Источники в Росгвардии, отрицая расстрел задержанных во время нападения на воинскую часть в Чечне, предали огласке компрометирующие факты о погибших военнослужащих

Внимание. В материале использованы фотоизображения, демонстрирующие сцены строго 18+

В ночь с 23 на 24 марта в станице Наурской Чеченской республики, где дислоцируется батальон Росгвардии (в/ч 3761), произошло ЧП. По официальной версии имело место нападение жителей станицы на воинскую часть, в ходе которого были убиты шесть нападавших и шесть военнослужащих. Трое гвардейцев получили ранения.

Официальная версия, распространенная в тот же день в сообщениях пресс-службы Росгвардии и Следственного комитета России, выглядела так: «24 марта 2017 года примерно в 02 часа 10 минут члены незаконного вооруженного формирования, имеющие при себе ножи и огнестрельное оружие, совершили нападение на воинскую часть, расположенную в станице Наурской Наурского района Чеченской Республики». «В результате решительных действий личного состава проникновение бандитской группы внутрь городка <в/ч 3761> не произошло».

Таким образом официальная версия настаивала на том, что:

1. у нападавших было огнестрельное оружие;

2. нападавшие не смогли проникнуть на территорию воинской части.

24 марта «Новая газета» опубликовала заметку «Китайский расстрел» в станице Наурской», в которой поставила под сомнение официальную версию.

Во-первых, по данным, полученным от наших источников, участвовавших в осмотре места происшествия, у напавших на в/ч 3761 шестерых жителей станицы Наурская не было огнестрельного оружия. Эта информация также подтверждалась сводкой Росгвардии.

Во-вторых, в распоряжении «Новой газеты» оказались фотографии всех шестерых убитых чеченцев, на которых отчетливо видно, что все они застрелены в голову и других ранений на трупах нет. Отсутствие иных ранений ставило под сомнение сам факт боестолкновения. Такие же сомнения вызывал характерный след на запястье по крайней мере одного убитого (на фотографии еще одного убитого прослеживается аналогичный след, однако, качество снимка не позволяет детально его рассмотреть). Эти следы могли свидетельствовать о применении наручников.

«Новая газета», проконсультировавшись с судмедэкспертами и криминалистами, выдвинула свою версию событий в Науре: убитых «боевиков», судя по фотографически зафиксированным фактам, задержали живыми и расстреляли.

Однако мы в нашей публикации оставили открытым вопрос: как в таком случае были убиты и ранены девять военнослужащих в/ч 3761?

29 марта на сайте РБК были опубликованы новые подробности нападения на военнослужащих Росгвардии. В заметке приводятся свидетельства неназванных источников из Росгвардии и «чеченских силовых структур». Совершенно очевидно, что собеседники РБК пытаются опровергнуть версию «Новой газеты» о чеченцах, которые были задержаны и расстреляны. Однако пытаясь опротестовать неприятные факты, приведенную в нашей публикации, источники РБК попутно опровергают и официальную версию. Более того! Неназванный источник РБК в Росгвардии сообщил изданию сведения, прямо свидетельствующие о признаках преступления в действиях самих военнослужащих в/ч 3761.

В публикации РБК собеседники журналиста из Росгвардии и «чеченских силовых структур» выдвинули совершенно новую версию нападения на в/ч 3761.

Согласно этой версии, совершившие нападение на батальон Росгвардии местные жители действительно не имели при себе огнестрельного оружия: «Боевики перелезли через ограждение части, незаметно в тумане пробрались в КПП и зашли через открытую дверь, поскольку во время дежурства дверь не закрыли… Нападавшие зарезали двоих спящих дежурных, забрали их автоматы и резиновые дубинки. Войдя на территорию части, боевики наткнулись на патруль… Шестеро боевиков были убиты во время завязавшейся перестрелки с патрульными… Некоторых убитых «снял снайпер, дагестанец»…»

Или крестик, или штаны

Мы не подвергаем сомнению профессиональную компетенцию журналиста РБК и его способность точно фиксировать информацию своих источников, однако, компетенция самих источников вызывает в данном случае большое сомнение.

В частности, выглядит сомнительным следующее утверждение источника из Росгвардии: «К шести часам вечера все военнослужащие, согласно руководящим документам, сдают оружие в комнату хранения, ключи от которой находятся у дежурного воинской части… В случае нападения на часть, дежурные на КПП должны доложить об этом командиру подразделения. Командир, в свою очередь, должен взять ключи от оружейной комнаты у дежурного по части и выдать бойцам оружие. Но в ночь нападения никаких сигналов тревоги от дежурных на КПП не поступало: во время атаки они спали…»

«Новая газета» выяснила, как действительно должна быть организована караульная служба в батальоне, «согласно руководящим документам».

