Городская легенда. Что стоит за игрой «Синий кит» и всплеском интереса к «суицидальным пабликам»

В середине февраля 2017 года в России опять заговорили о «группах смерти» — сообществах «ВКонтакте», где молодым людям раздают «задания», которые якобы ведут к самоубийствам. Об игре «Синий кит», в процессе которой подросток в течение 50 дней должен выполнять те самые «задания» (в основном связанные с нанесением физического вреда себе), пишут крупнейшие СМИ страны; Следственный комитет нашел след «суицидальных пабликов» в нескольких делах о попытках самоубийств. При этом исследователи, изучающие «группы смерти», убеждены, что классифицировать это явление следует, скорее, как городскую легенду. «Медуза» попыталась выяснить, в чем смысл игры «Синий кит».

В начале февраля 2017 года в русскоязычном интернете опять началось бурное обсуждение игры, известной журналистам как «Синий кит» — по хэштегу #синийкит. Это один из хэштегов, которые пользователи социальных сетей (как правило, подростки) оставляют на своих страницах, чтобы поучаствовать в ней; есть и другие: #явигре, #тихийдом, #синий, #синей.

Хэштег нередко сопровождается стихами; вот довольно типичные: «Синий дом, что стоит на волнах 🏠🌊 / Синей кит, что плывет в облаках 🐋☁ / Забирай меня, кит, к себе 🌀 / Я жду инструкций. Я готова к игре. 🐋🐋🐋»

Образ кита, по всей видимости, позаимствован из песни «Гореть» группы «Люмен» — и символизирует отчужденность и одиночество. Резкий рост числа таких сообщений в феврале зафиксировал «Центр интернет-технологий» — равно как и другие исследователи, при этом информацию об игре ищут не только в России, но и в Киргизии, Казахстане и на Украине.

Игра начинается после публикации сообщения: с пользователем якобы связывается «куратор» игры, обычно с аккаунта, который нельзя идентифицировать. Он объясняет правила: «никому не говорить об этой игре», «всегда выполнять мои задания, каким бы оно не было», «за невыполнение любого задания ты исключаешься из игры навсегда и тебя ждут плохие последствия». Также куратор выдает задания; их, скорее всего, 50 — по одному на день (вероятно, это отсылка к книге «50 дней до моего самоубийства»).

Существует типовой список заданий — его (текстом и картинкой) прислали сразу несколько играющих и желающих играть в «Синего кита» пользователей «ВКонтакте», с которыми общался корреспондент «Медузы». Задания связаны с нанесением физического вреда себе («на руке лезвием вырезать f57»), китами («нарисовать кита на листочке») и страхом («целый день смотреть страшные видео»). Для выполнения некоторых заданий игрок должен забраться на крышу высоток. Задания с 30-го по 49-е такие: «Ты каждый день в 4:20 просыпаешься, смотришь видео, слушаешь музыку, и каждый день делаешь по одному порезу на руке, разговариваешь с китом».

Последнее задание — самоубийство. Бывают нетиповые задания, например, некоторым пользователям «кураторы» предлагают перебежать дорогу перед автомобилем и снять это на видео (такой вид развлечения получил среди подростков название «беги или умри»).

Если пользователь решает покинуть игру, «куратор» обещает прийти к нему домой и убить его родителей. Как пишут пользователи имиджборда «Двач», чтобы узнать адрес, «куратор» отправляет пользователю ссылку на сервис, фиксирующий геоданные либо ip-адрес. Один из собеседников «Медузы» (просил не называть своего имени) рассказал, что одноклассник его младшего брата, участвовавший в «Синем ките», не решался покинуть игру именно из-за таких угроз — оба учатся в седьмом классе одной из крымских школ.

«О том, что он играет, узнала сначала классная руководительница, а потом директор. Парень, весь перепуганный, сидел у него в кабинете несколько часов. Затем все-таки рассказал, что не может перестать играть, иначе его родителей убьют», — сказал собеседник «Медузы». Он добавил, что после того, как об игре стало известно, во всей параллели объявили внеочередные родительские собрания; подростка в качестве наказания родители «отправили под домашний арест».

После всплеска интереса к игре со стороны пользователей газеты начали писать (например, вот и вот) о «возвращении „групп смерти“». Первой о существовании «скоординированной сети» сообществ «ВКонтакте», администраторы которых раздают подросткам задания, якобы ведущие к самоубийствам, рассказала в мае 2016 года обозреватель «Новой газеты» Галина Мурсалиева. В тексте утверждалось, что жертвами стали 130 подростков. Нынешняя волна, пишет Мурсалиева, приведет к новым жертвам, а потому «незамедлительно нужно создать специальное подразделение по борьбе со смертельно опасными угрозами детям».

Следственный комитет и МВД обратили внимание на «группы смерти». 17 февраля в Северной Осетии задержали четверых «координаторов „групп смерти“», 14 февраля СК по Московской области возбудил уголовное дело по статье «Доведение до самоубийства» по факту попытки суицида двух девушек-подростков; по версии следствия, «неустановленные лица через аккаунты в соцсетях оказывали на девочек психологическое давление, давали опасные для здоровья задания».

