Восточный базар

14 февраля стало известно о внезапной отмене визита вице-премьера Дмитрия Рогозина в Тегеран — по «техническим причинам»

Источники в российском правительстве пояснили газете «КоммерсантЪ», что таким образом высокопоставленный чиновник выразил свое возмущение: иранские власти, мол, сообщили в печати о поездке, которую он просил бы сделать секретной.

Больше всего отношения Москвы и Тегерана напоминают торговлю на восточном базаре: когда продавец и покупатель то мирно разговаривают, обсуждая качество товара, то вдруг начинают ругаться, бешено вращая глазами. Вспомним, как летом прошлого года иранские власти сначала разрешили российским бомбардировщикам базироваться на своем аэродроме, а потом выгнали их, тоже заявив, что русские, желая поднять авторитет на Ближнем Востоке, разгласили информацию об этом. Теперь история повторяется с точностью до наоборот.

Секретность поездки объясняют тем, что Рогозин, по версии все тех же источников, должен был вести деликатные переговоры о продаже российских гражданских самолетов Ирану. Оказывается, Тегеран поначалу обещал купить сотню российских Superjet. Но когда (не без содействия Москвы) с Ирана были сняты международные санкции, тамошние власти передумали и решили прикупить аж 50 самолетов Boeing-737 и 30 Boeing-777, а также еще около сотни самолетов компании Airbus.

Если суть конфликта в этом, то следует с прискорбием констатировать: Москва последние лет 20 наступает на те же грабли. Она оказывает разного рода содействие диктаторским и авторитарным режимам, рассчитывая, что взамен те предоставят России всевозможные политические и экономические преференции. И каждый раз страшно расстраивается, когда авторитарные правители «кидают» ее. Так было, например, в 2000 году: Ким Чен Ир, папаша нынешнего северокорейского лидера, сначала пообещал Путину прекратить ракетные испытания, а потом, не поморщившись, сказал, что всего лишь пошутил.

На самом деле авторитарные правители — кто угодно, только не дураки. Если у них возникает необходимость общаться с цивилизованным миром, российское посредничество им вовсе не нужно. И оплачивать его они не собираются.

В данном случае речь — об очевидных экономических интересах. Иранцы желают обновить свой флот среднемагистральных самолетов, способных перевозить 150–200 пассажиров. Superjet этим требованиям не отвечает. Других пассажирских самолетов Россия, увы и ах, не производит вовсе. Так чего, спрашивается, обижаться?

Но дело, скорее всего, в другом. В последнее время Россия старалась превратить отношения с «проблемными» государствами в козыри во взаимоотношениях с Западом: или вы, Запад, делаете то, что мы хотим, или мы начинаем поставлять оружие тем, кого вы боитесь. Именно так и было с Ираном, когда Москва сначала приостановила реализацию военных контрактов, а потом, когда отношения с Вашингтоном окончательно испортились, возобновила их.

Новый президент США Дональд Трамп объявил Иран одним из главных противников США. Но дело в том, что 14 февраля в Кремле все еще рассчитывали на «большую сделку» с Америкой — и по вопросу о продлении Договора СНВ, срок действия которого истекает в 2021 году, и по Украине. А посему сообщать о переговорах в Тегеране вице-премьера, отвечающего за военную и атомную промышленность, Москве было совсем не с руки. Однако несколькими днями позже стало ясно: никаких сделок с Вашингтоном в ближайшее время не будет. И Москва, по данным телеканала Fox News, тут же демонстративно приняла иранского генерала Касема Сулеймани, которого обвиняют в гибели сотен американских солдат в Ираке и против которого введены персональные санкции ООН.

Что же до визитов, то и за ними дело не станет: в Тегеран, судя по сообщениям прессы, уже собираются первый вице-премьер Шувалов и глава Минэнерго Новак…