Шалтай-Неболтай

"Шалтай-Болтай" работал на ФСБ. "Шалтай-Болтай" никак с ФСБ не был связан. Начальник ЦИБ ФСБ Михайлов сотрудничал с американской разведкой, в чем сознался. Начальник ЦИБ ФСБ Михайлов отказался от признательных показаний.

Новости по делам, связанным с российскими хакерами и их чекистскими покровителями, однообразны при всей их видимой противоречивости. Однообразие заключается в том, что проверить факты невозможно, чем эти сюжеты принципиально отличаются от известных нам заграничных историй. Ассанж, Сноуден или там помилованная Обамой Челси Мэннинг - это прежде всего скандалисты, которые обретают право свое в борьбе со спецслужбами и не скрывают мотивов собственных действий.

Их можно проклинать или презирать, ими можно восхищаться, но они более или менее понятны, эти люди. Как вообще более или менее понятно происходящее в открытом обществе, где любой гражданин, как правило, имеет возможность даже из тюрьмы воззвать к соотечественникам и ко всему миру. Объясниться, взять на себя ответственность, выразить протест.

Напротив, дела российских хакеров и как бы не связанных с ними, если верить последним утечкам, "предателей" из ФСБ полностью основаны на слухах. Это касается раритетных официальных комментариев. Это касается заявлений адвокатов, чья задача, как легко догадаться, сводится к тому, чтобы не навредить клиентам. Это касается и журналистских расследований, опирающихся на таинственные источники, которые, похоже, сливают коллегам правду пополам с дезой. А задержанные молчат как партизаны на допросах. С той, однако, разницей, что на допросах они разговаривают, но мы их совсем не слышим.

В итоге любой серьезный эксперт, пытаясь собрать убедительный пазл из разрозненных фрагментов, первым делом сознается в том, что постичь происходящее не может. Слишком уж все запутано при явном дефиците достоверной информации. Остается лишь задавать вопросы. Впрочем, вопросы эти такого рода, что хотя бы отчасти проясняют общую картину. Картину заболевания.

Россия в эпоху аншлюса соединяет в свой политике, внутренней и внешней, две концепции: империализм и чекизм. Что находит отражение и в действиях государства, и в поступках частных людей. Страна расширяется, прирастая новыми землями, а политически активные россияне заняты тем, что срывают все и всяческие маски со своих противников. Чему в огромной мере способствует глобализация с ее накрывающей целый мир сетью, прослушками и проглядками. Власть при помощи спецслужб и наемных провокаторов с равным успехом взламывает сервера Демократической партии США и вторгается в личную жизнь граждан. Пентагон, вероятно, тоже не дремлет, а несистемная оппозиция в лице, к примеру, Навального и его ФБК с легкостью опознает зарубежные счета и виллы обнаглевших чиновников и бесконечно милых собачек, которых они возят в своих самолетах.

В такой ситуации, сталкиваясь с делами "Шалтай-Болтая" и ЦИБ ФСБ РФ, и задаешься вопросами, которые при ближайшем рассмотрении содержат в себе правдоподобные ответы. Могли, допустим, некие идеалисты, знающие разные коды и ходы, задаться целью разоблачить либо потроллить каких-нибудь российских чиновников в широком смысле? Почему же нет, и вот вам смешные записи в твиттере премьер-министра, маленькие тайны крымского референдума, документальный репортаж на тему "Сурков и Донбасс", избранные места из переписки Тимура Прокопенко, а вот вам Арам Ашотыч. Идеалистов в России всегда было много, и противники режима в их рядах обычно составляли большинство.

А могли эти ребята в какой-то момент осознать, что эти свои веселые картинки с буквами они могут монетизировать? Разумеется, могли, деньги-то нужны всем, идеалистам в особенности. А как их, эти деньги, заработать, если не прямым шантажом, сливая неприятную правду в интернет только в тех случаях, когда клиент упрямится и не желает платить? Ответы, как говорится, напрашиваются сами собой.

С другой стороны, деятельностью таких идеалистов не могли не заинтересоваться в ФСБ, и тут возникает целая серия новых вопросов. Заинтересовавшись творчеством поклонников Льюиса Кэрролла или иных хакеров, чекисты могли ракрыть их имена, вступить в контакт, а кого-нибудь и перевербовать? А могли, наверное, и возглавить процесс, подсказывая умельцам нужные адреса и явки, что в рамках беспощадной борьбы кремлевских башен должно было способствовать взаимному обогащению идеалистов и чекистов. И кто, как не люди с горячими сердцами и чистыми руками, способны были поставить этот бизнес на поток? Или начальник ЦИБ ФСБ и отдельные его подчиненные, рекрутированные из тех же хакеров, непременно согласны жить на одну зарплату? А это какой-то совсем уж немыслимый сюжет, учитывая их возможности, аппетиты, моральный облик...

В обществе, где все пронизано провокацией и деньги служат основным критерием правильно проживаемой жизни, такого рода вопросы представляются, деликатно выражаясь, риторическими. Тем не менее провести надежный фактчекинг невозможно, и это снижает ценность любых, даже самых правдоподобных наших версий. Оттого нельзя сбрасывать со счетов и конспирологические.

Скажем, Дмитрий Песков несколько дней назад назвал "нелепыми инсинуациями" разговоры о том, будто арестованные чекисты делились с американцами информацией о российских хакерских атаках на США. И тут уже закрадывается мысль, что сведениями они, конечно, вряд ли делились, а вот участвовать в атаках могли. И если в планах российского руководства стоит сближение с Трампом, то закрытый процесс над взломщиками-вредителями явился бы событием, укрепляющим доверие между хозяевами Кремля и Белого Дома. Либо инструментом давления на Трампа, которому мы так помогли. Хочется сказать, бескорыстно, но что-то останавливает.

А пока следим за новостями, резко противоречащими другу другу, и уже утопаем в них. Так работали "Шалтай-Болтай" на ФСБ, а ФСБ на ЦРУ, а Путин на Трампа - или не работали? Трудно понять, но именно в этой неопределенности, похоже, заключена стратегия хакерских дел, сопровождаемых постоянными мутными вбросами. Впрочем, в чекистском государстве так и должны идти процессы, в которых столько тавтологии, где шпионы ловят шпионов, которые то сознаются в шпионаже, а то отпираются. Здесь даже прослеживается закономерность, ибо как еще должны вести себя те, которые ловят, и те, которых поймали. Так уж все устроено, и грех роптать против устоявшегося миропорядка.