В батальоне обычно от трех до четырех рот. Иногда — больше (как в данном случае, так как в в/ч 3761 есть еще, судя по штатному расписанию, рота связистов). В каждой роте есть своя оружейная комната. Плюс отдельная оружейная комната для штаба воинской части. Ключи от оружейной комнаты находятся у дежурного наряда каждой роты. В случае боевой тревоги именно такой принцип организации службы позволяет в считанные секунды вооружить личный состав. В в/ч 3761 никак не может быть одной оружейной комнаты на всю часть, ключи о которой находились бы только у дежурного части, а оружие бы выдавали бойцам по команде самого командира части. Просто потому, что в таком случае по тревоге привести личный состав батальона (несколько сотен военнослужащих) в боевую готовность было бы физически невозможно.

Второе. В воинской части несколько постов, охрана которых круглосуточно осуществляется вооруженными военнослужащими. Это — пост боевого знамени, пост по охране склада вооружения, пост по охране склада ГСМ, пост по охране склада довольствия, пост на КПП.

В наряд заступает караул в следующем составе: трое часовых на каждый пост, а также начальник караула, помощник начальника караула и один или двое разводящих. (То есть как минимум 18 вооруженных человек). Пока две трети из этого состава несут караул, треть часовых отдыхает, предварительно сдав оружие в караульное помещение начальнику караула или его помощнику.

Но если судить по словам источника РБК из Росгвардии, возникает ощущение, что в в/ч 3761 24 марта в караул заступили всего пять человек: «Там были двое дежурных на КПП, трое в патруле». «Двое дежурных спали… При этом в ночь на пятницу в наряде на КПП должны были дежурить трое военнослужащих, но один из них «отпросился»… Распорядок дня в соответствии с законодательством утверждает командир. Но в случае необходимости рабочий день может быть продлен…».

Из этой цитаты становится понятно, что собеседник РБК из Росгвардии — гражданское лицо, не имеющее представления о военной службе. Так, не может быть «рабочего дня» для заступившего в наряд караула. И тем более, «рабочий день» не может быть продлен: в караул заступают на сутки. Ни один из трех заступивших в наряд часовых не может «отпроситься» и тем более получить на это «добро» у командира. Отсутствие третьего часового на посту КПП, о чем с такой легкостью говорит источник РБК из Росгвардии, квалифицируется как «самовольное оставление части» и является преступлением. Если же отсутствие часового действительно санкционировал командир воинской части, то он также совершил преступление.

Несколько раз в статье этот источник РБК фактически констатирует преступное отношение военнослужащих Росгвардии к несению службы, утверждая, что двое часовых, охранявшие КПП, спали в момент нападения на часть. Источник РБК в «чеченских силовых структурах» сообщает также о том, что в/ч 3761 в порядке вещей самовольное покидание части за деньги (1 тысяча рублей), и что именно этот факт позволил нападавшим беспрепятственно проникнуть на территорию военного городка.

Таким образом, источники РБК засвидетельствовали, по сути, преступную халатность, которая повлекла тяжкие последствия. И сама публикация в РБК является сообщением о преступлении и требует проведения проверки силами военного следственного управления в отношении командования и военнослужащих в/ч 3761.

Важно, что люди, которые предоставили журналисту РБК всю эту информацию, пытаясь хоть как-то ответить на обозначенные «Новой газетой» вопросы, поставили под сомнение и официальную позицию Росгвардии по поводу случившегося. В частности, 29 марта пресс-служба Северокавказского округа войск Росгвардии сообщила: проведенная служебная проверка обстоятельств произошедшего <нападения> показала, что военные «действовали в данной ситуации мужественно и самоотверженно, в соответствии с должностными обязанностями и воинскими уставами».

Получается нестыковка.

Или все-таки бардак, коррупция, «самоволка» и спящие часовые в в/ч 3761 — обычное явление, и тогда это хоть как-то объясняет обстоятельства нападения, при которых нападавшие смогли проникнуть в часть, захватить оружие и убить и ранить 9 гвардейцев. Или же военнослужащие Росгвардии не нарушали устав, не покидали часть за взятки и не спали на посту.

Но тогда как могло произойти то, что произошло?

