Михаил Угаров: «У Павленского безвыходное положение»

Несколько дней назад на COLTA.RU было опубликовано интервью Петра Павленского, который вместе с детьми находится во Франции. В России на художника и его гражданскую жену Оксану Шалыгину заведены уголовные дела — о нанесении побоев актеру «Театра.doc» Василию Березину и сексуальном насилии в отношении актрисы того же театра Анастасии Слониной. Сегодня мы представляем точку зрения на ситуацию художественного руководителя «Театра.doc» Михаила Угарова. Актриса Анастасия Слонина отказывается от общения с прессой — единственное интервью она дала порталу «Открытая Россия».

— В интервью COLTA.RU Павленский утверждает, что актеру Василию Березину он отомстил за побои и унижения, которые тот причинил Анастасии Слониной. Эти побои и унижения со стороны Березина имели место?

— Та версия, которую выдвигает Павленский, — мол, весь театр знал о том, что Березин издевается над Слониной, — это, конечно, полный бред. Я лично не знал, мне даже никто об этом не насплетничал. Хотя в театре, как вы знаете, благодаря сплетням ты мгновенно узнаешь, что и с кем произошло. Более того, тот случай, о котором рассказывает Павленский, — когда Настю якобы били головой о ванну… Дело в том, что в тот день у Насти ночевал актер нашего театра Никита Щетинин, который свидетельствует, что ничего такого не было. Были выяснения отношений — ну, понимаете, это молодые люди, они практикуют страстные отношения. Но никакого рукоприкладства не было. Другое дело, что Березин патологически ревнив, на что Настя жаловалась. И он нашел в компьютере переписку Насти и Павленского, где тот склоняет ее к близости. Это сейчас Павленский говорит, что Настя сама всячески искала с ним встречи. Но я же видел, и мы даже смеяться начали с актерами над тем, как он постоянно рядом с ней возникал. Бешеную активность по поводу Насти проявляла и гражданская жена Павленского Оксана (Шалыгина. — Е.А.). Эта пара вообще практикует секс втроем — до Насти там были другие девушки, какая-то Маша… Именно Оксана всячески зазывала Настю в гости — но Настя, хотя и импульсивная девушка, не любит лесбийских отношений. И имеет на это полное право.

— Мне непонятна одна вещь: зачем было после избиения своего экс-бойфренда встречаться с тем, кто его избил? В своем единственном интервью Слонина говорит, что обратилась к Павленскому, чтобы он научил ее вести себя с полицией. Это звучит крайне странно.

— Я подробно знаю эту историю, потому что допытывался у Насти: а зачем, собственно, было идти к Павленскому. Это первый вопрос, который у любого возник бы. После избиения Вася порвал с Настей — и она очень по этому поводу переживала. А Павленский, поняв, что ему светит статья за избиение, начал искать варианты, чтобы пойти на мировую. Поэтому Настя и оказалась у него в квартире — они ее зазывали, потому что она была единственным человеком, который мог помочь эту ситуацию между ними урегулировать.

— И эта встреча, по словам Павленского, закончилась сексом — насилие он отрицает.

— В заявлении Насти упоминается не изнасилование, а действия сексуального характера. Я знаю подробности, но, естественно, не буду их раскрывать. Скажем так: девушке не понравились активные лесбийские притязания Оксаны. Что касается Павленского, то он говорит разное. Раньше он говорил, что это была «подростковая возня» — хотя я иначе себе это представляю, вспоминая свой подростковый возраст. Теперь он говорит, что интим был. Что касается порезов и побоев… Я так понимаю, что эта пара (Павленский и Шалыгина) использует порезы для получения дополнительного наслаждения. Но не всем это нравится.

— Павленский говорит, что порезы могли нанести Березин или сама Слонина.

— Я очень смеялся, когда это в его интервью прочитал. Просто представляю это: как Настя нанесла себе порезы в подъезде, а потом вошла в его квартиру. Он говорит: «Ну она же актриса». То есть у него такое обывательское представление: раз актриса, значит, немного не в себе. Я тоже могу многозначительно сказать: «Ну он же художник!»

— Павленский утверждает, что заявление в полицию Слонина подала не сразу. И что об истории, которая произошла еще в декабре, долгое время никто не говорил.

— Сейчас у него все аргументы будут сводиться к «кровавой гэбне», которая все подстроила. Это смешно. Просто наше Басманное отделение полиции, куда было подано заявление, очень плохо работает. Они действительно могут молчать по два месяца, не давать никаких ответов на заявления. В результате все вокруг сразу начинают говорить: «Павленский “подментованный”!» Я всем говорю: «Хватит этих домыслов». Я прекрасно помню советские времена, когда любимым занятием интеллигенции было рассуждать, кто из знакомых тайно сотрудничает с КГБ. Это было что-то вроде игры. А тут в нее втянулся и Павленский, который говорит, что «Театр.doc» работает на ФСБ.

