Арест председателя карельского "Мемориала" Дмитриева продлен до 12 мая

Судья Петрозаводского горсуда Карелии Антон Левкин продлил председателю регионального отделения "Мемориала", историку Юрию Дмитриеву, против которого сфабриковано дело об изготовлении детской порнографии, срок содержания в СИЗО еще на месяц - до 12 мая. Об этом в понедельник сообщил "7×7".

Позже 10 апреля прошло еще одно заседание, на котором тот же судья Левкин - также по ходатайству следователя горотдела СКР - обязал Дмитриева завершить ознакомление с делом к 14-му числу.

Между тем адвокат политзека Виктор Ануфриев заметил: "Со дня объявления о том, что следствие закончено, мы фактически имели возможность знакомиться (с делом. - Ред.) 13 рабочих дней. Из них четыре дня следователь не приходил к Дмитриеву. Еще четыре дня приходил только на три часа. Так делают, когда изучают дело месяц, два, полгода, а здесь просто уже самоуправство".

Во время слушаний о продлении Дмитриеву ареста гражданский активист Андрей Литвин, друг политзека, проводил недалеко от СИЗО-1, где содержится обвиняемый одиночный пикет с плакатом "Свободу Ю. Дмитриеву, вернувшему из небытия могилы и имена жертв гостеррора в СССР".

60-летний Дмитриев был задержан 13 декабря 2016 года и два дня спустя арестован. Активисту вменили пункт "в" части 2 статьи 242.2 УК (использование лица моложе 14 лет для изготовления порнографических материалов). Это обвинение предусматривает от 8 до 15 лет колонии.

Как утверждает СКР, Дмитриев делал снимки обнаженной 11-летней приемной дочери Натальи. Между тем адвокат Ануфриев отмечал, что Дмитриев удочерил ребенка с замедленным развитием. "Прежде чем стать приемным отцом, он прошел курсы специальные, получил удостоверение, - рассказывал юрист. - И там рекомендовали, что при таких запущенных в физическом отношении детях надо вести фотоальбом. То есть сравнивать, как идет развитие". Эти снимки, подчеркивал Ануфриев, хранились на домашнем компьютере Дмитриева; активист их не распечатывал, не публиковал и никому не пересылал.

Адвокат также сообщал, что за три дня до задержания, 10 декабря, Дмитриев, получив вызов, побывал у участкового, который четыре часа разговаривал с активистом о "пустых делах". Вернувшись домой, общественник заметил, что там кто-то побывал. Между тем 12-го числа в СКР поступил анонимный донос с распечатанными фотографиями.

Жена политзека, рассказывая о проникновении в квартиру, отмечала, что визитеры ничего не похитили, однако рылись в вещах и включали компьютер.

2 марта 2017 года в обвинение активисту добавили еще две статьи УК: 135 (развратные действия) и 222 (незаконный оборот оружия). О каком именно оружии идет речь, не уточнялось.

Дмитриев - секретарь петрозаводской и член региональной комиссий по восстановлению прав жертв политических репрессий. С 1997 года возглавляет НКО "Академия социально-правовой защиты".

Именно Дмитриев в конце 1990-х руководил экспедициями, которые обнаружили места массовых казней политзаключенных в урочищах Сандармох и Красный Бор, расположенных соответственно в Медвежьегорском в Прионежском районах Карелии. Он выступил одним из основателей мемориального комплекса "Сандармох". В этом урочище в 1930-х годах были расстреляны свыше 9,5 тысячи политзеков, в том числе крупнейшие деятели украинской культуры - писатель Валерьян Пидмогильный и театральный режиссер Лесь Курбас.

Дмитриев также был составителем и издателем Книг памяти жертв политических репрессий 1930-1940-х годов в Карелии.

В декабре, вскоре после ареста активиста, на сайте украинского Центра исследований освободительного движения появилось заявление в его защиту. В числе подписантов документа - директор Украинского института национальной памяти Владимир Вятрович, директора музея "Тюрьма на Лонцского" во Львове Руслан Забилый и киевского Мемориала жертв Голодомора Олеся Стасюк, председатель правления Украинского Хельсинкского союза Александр Павличенко, директор Харьковской правозащитной группы Евгений Захаров, депутаты Верховной рады Анна Гопко, Николай Княжицкий и Виктория Сюмар. Они расценили преследование Дмитриева как "месть российских властей за раскрытие исполнителей репрессий в 1930-х годах". Подчеркивалось, что активист был арестован вскоре после публикации "Мемориалом" базы данных сотрудников НКВД 1930-х.

Ранее сообщалось, что за несколько дней до задержания Дмитриеву неоднократно звонили и задавали странные вопросы о "списках палачей".