Наш ответ Чемберлену

90 лет назад случился кризис в отношениях между Великобританией и СССР: Сталин ответил на знаменитую ноту британского Foreign Office усилением репрессий и подавлением оппозиции внутри страны

23 февраля 1927 года британский министр иностранных дел Джозеф Остин Чемберлен направил ноту советскому правительству. Под угрозой разрыва дипломатических и торговых отношений он потребовал прекратить «антибританскую пропаганду» и советскую военную поддержку революционного гоминьдановского* правительства в Китае.

Почему Чемберлена так волновал Китай? Дело в том, что 4–8 января 1927 года войска Гоминьдана заняли территории английских концессий в Ханькоу и Цзюцзяне. В результате последовавших переговоров Англии пришлось отказаться от концессии в Цзюцзяне.

Асимметричный ответ

Ответное послание Наркомата иностранных дел от 26 февраля гласило: «Угрозы в отношении Союза ССР не могут запугать кого бы то ни было в Советском Союзе…» В СССР грянула мощная пропагандистская кампания, в которой британский министр стал олицетворять силы международного империализма. Под лозунгом «Наш ответ Чемберлену» был создан фонд для сбора средств на оборону и строительство воздушного флота. Началась кампания по милитаризации. Создавались новые авиаэскадрильи, закладывались подводные лодки.

Среди захваченных в советском полпредстве в Пекине бумаг англичане обнаружили копии совершенно секретных британских дипломатических документов

Еще одним ответом на ноту Чемберлена стало постановление ЦИК «О внесении дополнений в Уголовный кодекс СССР». Там появилась печально знаменитая «резиновая» 58-я статья, посвященная государственным преступлениям. Контрреволюционным теперь признавалось «всякое действие, направленное к свержению, подрыву или ослаблению власти рабоче-крестьянских советов и… рабоче-крестьянских правительств Союза ССР, союзных и автономных республик, или к подрыву или ослаблению внешней безопасности Союза ССР и основных хозяйственных, политических и национальных завоеваний пролетарской революции». Наказание — вплоть до расстрела. Статья имела обратную силу, так как распространялась и на действия, совершенные «на ответственной или секретной (агентура) должности при царском строе или у контрреволюционных правительств в период Гражданской войны».

---

Тем временем в Китае

Успехи гоминьдановцев продолжались. 23 марта части Народно-революционной армии (НРА) взяли Нанкин, причем британская эскадра обстреляла город. А три дня спустя Исполком Коминтерна призвал трудящихся всего мира встать на защиту китайской революции.

6 апреля полиция и солдаты правителя Маньчжурии генерала Чжан Цзолина совершили налет на советское полпредство в Пекине и консульство в Тяньцзине, изъяв более 3 тыс. документов и арестовав укрывавшихся в полпредстве китайских коммунистов и сотрудников, не имевших дипломатического иммунитета. Тем временем Советский Союз рассорился с лидером Гоминьдана Чан Кайши. 12 апреля его войска подавили рабочие демонстрации в Шанхае и начали репрессии против коммунистов. 18 апреля в Нанкине Чан Кайши провозгласил образование «Национального правительства» без участия коммунистов. В конце июля советские военные советники были отозваны из НРА, а сотрудничество Гоминьдана с СССР и Коминтерном прервалось. В декабре же, после разгрома советского консульства в Гуанчжоу, Москва разорвала дипломатические отношения с национальным Китаем. Таким образом исчез главный раздражитель, вызвавший ноту Чемберлена, хотя Советский Союз и продолжал сотрудничать с китайскими коммунистами, тогда относительно немногочисленными и не имевшими армии.

В начале мая 1927 года началась публикация документов, захваченных в советском полпредстве в Пекине. Из них явствовало, что СССР активно вмешивается в китайские дела, занимаясь разведкой и оказывая военную помощь компартии и Гоминьдану. В списке бумаг, захваченных в Пекине, англичане неожиданно для себя обнаружили копии нескольких совершенно секретных британских дипломатических документов. Такие же неприятные открытия сделали для себя дипмиссии Италии и Японии.

12 мая в Лондоне британская полиция произвела обыск в англо-советском торговом акционерном обществе АРКОС и изъяла документы и шифры советского торгового агента. Все служащие АРКОС и торговой делегации были задержаны и подвергнуты личному обыску.

24 мая британское консервативное правительство разорвало торговое соглашение с СССР. А 27 мая последовал разрыв дипломатических отношений. В британской ноте, переданной по этому поводу, утверждалось, что обыск в помещениях АРКОС «доказал, что из дома № 49 по улице Мургет направлялись и осуществлялись как военный шпионаж, так и разрушительная деятельность на всей территории Британской империи».

Военная истерия

Воевать с СССР Великобритания не собиралась. Как первоначальная нота от 23 февраля, так и последующие действия были призваны лишь ограничить советскую активность в Китае, Индии и в ближневосточных британских владениях. Разрыв дипломатических и торговых отношений был призван затруднить деятельность советской агентуры в Англии и колониях Британской империи, но отнюдь не был преддверием возможной англо-советской войны. Однако в СССР по-прежнему нагнеталась военная истерия. 1 июня ЦК ВКП(б) выступил с обращением «Ко всем организациям ВКП(б). Ко всем рабочим и крестьянам», в котором призвал советский народ быть готовым к отражению империалистической агрессии. Сталин в телеграмме главе ОГПУ Вячеславу Менжинскому от 23 июня санкционировал «повальные аресты» английских шпионов. На самом деле генсек прекрасно понимал, что никто тогда на СССР нападать не собирался. И на июльском пленуме ЦК заявил: «Война неизбежна — это не подлежит сомнению. Но значит ли это, что ее нельзя оттянуть хотя бы на несколько лет? Нет, не значит. Отсюда задача: оттянуть войну против СССР либо до момента вызревания революции на Западе, либо до момента, когда империализм получит более мощные удары со стороны колониальных стран (Китая и Индии)». Да и советская разведка никаких военных приготовлений потенциальных противников не фиксировала. Но при этом Сталин написал в «Правде»: «Едва ли можно сомневаться, что основным вопросом современности является вопрос об угрозе новой империалистической войны».

