Кремлевский "вброс"

Кремль ознакомил журналистов с тем, как он выберет Путина в 2018-м. Озвученную методику обсуждают Александр Кынев и Геннадий Гудков. Ведущая Елена Рыковцева.

Елена Рыковцева: Мы обсуждаем любопытнейшее событие: Кремль обнародовал план, как он будет выбирать Владимира Путина президентом в 2018 году, какими способами, какими средствами. Все открыл, все карты на стол выложил. С нами эксперты – Геннадий Гудков, Александр Кынев. Сама по себе история того, как мы узнали об этих планах, она совершенно анекдотическая. Одновременно в десяти средствах массовой информации появилась такая история со ссылкой на неназванные кремлевские источники о том, что эти источники обнародовали такие-то, такие-то пункты плана. Но как потом выяснилось, это были вовсе не анонимные источники, у них есть имена, пароли, явки, все это был брифинг для прессы. Это чисто медийная часть, профессиональная, как делается информация, как она подается, как не разрешается публиковать ее до того срока, в который вам скажут сбрасывать. Сейчас мы обсуждаем, что было обнародовано. Мы знаем о том, что существует несколько пунктов, обнародовал их Сергей Владиленович Кириенко, который собрал прессу и который рассказал, как они будут выбирать Владимира Путина. Первый пункт: никаких соперников специальных готовить ему не будут. То есть создавать специального искусственного оппонента-спойлера не будут, потому что это вызывает какие-то плохие ассоциации у граждан, у избирателей, теперь все будет честно.

Александр Кынев: Сколько я себя помню, всегда говорят одно и то же, что никаких специальных мы не будем выращивать соперников, но они, тем не менее, регулярно появляются. Если мы вспомним историю президентских выборов в России, у нас всегда появлялись фигуры, которые изображали какой-то декор. Можно вспомнить хождение Андрея Богданова, который по официальной легенде собрал более двух с лишним миллионов подписей, Малышко 2004 год. Мы можем вспомнить выдвижение Михаила Дмитриевича Прохорова. Кстати сказать, мало кто помнит, что оно было очень загадочное, потому что по закону кандидаты должны уведомить за пять дней до проведения собрания по выдвижению Центризбирком, а там срок кончался, публичные заявления не бьются с хронологией. Я бы относился к этим заявлениям как к попытке изобразить какую-то видимость, лишний раз подчеркнуть, что у нас есть по сути безальтернативный кандидат. До выборов еще больше года, концепция может неоднократно поменяться. Смотрите, как она менялась за последние несколько месяцев, была одна утечка, через два дня противоположная утечка, на минувшей неделе ссылка на другие высокопоставленные источники, там назывались другие кандидаты. Я бы к этому относился с известной долей скептицизма.

Полная видеоверсия программы

Елена Рыковцева: То есть они могут появиться, эти спойлеры.

Александр Кынев: Спойлеры, не спойлеры, но проблема в том, что то, что заявлено по поводу повышения явки и так далее, выглядит, на мой взгляд, полуанекдотично. Явку будут повышать компьютерными играми для молодежи – это смешно. Я думаю, что чем больше будет компьютерных игр, тем молодежь будет меньше ходить на участки, а не наоборот.

Геннадий Гудов: Свадьба прошла тихо, в зале работал "вай-фай".

Александр Кынев: Мне кажется, что пока все эти идеи похожи на курам на смех. Реально людей мотивирует к участию в выборах в первую очередь интрига, когда интриги нет, должны быть какие-то компенсирующие ее события. Что может быть компенсирующими событиями? Как вариант, если нет интриги на выборах президента, это могут быть какие-то сопутствующие голосования, например, референдумы или взять и вернуть выборы мэров, люди будут как-то привлечены. Все равно не прямым путем, так косвенным, интерес надо повышать. Получить высокую явку, не имея никакой интриги, рассчитывать, что она будет образована компьютерными играми, – это смешно.

Геннадий Гудков: Мой визави сказал "концепция поменялась", мне сразу вспомнился старый анекдот, когда меняется концепция: бежал, бежал, потом махнул рукой и пошел. На самом деле Путину сейчас легитимность не нужна, я так понял, что Кремль решил, что они и без этого обойдутся.

Елена Рыковцева: Что значит легитимность, что вы имеете в виду?

