтому мне так странно, что вообще возбудили уголовное дело.

–​ А кто проводил экспертизу?

Следователь очень интересовался, кто заказал мне эту книгу и кто платил за ее издание. Так вот – я сам себе ее заказал​

– Мы с моим адвокатом экспертизу еще не читали, хотя, оказывается, ее сделали еще в 2015 году, так что в ней конкретно написано, я не знаю. Кстати, следователь очень интересовался, кто заказал мне эту книгу и кто платил за ее издание. Так вот – я сам себе ее заказал, потому что давно хотел написать о чиновниках. И сам же за нее платил, обошлась она мне в 45 тысяч рублей. Точнее, расходы на ее издание мы с издательством "Алгоритм" несли пополам, с них еще была реализация книг. И знаете, в октябре 2015-го, перед изъятием ее из магазинов, в рейтинге книжного магазина "Москва" она была на втором месте после Михаила Веллера, которого я очень уважаю. Честно скажу, мне это было очень приятно, – говорит Виталий Гулий.

Ряд книг, изданных издательством "Алгоритм", вызвали протесты правозащитных и еврейских организаций. Издательству выносили предупреждение в связи с изданием литературы, признанной экстремистской. В частности, главный редактор издательства Александр Колпакиди и директор издательства Сергей Николаев были оштрафованы за публикации книг Йозефа Геббельса и Бенито Муссолини. Издательство также дважды не допустили на книжную выставку Nonfiction. Еще один скандал был связан с изданием книги от имени участниц группы Pussy Riot, без согласования с участниками группы. Потом эту книгу сняли с продажи.

Руководители "Алгоритма" для комментариев недоступны. В издательстве Радио Свобода сообщили, что у них в офисе и типографии ни одной книги Виталия Гулия не осталось.

Сам автор рассказывает, что изъятые книги сейчас, по его сведениям, заперты в шкафах на Петровке:

– Это около 400 экземпляров, всего же тираж был 500 экземпляров. У меня не осталось даже авторского экземпляра, он есть только у адвоката. Да, кстати, пока я был на Петровке в ИВС, у меня оперативники даже автограф просили, я там оказался вроде как знаменитостью.

–​ У вас нет желания по старой памяти позвонить Францу Клинцевичу и прямо его спросить, зачем ему нужно это уголовное дело?

– Я даже в страшном сне не мог представить, что у нас будут преследовать за мысли, что, вообще-то, запрещено у нас всеми законами! Конечно, я не буду ему звонить. Я даже когда его теперь вижу по телевизору, то звук выключаю – Клинцевич на всех ведущих каналах выступает в качестве военного эксперта, а мне его слушать просто неинтересно, – говорит Виталий Гулий.

Я вообще ничего не знаю: и Гулия этого не знаю, и книгу его не читал. Не знаю, кто и зачем написал на него заявление, может, кто-то для солидности вписал туда мою фамилию?

Первый заместитель председателя Комитета по обороне и безопасности Совета Федерации Франц Клинцевич заявил Радио Свобода, что лично Гулия не знает, книгу его не читал и заявления в правоохранительные органы не подавал.

– Я вообще ничего не знаю: и Гулия этого не знаю, и книгу его не читал. Не знаю, кто и зачем написал на него заявление, может, кто-то для солидности вписал туда мою фамилию? – удивляется Клинцевич. – Я слышал, что у следствия претензии к главе про евреев во власти – к сожалению, я не имею никакого отношения к этой славной нации, хотя меня часто об этом спрашивают.

– Мог кто-нибудь из ваших помощников отправить запрос по поводу этой книги, не поставив вас об этом в известность?

– Нет, это просто невозможно, это исключено.

Адвокат Гулия Дагир Хасавов говорит, что его подзащитному было очень важно узнать, кто написал на него заявление, и этот вопрос он задал следователю первым.

– Я не вижу ни у следователя, ни у оперативников личной заинтересованности указать именно на Клинцевича как на инициатора этого дела, но когда нас в порядке ст. 217 УПК РФ ознакомят с документами, мы сможем это доказать однозначно, – убежден Хасавов.

За возбуждение ненависти либо вражды в УК РФ предусмотрен штраф от 100 тысяч до 500 тысяч рублей, или обязательные работы от 120 до 240 часов, или тюремное заключение сроком до пяти лет.

По данным Центра экономических и политических реформ, в России за последние пять лет число осужденных по антиэкстремистской ст. 282 УК РФ осуждено в три раза больше человек по сравнению с 2011 годом. За первые полгода 2016 года за преступления экстремистской направленности к уголовной ответственности были привлечены 398 человек (за весь 2015-й их было 444), следует из доклада судьи Верховного суда РФ Олега Зателепина. Всего в федеральном списке экстремистских материалов на сайте Минюста значится 4022 материала, все они попали в него по решению суда.