«Двое дерутся, третий не лезь». В Москве начался суд над полицейскими, не предотвратившими перестрелку на Рочдельской

Во вторник Пресненский районный суд Москвы начал рассмотрение уголовного дела в отношении трех сотрудников полиции, обвиняемых в преступном бездействии во время конфликта у ресторана Elements в 2015 году, который привел к гибели двух человек, задержанию влиятельного «вора в законе» Захария Калашова (Шакро Молодого) и скандалу в Следственном комитете. Владелица ресторана Жанна Ким в суд не пришла, сообщив, что живет в Казахстане и в процессе участвовать планирует через своего представителя.

Во вторник в Пресненском суде были усилены меры безопасности: у входа в здание выстроилась вереница посетителей, которым приставы заглядывали буквально в каждый карман. Заседание в переполненном душном зале началось с серьезной задержкой. Судья Татьяна Васюченко сразу вступила в перепалку с адвокатом Андреем Авериным. Она отчитала его за опоздание и процедила: «Ваши планы на день меня не интересуют». К своей помощнице судья обращалась куда более ласково: «Сашуля».

Аверин, высокий бородатый мужчина в костюме и темных очках Ray-Ban, представляет интересы обвиняемого Дениса Ромашкина, который вину категорически не признает. Когда судья удостоверяла личности обвиняемых и назвала Ромашкина временно исполняющим обязанности начальника уголовного розыска ОВД «Пресненский», тот сразу поправил: «По версии следствия». Сам он доказывает, что в момент конфликта на Рочдельской уже оформил перевод на новое место службы — в ОВД «Хамовники». Адвокат отмечает, что во время инцидента в ресторане фактически начальником районного уголовного розыска на Пресне был уже другой человек.

Ромашкина, оперуполномоченного отдела ОВД «Пресненский» Ильдара Шакирова и участкового уполномоченного Пресненского района Рената Зиннатулина арестовали в августе-сентябре прошлого года по обвинению в халатности (статья 293 УК, до семи лет лишения свободы), которое вскоре переквалифицировали на предусматривающую более жесткое наказание статью о злоупотреблении должностными полномочиями (часть 3 статьи 285, до 10 лет). В обвинительном заключении, которое зачитал на заседании прокурор Дмитрий Дядюра, говорится, что обвиняемые «совершили злоупотребление должностными полномочиями в форме бездействия».

Согласно обвинению, преступное бездействие полицейских имело место поздним вечером 14 декабря 2015 года на Рочдельской улице в Пресненском районе Москвы — в паре минут ходьбы от Дома правительства, по соседству с Трехгорной мануфактурой. По версии следствия, в тот день оперуполномоченный Шакиров нес суточное дежурство. В 20:36 оперативный дежурный получил сообщение от владелицы ресторана Elements Жанны Ким, которая рассказала о визите в заведение «подозрительных граждан». Шакиров поехал на Рочдельскую, позвонив своему руководителю и приятелю Ромашкину, который, в свою очередь, говорит, что в это время был не при исполнении, не имел при себе оружия и откликнулся на звонок коллеги только по дружбе.

Через четверть часа Шакиров прибыл в Elements, еще через полчаса туда добрался участковый Ренат Зиннатулин. К полицейским вышла сама Ким и ее знакомые — сотрудники адвокатской коллегии «Диктатура закона» Владимир Костриченко (бывший оперативник уголовного розыска) и Петр Черчинцев (бывший боец ОМОН при МВД Дагестана), а также их начальник Эдуард Буданцев — в прошлом оперативник 9-го управления КГБ, который занимался личной охраной министра иностранных дел СССР Эдуарда Шеварднадзе, а затем служил в управлении МВД по борьбе с оргпреступностью. Они рассказали, что в ресторан явилась группа людей, которые потребовали под угрозой применения насилия передать им сумму свыше 1 млн рублей — неустойку Ким перед дизайнером Фатимой Мисиковой, руководившей ремонтом в Elements. На основании этих данных, отметил прокурор, оперативник Шакиров должен был «принять меры, предупредить и пресечь противоправные действия», однако, «игнорируя требования Конституции, закона "О полиции" и закона "О службе в органах внутренних дел"», чтобы «уменьшить объем своей работы», даже не попытался принять у Ким заявление об угрозах. Шакиров и Зиннатулин «не проверили документы этих лиц, не доставили их, в том числе принудительно, в территориальные органы полиции, обладая физической силой, спецсредствами и огнестрельным оружием».