Геннадий Гудков: Как ни странно, Путин все-таки хочет быть президентом россиян реальным – это было очень заметно в 2012 году, когда избрали фейковый парламент, и когда Путин долго думал, что с этим делать. Были в Кремле даже некоторые мнения, что надо действительно пойти навстречу и переизбрать этот парламент, пусть "Единая Россия" проиграет, но, по крайней мере, как-то честно будет. Когда отказали в этом, Путин решил, что он все-таки изберется относительно честно. Тогда это было видно, что они хотят показать, что у нас честное голосование. Да, безусловно, вместо Явлинского, который действительно мог подергать тигра за усы, выпустили Михаила Прохорова, который неплохо выступил, но, я думаю, что Кремль в данном случае счел Михаила Прохорова более управляемым политиком, который нужен был на этот период, и ему действительно удалось набрать неплохой результат, кстати говоря. Сейчас я вижу после этих дерганий, после пустим Навального, не пустим Навального, посадим, не посадим, они все-таки решили, что будет царь и будут статисты, традиционные статисты – Зюганов, Жириновский, Миронов, которые будут имитировать оппозицию, будут говорить о том, что когда победят и если победят, они сделают нам счастье великое. На самом деле все прекрасно понимают цену этой операции. Никто за власть реально не борется, ни одна политическая партия, я имею смелость сказать, ни одна даже в мыслях не допускает реальной борьбы за власть. КПРФ борется за монополию на левом фланге, "Справедливая Россия" борется просто за то, чтобы получать госдотирование. За что борется ЛДПР, мне непонятно, но, по крайней мере, за благополучие своего вождя. Поэтому выборов не будет. Для того чтобы подсластить пилюлю, распространяется слух, что Путин, дескать, после 2024 года не пойдет. Я думаю, что при хорошем раскладе у него и не будет шанса пойти после 2024 года, я бы на его месте в 2018 году ушел, по-доброму советую ему подумать над этим вариантом – это был бы лучший выход для него, для России, для всех. Можно было бы, по крайней мере, договориться, дать какие-то гарантии безопасности. И можно было бы спокойно перевести Россию из авторитарно диктаторской формы правления в цивилизованную. Думаю, что они не пойдут на это, потому что они ничего не понимают и не хотят видеть. Власть не всегда умная, если бы власть была всегда умная, не было бы революций, бунтов, потрясений, войн и так далее. Власть очень часто теряет адекватность, становится глупой. В этом случае наша власть абсолютно глупая, не понимает никаких исторических перспектив. Поэтому они пойдут на выборы без всякой интриги, никакого там Навального не будет, может быть, дадут возможность Явлинскому участвовать, и то если карты удачно лягут. Вот эти все статисты будут имитировать нашу политическую борьбу яростную, таким образом, закончатся выборы, еще не начавшись. Можно в принципе поставить на них крест и готовиться к каким-то другим событиям, которые неизбежны, без всякого варианта последуют за избранием Путина. Путин ничего уже стране предложить не может, его вертикаль власти себя уже исчерпала. Ресурсы по развитию страны отсутствуют всякие, вообще невозможно на 19-м или 21-м году проводить какие-то реформы, потому что ты 18 лет строил непонятно что, а теперь реформировать непонятно что. Поэтому нас ждет застой, продолжение глубокого кризиса. Нас ждет, по всей вероятности, гибридная война с оппозицией. Нас ждут определенные репрессии, я надеюсь, они будут носить точечный, относительно мягкий характер. Такое прозябание России на фоне попыток доказать, что мы носители первичной духовности в мире.

Елена Рыковцева: Мы сейчас посмотрим, что говорили люди на улицах, интересно ли им ходить на такие выборы.

Елена Рыковцева: Я хотела бы познакомить с несколькими пунктами, которые они хотят воплотить за этот год. Они хотят сделать очень большую явку, больше, чем была, при этом явка должна быть сопряжена с высокими цифрами поддержки, выше, чем были.

Геннадий Гудков: Надо попросить Тулеева, и он все сделает.

Елена Рыковцева: Хотят большую явку, хотят много процентов Владимиру Путину, больше, чем было в 2012 году. Сказали, что Навальный не пойдет уже определенно, им такая интрига не нужна. Явлинский одобрен, то есть Явлинский перечислен в этой группе. Кстати, есть издание "Профиль", я вычитала там, не знаю, насколько у них верная информация, что уговорил Кириенко Касьянова идти на выборы. Касьянов не хотел, провалившись на выборах последних, скандалы в партии, расколы. Уговорил его, даже денег пообещал, пишет издание "Профиль".