Время ОГПУ

Милитаризация продолжалась. 5 июля Совнарком приказал всем наркоматам представить в Совет труда и обороны свои предложения по улучшению обороны страны. Эти предложения, среди прочего, включали планы проверки рабочих и служащих, совместно с ОГПУ, на предмет политической благонадежности и увольнения неблагонадежных. С 10 по 17 июля по всей стране прошла «Неделя обороны».

Как кажется, в близость войны поверили не только советские трудящиеся, но и белоэмигранты. Террористы из Русского общевоинского союза (РОВС)* бросили бомбы в бюро пропусков ОГПУ в Москве 4 июня и в здание Центрального партийного клуба в Ленинграде 7 июня. В последнем случае было ранено 35 человек. В тот же день в Варшаве был убит советский полпред в Польше Петр Войков. Его убийца, 20-летний Борис Коверда, был связан с белоэмигрантскими организациями в Польше. И в тот же богатый на события день в результате железнодорожной катастрофы погиб глава ОГПУ Белоруссии Иосиф Опанский. Его смерть тоже списали на действия диверсантов.

10 июня последовал ответ. По постановлению ОГПУ без суда были расстреляны 14 «террористов-монархистов»: князь П. Долгоруков, И. Сусалин, Ю. Эльвенгрен, Е. Щегловитов, Н. Павлович, Б. Нарышкин, А. Микулин, М. Попов, А. Мещерский, В. Вишняков, А. Мураков, В. Анненков, С. Гуревич и А. Попов-Каратов, а также шесть «английских шпионов»: В. Евреинов, Н. Карпенко, С. Мазуренко, К. Малевич-Малевский, А. Скальский, Н. Лучев. Этому предшествовала телеграмма Сталина Молотову: «Всех видных монархистов, сидящих у нас в тюрьме или в концлагере, надо не медля объявить заложниками. Надо теперь же расстрелять пять или десять монархистов. Надо отдать ОГПУ директиву о повальных обысках и арестах монархистов и всякого рода белогвардейцев по всему СССР с целью их полной ликвидации всеми мерами. Убийство Войкова дает основание…» Заметим, что среди 14 «террористов-монархистов» оказался и бывший меньшевик, один из организаторов скаутского движения в СССР Соломон Гуревич, 24-летний репортер большевистской газеты «Правда». Разочаровавшись в советской власти и собственной жизни, он хотел совершить покушение на Николая Бухарина во время торжественного заседания в Большом театре в связи с 10-летием Февральской революции, но решимости у него не хватило. О его намерении стало известно ОГПУ, и 1 апреля он был арестован. К монархистам Гуревич никакого отношения не имел. Не был монархистом и финский офицер Юрьё Эльвенгрен, сначала возглавлявший самопровозглашенную республику Северная Ингрия, а потом входивший в савинковский «Народный союз защиты родины и свободы». Большинство же террористов было задержано или убито еще на границе, так как эмигрантские группировки были пронизаны чекистской агентурой.

Сталин Молотову: «Всех видных монархистов, сидящих у нас в тюрьме или в концлагере, надо не медля объявить заложниками. Надо теперь же расстрелять пять или десять монархистов. Надо отдать ОГПУ директиву о повальных обысках и арестах монархистов и всякого рода белогвардейцев по всему СССР с целью их полной ликвидации всеми мерами»

Глава РОВС барон Петр Врангель констатировал полный провал террора. Всего в июне после убийства Войкова было арестовано более 9 тыс. человек, в основном из «бывших». 6 июля был принят закон о введении смертной казни за антисоветскую пропаганду и агитацию «при массовых волнениях». 24 августа по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР в Семипалатинске были расстреляны вывезенные из Китая в СССР бывший командующий Отдельной Семиреченской белой армией генерал Борис Анненков и его начальник штаба генерал Николай Денисов.

бей своих

Апофеозом же «военной тревоги» стал разгром троцкистско-зиновьевской оппозиции. На Объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) 23 октября оппозиционеров откровенно травили. Троцкому пришлось говорить под градом метаемых в него книг и чернильниц. 7 ноября сторонники Льва Троцкого и Григория Зиновьева организовали альтернативные демонстрации в Москве, Ленинграде и Харькове. Это послужило предлогом для исключения лидеров оппозиции и их сторонников из партии. Со второй половины ноября 1927-го и до конца января 1928 года за принадлежность к «левой оппозиции» партбилетов лишились 2288 человек (еще 970 оппозиционеров успели исключить до 15 ноября). Троцкого сослали в Алма-Ату, а Зиновьева — в Казань.

Так Сталин, нагнетая военную истерию после ноты Чемберлена, начал вновь приучать общество к массовым внесудебным репрессиям, а заодно расправился с наиболее опасной для себя троцкистско-зиновьевской оппозицией. Это обычная практика тоталитарных и авторитарных режимов: использовать внешнеполитические кризисы для усиления репрессий внутри страны и подавления оппозиции.

* Гоминьдан — национальная политическая партия Китая, с 1924 года — массовая революционная политическая партия, в которую входили и коммунисты.

* Эмигрантская организация, созданная бывшим главнокомандующим Русской армии генералом Врангелем в 1924 году.