Многочисленные источники «Новой газеты» (в ГСУ СКФО, в УФСБ по ЧР, в МВД по ЧР и проч.) подтверждают информацию о нарушениях несения службы в в/ч 3761, опубликованную в РБК. Эти нарушения носят системный характер, сама воинская часть относится к так называемым «коммерческим» (где можно оформить формальное прохождение службы без реального присутствия в части). Один из источников «Новой», хорошо знакомый с порядками в/ч 3761, сообщает: «80% военнослужащих в этой части — жители Дагестана. Остальные — русские, осетины, кумыки. Речь о полноценной службе не идет. Обстоятельства нападения и последующего убийства нападавших не ясны. Именно этот отрезок времени покрыт сейчас тайной. Ни следствие, ни «контора» (УФСБ по ЧР — Е. М.), ни полиция ничего толком не знают. Военные дают показания, но в них большая путаница. У одних солдат отобрали оружие, и потом из него убили других солдат — такое для многих чревато, поэтому там все виляют. Путаница в показаниях связана еще и с тем, что сейчас могут всплыть факты бардака, воровства, самовольного оставления части, взяток за принятие на службу, взяток за возможность жить дома, делая вид, что служишь, и так далее… Однако, подтверждения вашей версии (задержания нападавших живыми и последующего их расстрела – Е. М.) тоже нет. Пока, по крайней мере, нет. Никто нападавших не задерживал. По показаниям их родственников, все они ушли дома за три часа до нападения. На данный момент это выглядит, как обычное сумасшествие варившихся в собственном соку молодых идиотов. Они вместе ходили в спортзал, ранее двое или трое работали на территории части, правда, недолго…»

Вопросы на ответы

Основной акцент публикации РБК сделан на критический анализ версии «Новой газеты». Вот аргументы против нашей версии, приведенные в статье РБК.

Источник РБК в Росгвардии объясняет, почему все шестеро нападавших оказались убиты одинаково, выстрелом в голову: «Некоторых убитых «снял снайпер, дагестанец».

Но если снайпер убил только «некоторых», то кто убил остальных?

Кроме того. Если и был снайпер, то он вел стрельбу в очень тяжелых условиях. В ночь с 23 на 24 марта именно в Наурском районе был сильный туман: «под покровом тумана», по мнению источника РБК в Росгвардии, нападавшие незаметно проникли на территорию воинской части. Данные о погодных условиях подтверждаются метеосводкой на эти даты. Насколько вероятна в этих условиях столь быстрая и филигранная работа «дагестанского снайпера»? Более того, согласно официальной версии, снайпер должен был вести огонь в условиях боестолкновения, что само по себе затрудняет точную стрельбу. Ведь по версии источника РБК в Росгвардии, снайпер смог поразить точно в голову всех нападавших, хотя они находились в разных местах, на значительном расстоянии друг от друга. Трое — внутри военной части, трое — за ее пределами, у входа на КПП. Такое могло быть только в том случае, если снайперов было как минимум двое. Иначе — логично было бы предположить, что имело место перемещение трупов, что можно квалифицировать как попытку скрыть от следствия реальные обстоятельства убийства чеченцев.

Но даже не это главное. На телах убитых нет никаких других ранений и следов боестолкновения, кроме ранений в голову. Именно этот факт является ключевым для вывода о том, что нападавшие (если они таковыми являются на самом деле) были взяты живыми и расстреляны.

На сайте РБК опубликован фрагмент видеозаписи с камер наблюдения, установленных в в/ч 3761, на котором, возможно, зафиксировано проникновение нападавших в воинскую часть.

Видеокадры, представленные на сайте РБК, действительно, могли бы прояснить реальные обстоятельства ЧП, случившегося в ночь с 23 на 24 марта в в/ч 3761. Но только в том случае, если бы была представлена вся запись, а не ее крохотный кусочек, по которому невозможно сделать какие-либо выводы. А вот по отсутствию всей записи в публичном пространстве — как раз можно. Именно с этого ракурса вполне мог быть зафиксирован бой между нападавшими и военнослужащими, если, конечно, он действительно имел место. По данным «Новой газеты», в в/ч 3761 установлено большое количество камер видеонаблюдения, и записи с них наверняка уже имеются в распоряжении следствия. Увидим ли мы когда-нибудь, что именно на них зафиксировано, — большой вопрос.

Также РБК опубликовал комментарий известнейшего судебного медика Юрия Пиголкина, заведующего кафедрой судебной медицины Первого московского государственного медицинского университета имени И.М. Сеченова — по факту кровоподтека на запястье одного из нападавших.

По версии источников РБК этот след образовался от веревки резиновой дубинки, которую нападавшие захватили вместе с огнестрельным оружием у спящих дежурных на КПП.

Юрий Иванович Пиголкин считает, что «повреждения <на кисти> — нехарактерные для действия от металла наручников, потому как у следа неровные края. Если бы были наручники, то полоса была бы ровная. По характеру след <на фотографии>…напоминает песочные часы. На нижней и верней частях кисти имеются ссадины. Возможно, его <убитого> тащили за руку». Однако полностью исключать версию… с наручниками нельзя, сказал Пиголкин. По его словам, такое повреждение могло быть нанесено наручниками в том случае, если <нападавший> пытался стянуть с себя браслет…»