Геннадий Гудков: Я спрошу у Михаила Михайловича лично. Я думаю, что это не так.

Елена Рыковцева: Но вы на сто процентов не отрицаете этой вероятности, что с ним договорились, что он пойдет?

Геннадий Гудков: Лично я думаю, что он не пойдет. Если априори известно, что Путин наберет огромное количество процентов, что позориться?

Елена Рыковцева: Никогда это не смущало никого из них до сих пор.

Александр Кынев: Касьянов один раз пытался, его не зарегистрировали. Есть очень простая развилка, как показывает опыт наших выборов, как только появляется план по проценту, то это означает только одно – неизбежные фальсификации. Потому что когда интриги нет, а план есть, никакого другого варианта не существует. Поэтому те, кто пытается сделать план по явке, при этом говорит, что интриги не будет, эти люди либо искренне не понимают то, о чем они говорят, либо они лукавят.

Елена Рыковцева: Если вы читали все эти огромные произведения, которые вышли сразу в десяти изданиях, там пишется первым пунктом явка и процент за Путина большой, а вторым пунктом – чтобы это было честно, чтобы ни в коем случае никаких фальсификаций.

Александр Кынев: Это невозможно, либо одно, либо другое. У нас за все эти годы не было ни одного случая, когда бы хоть один чиновник, даже мелкий, был бы уволен за фальсификации. А вот случаев, когда увольняли за плохой процент, более, чем достаточно. Если мы вспомним 2011 год, все губернаторы последних десяти регионов, самых худших по голосованию за "Единую Россию", в течение полугода были уволены все до одного. У нас в регионах такая практика вполне себе существует, когда руководители муниципалитетов с худшими процентами увольняются. Вывод очень простой: не надо объяснять, как себя будет вести чиновник, он точно знает, что за хороший процент его не посадят, а за плохой могут уволить. Он будет рисовать. Я думаю, что они либо лукавят, либо не понимают, что они говорят. На самом деле есть еще одна проблема, странно, что во всех этих текстах она просто нигде не фигурирует. На самом деле у нас получается такая чересполосица, у нас в 2017 году выборы будут в сентябре, пока, исходя по плану, что у нас есть, 14 губернаторов в этом году, 6 региональных парламентов и 7 городских советов и региональных центров. В этом году будут выборы в Барнаульскую городскую думу, я думаю, там будет конкуренция. Будет интересная кампания в Карелии, даже несмотря на смену губернатора. Это будет в сентябре месяцы. Когда выборы президента в марте.

Елена Рыковцева: Будет катастрофический провал власти, если эти губернаторы новенькие, которых он назначил временными исполняющими, не получат своего.

Александр Кынев: Уже в декабре стартует президентская кампания, юридически стартует, де-факто она уже будет перед этим активно готовиться. В марте проходят официально президентские выборы. Но дело в том, что в 2018 году кроме выборов президента, у нас срок полномочий 5 лет, вспомните 2014 год, прошло огромное количество досрочных выборов глав регионов, в том числе мэра Москвы, в том числе губернатора Московской области и еще целый ряд регионов. Получается, что у нас в сентябре 2017 года проходят эти кампании, в марте 2018 года президент и в сентябре 2018 года, если ничего не меняется, мы получаем огромное количество крупных региональных выборов, включая мэра Москвы, губернатора Московской области, мэра Екатеринбурга и так далее. То есть почти все конкурентные регионы у нас попадают на осень 2018 года. Эти кампании начнутся ровно тогда, когда будет заканчиваться президентская. Совершенно очевидно, что три кампании, которые идут одна за другой, автоматически поднимают и проблему сроков этих региональных выборов. Потому что проводить кампанию, которая начинается, когда президентская еще не успела закончиться, тем более в условиях, если будет выбран сценарий явки любой ценой, то это бумерангом ударит по региональным выборам сентября 2018 года в том числе в Москве и Московской области. Здесь на самом деле очень сложный пасьянс. Те, кто обсуждает все эти истории про повышение явки без интриги, они, на мой взгляд, просто немножко не до конца смотрели календарь и график, что там еще будет в 2018 году.

Елена Рыковцева: Они называли такое слово, как "референдум". Они говорят, что мы хотим референдум. Мы все понимаем, что никаких конкурентов нет у Владимира Путина, они заявляют это журналистам официально. Они сказали, что это фактически референдум о доверии.

