О положении независимого исследователя в современной медиевистике

История Средних веков — область изучения профессиональных историков, работающих в научных учреждениях, имеющих ученые степени и занимающих должности, ведущих преподавательскую и научную работу.

Положение историка-профессионала имеет целый ряд преимуществ. Он постоянно находится в контакте с коллегами, в курсе всех событий, происходящих в своей отрасли науки, принимает участие во всех научных мероприятиях, организуемых учреждением, в котором он работает, и смежными учреждениями: симпозиумах, конференциях, семинарах. Для него проще получить доступ к научным изданиям, в которых он может опубликовать результаты своих исследований. Однако при всех этих важных преимуществах его положение имеет стороны, отрицательно сказывающиеся на его научной деятельности. Ведомственные отношения, особенности карьерного роста, денежные отношения и необходимость зарабатывать на жизнь, стремление сохранить рабочее место, демонстрируя постоянные успехи даже там, где их нет, — то есть все те соображения, что характерны для любого госбюджетного работника. Во времена СССР к этому добавлялась еще и необходимость быть в русле государственной идеологии [1; 2].

Положение независимого исследователя — полная противоположность положению историка-профессионала, работающего в системе госучреждений. Он не связан ни с каким ведомством и имеет возможность реализовывать собственные планы и идеи, ни с кем их не согласовывая и не нуждаясь в финансировании и правительственных грантах. Над ним не довлеет необходимость постоянно демонстрировать результаты научной деятельности для сохранения своего положения в науке.

Основной опасностью для независимого исследователя-историка становится дилетантизм, а иногда и погружение в лженауку или фолк-хистори, что, к сожалению, происходит очень часто [3, 4, 5]. Независимый исследователь находится в некоторой изоляции от коллег. Научное сообщество на первых порах, пока он не доказал свою научную компетентность, смотрит на него как на дилетанта (и, замечу, правильно делает). Такое отношение является своего рода здоровой реакцией на проникновение в науку разного рода авантюристов и лжеученых. Независимому исследователю не просто получить доступ к опубликованию своих работ в научных изданиях, он как правило только случайным образом получает информацию о таких событиях, как симпозиумы, конференции, семинары в интересующей его области науки.

Как независимый исследователь может преодолеть эти сложности? Только упорным трудом и пониманием значения и ценности профессиональной науки, изучением ее достижений, методов ее работы, постоянного ознакомления с публикуемыми результатами научных работ в избранной для себя области.

Что является основными признаками историка-дилетанта?

1. Стремление решать глобальные вопросы, переворачивающие все устоявшиеся научные воззрения. Его не интересуют такие мелочи, как изучение того или иного конкретного источника, решение того или иного конкретного вопроса. Он замахивается на всё здание исторической науки, построенное до него, чтобы начать всё с нуля.
2. Неуважение к работам предшественников. В работах историков-дилетантов, как правило, напрочь отсутствует такой раздел, как «история вопроса». И это понятно. Когда фолк-историк начинает свои исследования с нуля, чтобы перевернуть все научные представления, то, естественно, работы предшественников нужны ему в лучшем случае для того, чтобы заклеймить их как «догматические», «проплаченные», «антипатриотические» и т.д.
3. Отсутствие соответствующего научного образования и отсутствие стремления к обучению, самообразованию на основе опыта профессиональной науки.
4. Поскольку высказываемые маргинальные гипотезы противоречат всему опыту профессиональной науки, то отсюда следуют постоянные инвективы в отношении профессиональных историков, как «догматиков», «некомпетентных» в том или ином вопросе (причем право определять, кто компетентен, а кто нет, дилетант, естественно, делегирует себе любимому).
5. Нетерпимость к любой критике. Дилетант рассматривает критику как посягательство на его концепцию, как враждебный акт по отношению лично к нему. Для дилетанта критика его работ есть повод для перехода от обсуждения гипотез и концепций к личностным выпадам.
6. Групповщина, когда дилетанты или сторонники какой-либо маргинальной гипотезы в своих работах ссылаются друг на друга, расхваливают работы друг друга независимо от реального уровня и качества этих работ. Здесь проявляется стремление создать свою «академию», занять места в редакции какой-либо журнала или создать новый журнал, под свое направление, в котором наряду со статьями серьезных ученых печатать работы, отвергаемые научными журналами из-за их низкого качества. Поскольку научные издания как правило отказываются печатать работы низкого качества, то дилетанты группируются в основном на исторических и псевдоисторических сайтах в Интернете.
7. Подчинение исследований высказанной идее, несмотря на сопротивление материала. Дилетант никогда не рассматривает все «за» и «против». В лучшем случае упоминает версии «против», заявляя, что они не рассматриваются поскольку «устарели», «не соответствуют последним научным данным», «не были доказаны или как-либо подтверждены источниками, поэтому не могут быть приняты как вероятные». Причем если посмотреть источники, то выясняется, что те самые аргументы «против», которые дилетант не стал рассматривать, и подтверждены археологией, и доказываются, и рассматриваются как вполне обоснованные соображения.
8. Стремление решать сложные вопросы простыми методами. А также непременно дать однозначный ответ на вопросы, на которые его дать невозможно. Закрыть белые пятна сразу, сейчас же, невзирая на отсутствие данных.
9. Негативное отношение к авторитету известных ученых, которые, по мнению дилетанта, «некомпетентны», «не являются специалистами», «предвзято относятся» и т.д. Обычно это сопровождается переходом на личности, когда заявляется, например, что филолог по образованию не может считаться выдающимся историком и т.д.
10. Обвинения профессиональных ученых в «заговоре» против истины, в стремлении «скрыть истину от народа».
11. Непонимание самой сути научного похода к исследованиям, стремление выдать желаемое за действительное, «конструирование» отсутствующих фактов. Для дилетанта характерны длинные рассуждения на тему о том, «что могло» и «чего не могло» быть, постоянные ссылки на «логику», причем с привлечением примеров из современности, не имеющих никакого отношения к Средневековью.
12. Хамский язык, нецензурная лексика и личные выпады против профессиональных историков в постах и обсуждениях на сайтах в Интернете. Зашкаливающий уровень злобы в отношении историков-профессионалов, не придерживающихся маргинальных гипотез дилетантов. Причем оскорбительные выпады и эпитеты в адрес ученых рассматриваются как своего рода «доказательства» их некомпетентности.

