В России идут споры, по какому сценарию действовать в Ливии после Сирии

Россия, четко обозначившая свои стратегические интересы в Ливии, намерена вернуть там свое прежнее влияние, которое имела до падения режима Муаммара Каддафи, растерзанного толпой 20 октября 2011 года.

Москва инвестировала огромные средства в Ливию еще при диктаторе и сейчас пытается "спасти то, что еще можно спасти". Поэтому Россия и проявляет с прошлого года неприкрытый интерес к мятежному ливийскому маршалу Халифе Хафтару, который взял под контроль большинство нефтеналивных портов на Средиземном море, пишет La Tribune.

Согласно условиям последней сделки, заключенной с ним в январе 2017 года, Хафтар получает от Москвы оружие, а взамен облегчает доступ России к портам в Ливии, а также открывает для российских военных взлетно-посадочную полосу, сообщает издание, отмечая, что доказательств такого плана нет.

Часть российских властей выступает за поддержку Хафтара, который, как им кажется, достаточно силен, чтобы покончить с кризисом, объединить всю страну и вывести ее из хаоса, в котором она пребывает вот уже шесть лет. Но планы Хафтара по объединению Ливии застопорились из-за того, что регион, богатый нефтью, заняли противоборствующие силы джихадистов.

Большая часть международного сообщества поддерживает официальное правительство Ливии. В Москве также есть силы, которые считают, что Хафтару необходимо объединиться с правительством, которое пользуется поддержкой ООН. "Хотя Россия и настроена поддерживать Хафтара, похоже, что по этому вопросу появляются разногласия в самом Кремле", - говорится в статье.

Российские дипломаты выступают за объединение Хафтара с признаваемым ООН правительством, но военные и часть Кремля склоняются к тому, чтобы поддерживать только самого Хафтара. И эта позиция сейчас преобладает, тем более что вмешательство в сирийский конфликт дало столь хорошие результаты. Поэтому в Ливии в жизнь воплощается такая же стратегия - прежде, чем проводить военную интервенцию, Россия использует те же методы, что и в Сирии, говорится в статье французского издания.

Доказательством тому якобы служат сообщения о десятках российских контрактников, работавших в Ливии, а также данные о размещении российского спецназа на авиабазе в западной части Египта, которая граничит с Ливией.

Впрочем, если весь нефтеносный регион будет завоеван противниками Хафтара, то на первое место может выйти сценарий, за который ратует российская дипломатия, то есть ливийскому фельдмаршалу придется объединиться с правительством, которое поддерживает ООН, считает La Tribune.

Huffington Post также акцентирует внимание на том, что Россия теперь играет ведущую роль в ситуации в Ливии. Хотя Москва ведет переговоры с Фаизом Сарраджем, премьер-министром правительства национального единства Ливии, правительство которого базируется в Триполи, пользуется поддержкой Запада и монархий Персидского залива, но поддерживает она его соперника на востоке - командующего Ливийской национальной армией фельдмаршала Халифу Хафтара.

"Подобно Египту, Россия открыто делает ставку на Хафтара, вовлеченного в битву против исламистов и проявившего себя как "последовательный человек", что нравится Москве", - отмечает издание, статью которого цитирует InoPressa.

Выбор Хафтара по многим причинам представляется вполне логичным. Маршал не только контролирует основные месторождения нефти (так называемый "нефтяной полумесяц") и порты, через которые идет экспорт энергоносителей, но и олицетворяет самые светские, самые умеренные силы, противостоящие исламистам. Этого нельзя сказать о правительстве Сарраджа, которое ввело в стране нормы шариата.

Кроме того, Халифу Хафтара поддерживает Египет, ставший в последнее время одним из ключевых партнеров Москвы на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Союз Каира с маршалом позволяет оказывать любую необходимую ему помощь через египетскую границу, избегая обвинений в нарушении эмбарго ООН на поставки оружия в Ливию, пишет "Коммерсант".

И еще один немаловажный фактор - Халифа Хафтар учился в бывшем СССР, причем дважды - на Высших офицерских курсах "Выстрел" и в Академии имени Фрунзе. Этот факт биографии маршала существенно облегчает диалог с ним, Хафтар говорит по-русски.

И если с помощью России и Египта маршал сумеет взять под свой контроль новые области, в особенности прибрежные, это сделает его де-факто самым влиятельным полевым командиром. И тогда правительство Фаиза Сарраджа, не контролирующее в полной мере даже ситуацию в столице, не сможет составить ему конкуренцию.

Таким образом, благодаря своим усилиям на Ближнем Востоке и в Африке, Москва становится основным игроком в решении не только сирийского, но теперь и ливийского кризиса, напомнив Западу, что она - глобальная держава, ключевой игрок не только на постсоветском пространстве. И хотя пока неизвестно, какие из этого удастся извлечь дивиденды (и удастся ли), но этот фактор будет учитываться, когда в мае-июне лидерам ЕС предстоит решать, продлевать ли еще на полгода санкции в отношении Москвы, заключает "Коммерсант".