Ресторан Elements на улице Рочдельской, где произошел конфликт, 15 декабря 2015 года. Фото: Михаил Терещенко/ТАСС

В 21:39 к Elements приехал Денис Ромашкин. Когда прокурор начал говорить, что у Ромашкина также была возможность «предотвратить противоправные действия и защитить граждан», обвиняемый горько улыбнулся. В ходе развивающегося конфликта стороны фактически игнорировали полицейских: Шакиров ушел к машине, Зинатуллин остался внутри, но не мог ничего сделать. В 21:50 у входа в ресторан началась драка «с применением насилия в виде ударов ногами и руками», а затем и травматического оружия. Подчиненные Буданцева получили легкие огнестрельные ранения; самому адвокату, которого повалили на землю, досталось больше: закрытый перелом нижней челюсти, ушибы головы, сотрясение мозга, массивная параорбитальная гематома, тупая травма и кровоизлияние в стекловидное тело левого глаза. Буданцев с заплывшим глазом, которого выхватил из месива находившийся на месте конфликта бывший спецназовец ФСИН Роман Молокаев, выхватил наградной пистолет Beretta 92 и открыл огонь. Его поддержали коллеги. В итоге были убиты двое членов бригады Шакро Молодого, требовавших неустойку; несколько получили ранения.

По версии обвинения, не предотвратив бойню на Рочдельской, сотрудники полиции нарушили интересы общества и государства, что «выразилось в дискредитации и подрыве авторитета органов внутренних дел».

Ромашкин и Шакиров вину признавать отказывались с самого начала, получивший отказ в особом порядке рассмотрения дела Зинатуллин после этого также решил не признавать вины.

Жанна Ким через своего представителя Ирину Варееву передала судье заявление с просьбой рассмотреть дело без ее участия и признать ее гражданским истцом. Ким пояснила, что теперь живет в Казахстане и приезжать в Москву не собирается. Адвокаты обвиняемых выступили против: по словам Ромашкина, на Ким может оказывать психологическое давление находящийся под домашним арестом Буданцев и его подчиненные. «Считаю неявку спровоцированной специально, чтобы она не сказала правду. В ее показаниях очень много противоречий», — подчеркнул полицейский. В итоге судья Васюченко предложила Вареевой передать Ким, что ее участие в процессе желательно, и для этого суд может обеспечить покупку авиабилетов в Россию или видеосвязь с судом в Казахстане.

«Их хотят посадить, а кого-то хотят выгородить. Убийца ходит на свободе, а они сидят. А надо делать наоборот. Буданцев застрелил двоих чьих-то детей, — говорит мать Ромашкина Надежда Николаевна. — Как говорится, двое дерутся, третий не лезь. Там было две вооруженные банды. У Дениса оружия не было. Как он мог защищать ту или иную сторону — выйти и сказать "Ребята, положите оружие"?». Ее сын пошел работать в полицию сразу после института. «Как он выбрал этот путь?», — спрашивает журналистка. «Мама подсказала, — отвечает Надежда Николаевна. — Когда он закончил институт, он спросил, куда идти, по гражданским делам или по уголовным? Я говорю, Денис, конечно, по уголовным интереснее».

Срок содержания под стражей полицейским ранее продлили до 2 сентября. По оценке адвоката Аверина, процесс точно займет все лето: предстоит опросить около 70 свидетелей, заседания будут проходить раз в неделю. На следующее приглашены десять свидетелей; в случае их неявки суд будет рассматривать документальные доказательства.

На вопрос о причине уголовного преследования полицейских после событий на Рочдельской Аверин отвечает уверенно: «А тут все очевидно. Как всегда, крайний у нас кто получается? Сотрудники полиции. Буданцев, который обвиняется по двойному убийству, находится под домашним арестом, и чтобы переквалифицировать его дело на превышение пределов допустимой обороны, надо крайними сделать сотрудников полиции, которые не приняли никаких мер для предотвращения конфликта. Первым в суд ушло именно дело в отношении сотрудников полиции — не по Буданцеву, не по вымогательству, не по сотрудникам Следственного комитета».