По собственному нежеланию

В Кемеровском госуниверситете разгорелся скандал. Вуз без объяснения причин не стал продлять на длительный срок контракт с одним из педагогов. Не помогли ни ее обращения к ректору, ни жалобы студентов. В ответ старший преподаватель института филологии, иностранных языков и медиакоммуникаций, кандидат наук Нина Обелюнас подала иск в суд. Она говорит: «История моего увольнения не уникальна. Разница лишь в том, что я единственная, кто заговорил об этом вслух». Оптимизации, реорганизации и укрупнения идут в вузах по всей стране. А значит преподаватели неизбежно оказываются лишними.

Преподаватель института филологии, иностранных языков и медиакоммуникаций КемГУ Нина Обелюнас 17 февраля подала иск в суд. На 9 марта назначено первое заседание по ее делу. Она требует от вуза признать ее увольнение незаконным, восстановить на работе, вернуть все часы учебной нагрузки 2016-2017 гг. и компенсировать дни вынужденного прогула, а также моральный вред в размере 200 тыс. рублей.

Нина Обелюнас одна из немногих педагогов, кто заявил о нарушении своих прав вслух и решил бороться с тем, что считает незаконным. А началась история ее увольнения осенью 2016 года.

Преподаватель на полгода

«Как преподаватель, в связи с окончанием контракта я должна проходить по конкурсу, - рассказывает Нина. - Трудовой договор у меня был заключен до 27 января 2017 года. Конкурс на мое место объявили еще летом 2016 года, я соответствующим образом подала необходимые документы». Первый этап конкурса - голосование на кафедре - проходил 24 ноября. «Мою кандидатуру рекомендовали к дальнейшему прохождению по конкурсу, то есть выдвинули на рассмотрение Ученого совета нашего института филологии, иностранных языков и медиакоммуникаций».

На заседании ученого совета института 27 декабря Нину Обелюнас не избрали. На следующий день преподаватель написала заявление на имя ректора института с требованием отменить решение, поскольку в процедуре избрания было допущено огромное количество ошибок. Ректор с заявлением согласился.

Кроме того, на этом этапе выяснилось, что мои документы неправильно оформлены: все утыкалось в список публикаций и отчет о проделанной работе. Когда я подготовила новый (за пять лет, а не три года), ученый секретарь Ученого совета КемГУ отказалась мне его подписывать. Хотя, как выяснилось впоследствии, на этом списке вообще должна стоять только моя подпись, - рассказывает она.

И 18 января прошел повторный совет института, где большинством голосов Обелюнас все-таки избрали.

«Но с одной неожиданной деталью, к которой я не была готова: совет вынес решение рекомендовать заключить со мной контракт до 31 августа 2017 года. При том, что ученый совет института вообще не может рекомендовать работодателю срок, на который меня нужно избрать – об этом в тексте Положения о порядке замещения должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, нет ни слова », - говорит она.

Переложить ответственность

Такой договор Нина подписывать отказалась. И письменно объяснила свою позицию работодателю тем, что ей не поступали уведомления от университета об изменении сроков договора за два месяца до истечения действия контракта, что предусмотрено статьей 332 Трудового кодекса, поэтому она полагала, что новый трудовой договор, как и прежний, будет заключен на срок от трех лет. К тому же в «Отраслевом соглашении по организациям, находящимся в ведении Министерства образования и науки Российской Федерации, на 2015-2017 годы» говорится, что «если научно-педагогический работник успешно прошел конкурс, но в последующем стороны не смогли договориться о приемлемом конкретном сроке трудового договора, трудовой договор с таким лицом заключается на неопределенный срок».

В вузе посчитали: они правы, а преподаватель, если считает, что ее права нарушены, может обратиться в суд и трудовую инспекцию.

При этом, говорит Обелюнас, 26 января на сайте появилось расписание на новый семестр с её фамилией, а 2 февраля его изменили: фамилия преподавателя из него исчезла. Расторгли с ней и второй трудовой договор, по которому Обелюнас занимается с учениками одной из школ. С той же формулировкой: в связи с истечением срока действия.

«Хотя этот срок не истек. Трудовые отношения с работодателем заканчиваются только 31 мая», - объясняет она.

За преподавателя вступились студенты. Они не просто писали слова поддержки в соцсетях и приходили к преподавателю в гости. Студенты попытались повлиять на ситуацию. 8 февраля они написали заявление на имя ректора с просьбой вернуть ее занятия в расписание.

«10 февраля прошла их встреча с ректором. Студенты рассказали, что ректор заявил: если в следующем году набор не состоится, нагрузки мне может не хватить, поэтому я обязана была подписать предложенный трудовой договор», - рассказывает преподаватель.