Опыт показывает, что всё перечисленное характерно не только для фолк-историков и дилетантов, но иногда и для историков-профессионалов, отстаивающих маргинальные гипотезы или концепции, например антинорманизм.

Пока мне известен один случай, когда человек, получивший техническое образование и известный выдающимися работами в области металлургии, смог работать профессионально в области древней истории, и, в частности, медиевистики, — это участник работы семинара Н.П.Кондакова в Праге, российский эмигрант Николай Тимофеевич Беляев.

В качестве примера современного зарубежного независимого исследователя можно привести С.М.Льюиса, размещающего свои работы в Интернете и опубликовавшего интересную работу в трудах общества Viking Society for Northern Research [6].

Что можно порекомендовать независимому исследователю? Стараться избегать всего перечисленного. Стараться решать небольшие конкретные вопросы в узкой избранной области исследований, но решать их, прорабатывая насколько это возможно глубоко, с привлечением большого числа как отечественных, так и зарубежных источников. Для независимого исследователя очень важно знать по возможности как можно больше иностранных языков, чтобы понимать содержание работ зарубежных исследователей, не полагаясь на переводы. Желательно знание древних языков в избранной области исследования.

Для серьезного профессионального историка критика коллег всегда повод для пересмотра своих работ, поиска в них ошибок и неточностей, вызвавших критику, стремление их устранить и сделать свою работу лучше. Именно таким должно быть отношение к критике независимого исследователя, стремящегося стать профессионалом в своей области. Именно критика является для независимого исследователя той обратной связью, которая помогает ему преодолеть свою оторванность от коллектива ученых. Положительные отзывы на работы радуют и стимулируют к творческой активности, но критика, пусть самая жесткая, гораздо важнее, поскольку позволяет учиться на ошибках и делать свои работы более качественными.

Независимому исследователю можно порекомендовать стараться публиковать свои работы в наиболее престижных научных изданиях, хотя это потребует огромного кропотливого труда и усилий и зачастую может встретить негативное отношение рецензентов. Это гораздо важнее публикаций в непрофильных и периферийных изданиях, где требования к публикациям значительно ниже.

Особое значение для независимого исследователя имеет общение с коллегами, поэтому очень важно участвовать в конференциях, симпозиумах, семинарах, причем не просто в роли слушателя, а докладчика. Так приобретается опыт публичных выступлений. Желательно записывать заданные вопросы, чтобы потом обдумать их и учесть в работе.

Олег Губарев

Литература

1. Arzhantseva 2014 — Arzhantseva I.A. Terenozhkin and Tolstov: Faustian bargain in Soviet archeology // Археологические и лингвистичекие исследования. Материалы Гумбольдт-конференции (Симферополь — Ялта, 20-23 сентября 2012 года) Киев 2014.
2. Формозов 1993 — Формозов А. А. Археология и идеология (20-30-е годы) // Вопросы философии. 1993. № 2. С. 70—82.
3. Клейн 2010а — Клейн Л.С. Дилетантизм в археологии // Здравый смысл, № 2 (55), 2010. С. 22-26.
4. Клейн 2010б — Клейн Л.С. Воинствующий дилетантизм на экране // ТрВ-Наука, № 119, 2010. С.12.
5. Губарев 2014 — Губарев О.Л. Откуда берется фолк-хистори // ТрВ-Наука, http://trv-science.ru/2014/08/14/otkuda-beretsya-folk-khistori/
6. Lewis S. Rodulf and Ubba. In search of a Frisian-danish Viking // Viking Society for Northern Research. University College London. Vol. XL. 2016. Pp. 5-42.