Геннадий Гудков: У нас уже были референдумы, когда блок партийных и беспартийных, от чего и развалился Советский Союз.

Елена Рыковцева: Поэтому они рассчитывают на популярность. И дальше несколько интересных пунктов. Нам мало будет Крыма, уже об этом они говорят, нужна какая-то мобилизационная идея, на волне которой люди пойдут на этот референдум по доверию Путину.

Геннадий Гудков: Может быть, в Эфиопии где-то начать войну?

Елена Рыковцева: Они хотят придумать идею, сейчас идут мозговые штурмы, под которую.

Геннадий Гудков: В районе Африканского Рога тоже неспокойно, надо там поработать, там тоже террористы есть, исламисты всякие радикальные.

Елена Рыковцева: Мне кажется, Рог не захватит избирателя.

Геннадий Гудков: У нас с Белоруссией осложняются отношения, вдруг там тоже начнут преследовать русских по каким-то соображениям, тоже духовный подъем может случиться.

Елена Рыковцева: Вам нужно в их экспертный совет приходить. Они только высказали журналистам намерение – мы должны найти такую идею, но пока мы не находим.

Геннадий Гудков: Маленькая победоносная война – это известный прием любых правителей, которые не могут получить демократическую поддержку народа.

Елена Рыковцева: Они делятся своими задачами, стоит серьезная перед ними эта.

Геннадий Гудков: С Донбассом и Луганском неизвестно, что делать. В Сирии все сложнее и сложнее, с Турцией маневрировать. Поэтому надо что-то придумать.

Елена Рыковцева: Надо что-то свежее. Это все уже отжившее, на этом вы не соберете. Кто пойдет голосовать на референдум о доверии, когда уже все проголосовано по части Сирии и Крыма – это отработанный материал.

Геннадий Гудков: На Украине еще можно поискать опции. На самом деле я предлагаю говорить "так называемые выборы". Никаких выборов в России, конечно, нет. Это глубочайшее злоупотребление административным правом, полная дискриминация в средствах массовой информации, преследование финансирования оппозиции и так далее. Более того, в сентябре выборы, почему они на сентябрь – это самый неудобный по всем соцопросам месяц, самый инертный момент. По российским данным, по советским еще данным у нас было два периода, благоприятных для выборов, когда люди могли идти – это ноябрь-декабрь и март-апрель. Наш национальный менталитет, наша национальная особенность, связанная с историей, с природой, с погодой и так далее. Специально сделали для того, чтобы снизить явку, выборы в сентябре. Сделано все, чтобы засушить выборы, у нас запрещено все, у нас запрещены концерты, у нас запрещена агитация, бейсболки нельзя раздать, майки нельзя раздать. Ничего нельзя. Это какое-то скучнейшее мероприятие. Во всем мире выборы – это шоу, это праздник, это в хорошем смысле развлекаловка. Это дебаты. Вспомните, кто-нибудь видел когда-нибудь дебаты Владимира Путина со своими политическими оппонентами? Потому что наша власть не способна держать никаких дебатов, никаких дискуссий в открытой честной конкурентной борьбе, ей сказать нечего. Она способна говорить часами, когда ей смотрят в рот и задают придворные вопросы.

Елена Рыковцева: Я не согласна, потому что у них идея другая, почему они не участвуют, потому что они тем самым как бы возвышают до своего уровня оппонента.

Геннадий Гудков: При всей сложности отношения к Навальному, если бы был Навальный кандидатом в президенты, я с огромным интересом удовольствием посмотрел бы на дебаты между Путиным и Навальным. Я вас уверяю, что Леша размазал бы нашего президента. Поэтому они никогда не пойдут на эти дебаты, потому что они боятся проиграть. Они всегда проигрывают, они всегда в честной конкурентной борьбе проигрывают. Они не могут в публичном пространстве состязаться. Поэтому они публичное пространство ограничивают Киселев. ТВ, скупают все газеты на корню, вводят политическую цензуру, пытаются накинуть намордник на интернет, пытаются выхолостить все выборы, запретили всякие блоки и объединения – это специально сделано для того, чтобы не дать возможность такого импульса и так далее. Сняли Нечаева лично за то, что он не сообщил о том, что он, грубо говоря, Нечаев. Издевательская система регистрации кандидатов. Это просто захват власти, который пытаются декорировать формальными признаками типа избирательной системы.

Полную версию передачи смотрите на видео и слушайте в звуке

​