Версий о происхождении игры — огромное количество. Например, директор «Центра исследований легитимности и политического протеста» Евгений Венедиктов говорит о возможной причастности западных спецслужб, а менеджер по интернет-маркетингу компании «Мегафон» Антон Елизаров убежден, что за созданием групп стоят украинские националисты.

С игрой пытаются бороться социальные сети: «ВКонтакте» блокирует пользователей, оставляющих соответствующие хэштеги; администрация Instagram пообещала обратить внимание на проблему.

Новые посты с хэштегами, связанными с игрой, появляются во «ВКонтакте» каждую минуту, однако многие аккаунты, с которых они написаны, выглядят как фальшивые страницы. У этих аккаунтов практически нет друзей, а все публикации на стене относятся к минувшей неделе. Кроме того, в переписке с корреспондентом «Медузы» многие пользователи прямо подтвердили, что «пишут с фейков», чтобы их реальные имена никто не узнал, а их реальные аккаунты не были забанены.

Кроме того, больше половины пользователей, с которыми связался корреспондент «Медузы», оказались так называемыми «антикитами» или «дельфинами» — подростками, которые пытаются отговорить от гипотетического самоубийства потенциальных игроков с помощью личных сообщений («Я хочу, чтобы ты не делал этого. Подумай о близких. Представь что будет…») или сообщений на стене («Я слышал, ты звал (а) кита? 🐋 / Который в тихий дом тебя ведет 🏡 / Но вспомни маму, и представь ее глаза 👭 / Когда она увидит, что с тобой. 💔»).

Прочие объясняли, что оставили хэштег, связанный с игрой, из любопытства. Два человека (одному из них 25 лет) заявили, что ищут организаторов, поскольку «из-за игры» попытку суицида предприняли их знакомые; впрочем, на просьбу рассказать подробности они не ответили.

Некоторые пользователи, анонимно говорившие с «Медузой», также заявили, что уже слышали об игре — год или два назад, и нынешний всплеск интереса — не первый. Многие отмечали, что «кураторы» — такие же подростки, как и игроки, и пишут они зачастую с фейковых аккаунтов (в русскоязычном «Твиттере» даже развернулся импровизированный флешмоб — пользователи просят «кураторов» прислать задание, а затем начинают их троллить, например, присылая в ответ вырезанных из бумаги (а не на руке) китов; результатами пользователи делятся все под теми же, «игровыми», хештегами). Собеседники «Медузы» допускают, что некоторые игроки верят словам «кураторов» (в том числе, из угрозам), но лишь те, у кого шаткая психика.

«Страшные истории о том, что игра „Синий кит“ подталкивает к самоубийству, представляют собой классическую городскую легенду, при этом существует явление остенсии, при котором человек воплощает в жизнь фольклорный сюжет, например, кто-то, наслушавшись историй про игру „Синий кит“, может создать соответствующий паблик, — говорится в комментарии, который по просьбе „Медузы“ подготовили специалисты исследовательской группы „Мониторинг актуального фольклора“ Института общественных наук при РАНХиГС Александра Архипова, Мария Волкова и Анна Кирзюк. — Историй о чем-то, что угрожает нашим детям, очень много. Например, совсем недавно интернет обошли предупреждения о „наркожвачках“, подкрепленные письмом из департамента образования, содержащим фальшивую ссылку на письмо из МВД. Другие пользователи обмениваются предупреждениями о 18 террористах из ИГИЛ или о „банде педофилов“, коварно заманивающих детей в машину. Во всех таких историях действуют анонимные враждебные силы, злодеи, чьи мотивы никак не рационализируются. Такие истории возникают, потому что речь идет о боязни потери контроля над детьми. Взрослые, погруженные в интернет меньше, чем подростки, воспринимают его как непонятную и опасную реальность».

Ведущий научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН, доктор исторических наук Дмитрий Громов также считает, что истории про «Синего кита» — это разновидность легенды. «Эпидемии слухов (в том числе, построенных по типу городских легенд) основываются на фобиях, существующих в обществе. Здесь может подключаться часто встречающийся у подростков интерес к тематике суицида. Но надо понимать, что молодые люди, которые интересуются суицидом, в подавляющем большинстве случаев к нему вовсе не стремятся. Для подросткового сознания это что-то вроде страшилок про Черную Руку или Синие Занавески, такая экстремальная грань, подходя к которой, можно пощекотать себе нервы, а потом обсудить это в кругу сверстников. Для подростков такая деятельность — часть процесса освоения мира», — сказал Громов в разговоре с «Медузой».

По словам Громова, самоубийства подростков (включая тех, которые участвовали в играх, подобных «Синему киту») происходят по другим причинам: «Несколько лет назад была подобная волна — кто-то из депутатов сказал, что есть субкультуры готов и эмо, из-за которых происходят самоубийства, и если мы запретим готов, то суицидов станет меньше (депутаты Госдумы действительно обсуждали такой запрет в 2008 году, хотя этой молодежной культуры в то время уже практически не существовало — прим. „Медузы“). Подростковый суицид — большая социальная проблема, обусловленная множеством факторов; эта проблема существует независимо от игр и мало с ними связана».

Евгений Берг