Нина Обелюнас считает, что трудовой кодекс гарантирует ей определенный минимум прав, и ректор не вправе перекладывать на нее риски своей деятельности. «Думаю, что во многом это связано с моей личной позицией: я давно у университета стою поперек горла» - объясняет она.

Жалобы и протесты

Нина Обелюнас в институте известна, как защитник прав студентов. В 2015 году она написала заявление в прокуратуру города с просьбой разобраться, законно ли студентов сняли с ее пары на прослушивание бюджетного послания губернатора Кемеровской области Амана Тулеева.

«Прокуратура меня поддержала. Закон запрещает ведение агитационной деятельности на территории учебного заведения. Есть определенные учебные правила. Студентов сняли с пары насильно. Фактически мне сорвали занятие», - объясняет она свою позицию.

Через год, в декабре 2016 года студенты написали жалобу ректору на проведение лако-красочных работ во время занятий у Нины Обелюнас. «Я им подписала это заявление в подтверждение того, что этот факт имел место быть, и посоветовала, если они хотят получить ответ, отнести его в приемную ректора, где его должны зарегистрировать», - рассказывает педагог.

Фото: Уволенного педагога поддерживают студенты. Автор: со страницы Нины Обелюнас в facebook.com

После проректор по УВР Мария Леухова вызывала студентов к себе. Что происходило на встрече, Обелюнас знает со слов студентов: «Их подводили к мысли о том, что это я виновата в запахе: не перевела студентов в другую аудиторию, да еще и заставила написать заявление (или вообще его сама написала). Хотя я не понимаю, почему руководство вуза не организовала перенос пар, раз оно было в курсе, что у них будет проходить ремонт. Детям сказали, что всем виновным лицам вынесут предупреждение, а для Нины Владимировны, если будет применять к студентам репрессивные меры, найдется статья, по которой ее можно уволить».

И такая возможность нашлась, считает Обелюнас. Сейчас она не работает в вузе, ждет ответа от трудовой инспекции и рассмотрения ее дела в суде.

В самом вузе ситуацию комментировать не стали, отметив что «увольнение и устройство работника — его личное дело». «Где человек работает, куда устраивается и почему увольняется — все это персональные данные. Законом запрещено разглашать эти данные, поэтому все информацию вы можете узнать у самой Обелюнас, после того, как появится решение трудовой инспекции, в которую она обратилась», - сказала начальник управления по работе с персоналом Лолита Ионова.

Минус 1,5 миллиона студентов

В том, что вузу необходимо увольнять работников есть и другая сторона. Дорожная карта в сфере образования, принятая в 2014 году, предусматривает сокращение числа педагогов. К 2018 году на одного преподавателя должно приходиться 12 студентов, в то время как в 2013 году было 10,2 студента. Да и само число учащихся в вузах страны за эти же пять лет сократится с 5,6 млн человек до 4,1 млн. человек.

Институт филологии, иностранных языков и медиакоммуникаций появился в КемГУ с этого учебного года. Он был образован объединением двух факультетов: филологии и журналистики и факультета романо-германской филологии.

«В этом году бюджетных мест на журналистике будет 10, на филологии - 13. Хотя еще четыре года назад у филологов было 40 бюджетных мест. На журналистику мы спокойно набираем группу студентов 20-25 человек. Но на филологии другая ситуация. Набрать студентов на внебюджет им ещё сложнее», - говорит Обелюнас.

В ситуации уменьшения контингента сокращение преподавательских ставок неизбежно.

Если нужно официально сокращать профессорско-преподавательский состав, то нужно делать это по предусмотренной законом процедуре: с обязательным уведомлением за два месяца и последующей компенсацией. Для вуза это серьезные затраты, - говорит Нина Обелюнас.

По данным ТВ2, в томских вузах происходят похожие истории с увольнением преподавателей.

По данным Томскстата, только с 2010 по 2015 год число студентов вузов с 81,9 тыс. уменьшилось до 63,5 тыс. человек. А выпуск студентов сократился с 17,6 тыс. до 13,8 тыс. человек.

На сокращение контингента накладывается еще одно обстоятельство. По майским указам президента, подписанным в 2012 году, к 2018 году средняя зарплата преподавателей вузов и научных сотрудников должна в два раза превышать среднюю зарплату в регионе. По данным официальной статистики, за 9 месяцев 2016 года зарплата томских педагогов сложилась на уровне 61,5 тыс. рублей. При уровне средней зарплаты в регионе - 35,3 тыс. рублей. Часто чтобы добиться нужных показателей, вузы сокращают одних преподавателей и увеличивают нагрузку на других.