— То есть то, что Павленскому, несмотря на уголовное дело, дали спокойно уехать из страны, — это случайность?

— Это тоже плохая работа. Разгонять одиночные пикеты, протестующих — это они умеют. А там, где речь идет о серьезных преступлениях — убийствах, изнасилованиях, — они действуют спустя рукава. Полиция зашевелилась только после того, как адвокаты Слониной и Березина начали писать жалобы во все инстанции. Причем они очень раздражены сейчас: мол, что вы жалобы на нас пишете?

— С полицией понятно. Но никто из театра об этих инцидентах тоже долго не говорил.

— Нам не нужны были скандалы, тем более такая пошлая «хулиганка на райончике». Поэтому мы решили: если уголовное дело возбудят — мы выступим. А так как полиция тянула время, мы и не выступали. Второе важное обстоятельство: я от этой истории просто был в смятении долгое время. Я вот с чего хотел начать: как художник, Павленский с его акциями достоин всяческого уважения — и это до сих пор так. А как человек — ну я с этим просто не хотел бы рядом сидеть... И театр попал в такую ситуацию: мы делаем с Павленским вечер, разговариваем с ним вдвоем, в зале аншлаг, интерес огромный. То есть мы показываем его как такого героя. И вот проходит месяц-два, и вдруг театр этого же героя предъявляет как гопника, который бьет людей ногами. У меня оторопь от этого всего была. Он в своем интервью очень смешно говорит, что у кого-то «рухнул герой» — это про меня, видимо. Ну да, рухнул, да, я его выдумал, ну и что? Акции-то были.

— Смотрите: у «Театра.doc» много спектаклей, показывающих специфичность российского правосудия, — был спектакль о Pussy Riot, о «Болотном деле». А в случае с Павленским вы как бы забываете про эту специфичность и отдаете его в руки нашего правосудия — зная, как у нас принимаются решения в судах, работает полиция и так далее.

— Сам театр ни на кого заявлений не подавал. Это заявления частных лиц — наших актеров. Я как художественный руководитель не могу запретить им обращаться в органы: одного избили, другую пытались изнасиловать. Ну что я, скажу Слониной: «Настя, нам не нужен скандал, закрой рот»? Так что постановка вопроса неправильная — это не театр, это частные лица, которые выясняют между собой отношения. Мы выступили только тогда, когда Павленский стал раздавать интервью и говорить, что «Театр.doc» работает на ФСБ.

— Вы можете его доводы как-то прокомментировать?

— Он сейчас метет все в одну кучу. С роликом НТВ вообще смешно: ведь это был ролик из Питера. И телевизионщиков заинтересовал не «Театр.doc», а сюжет с ментами, которые решили, что человек прыгает с балкона, и прибежали его спасать, — а потом узнали, что это был спектакль. Это был репортаж про добросовестных полицейских, такая сладкая рождественская история. Театр в ней мог быть любым. Что касается помещения «Трансформатор» на Электрозаводской — у нас много спонсоров, которые предлагают нам помещения. Как правило, эти помещения непригодны. И в случае с «Трансформатором» я был против того, чтобы его задействовать. Но режиссер Лисовский предложил туда перенести авангардные спектакли. Ну хорошо, согласились.

— А кто хозяин помещения на Электрозаводской?

— Он просил не называть его фамилию — это его дело, предпринимательское. У него там фотостудия, лофт. Но мы работаем с ним на честном слове: у нас нет договора, ничего. Мы там немного зарабатываем, а ему кроме любви к театру важен в этом сотрудничестве поток людей, которые к нам приходят. Благодаря ему он раскручивает свой лофт. Но, повторяю, завтра мы можем пожать друг другу руки и разойтись — у нас нет друг перед другом каких-то задокументированных обязательств. И у нас множество людей, которые готовы предоставить для спектаклей помещения.

— Вы говорите, что вся эта история — спор частных лиц. Но есть вот какой момент: в общественном сознании это все равно конфликт именно «Театра.doc» и Павленского. Последний охотно делится своей версией с масс-медиа, раздает интервью, в то время как театр больше кивает на материалы уголовных дел. Может быть, вам как художественному руководителю попросить высказаться более подробно потерпевших — Слонину и Березина? Чтобы у обывателя создалось какое-то более объективное представление об этом деле.

— У Павленского сейчас безвыходное положение. Он понимает, что никому не нужен во Франции, что весь его художественный контекст — в России, что это гибель его как художника. Отступать ему некуда — вот он и забрасывает своими интервью все издания. Мы находимся в другом положении, у нас безвыходности нет… Мы рекомендовали и Насте, и Васе высказаться. Но Настя не хочет — так что на все вопросы будет отвечать ее адвокат. И это нормальная мировая практика: расспрашивайте о подробностях — адвокат на все ответит. Вася тоже комментировать все это не хочет — и его можно понять, парень чувствует себя униженным немного.