Гибридность – проблема современного города или катализатор?

Из журнала a+t «HYBRIDS I. High-Rise Mixed-Use Buildings»

В данной статье приведены авторские размышления и тезисы на тему феномена «гибридности» городской среды. Отмечен тот факт, что она, с одной стороны, нередко порождает коллажность и противоречивость; с другой, новые взаимосвязи между формой, программой, технологиями и структурой объектов могут разрешать некоторые глобальные экологические и социальные проблемы.

В качестве доказательства последнего приводится отрывок авторского перевода первого выпуска журнала a+t «HYBRIDS I. High-Rise Mixed-Use Buildings», где подробно раскрываются особенности одного из видов гибридности — функциональной — на примере 12 знаковых высотных зданий. Описывается эволюция гибридов, показаны различия между многофункциональностью и гибридностью; что важно понимать сегодня, работая как над реальными проектами, так и спекулятивными. Здесь «гибриды» демонстрируют новые взаимосвязи между формой, программой, технологиями и структурой, отвечая тем самым меняющимся потребностям общества, решая некоторые экологические и социальные проблемы.

Автор делает вывод, что сегодня сложно найти единое решение данной проблемы (поскольку каждый контекст требует отдельного рассмотрения и анализа) — можно сформулировать лишь рекомендации к проектированию в определенных условиях. Умелое сочетание всех необходимых аспектов влечет за собой возможное разрешение противоречий современного города и совершенствования его среды.

Зарождение «гибридных» образов

В древности «гибридами» называли детей от брака римлянина с неримлянкой или свободного с рабыней; а в XVIII веке в русском народном языке так именовали «ублюдков». В 1800 году Т.А. Смеловский ввел термин «помеси», который просуществовал весь XIX век, а в 1896 году А.Н. Бекетов ввел термин «гибриды» [9].

Сегодня это понятие носит скорее положительный оттенок, как правило используется в биологии; обозначая «организм или клетку, полученные вследствие скрещивания генетически различающихся форм». Согласно российскому энциклопедическому словарю, гибридизация является «одним из важнейших факторов эволюции биологических форм в природе, который применяют для получения хозяйственных ценных форм животных и растений».

Возможность искусственного получения гибридов впервые была предположена немецким ученым Р. Камерариусом в 1694 году, а осуществил ее английский садовод Томас Фэйрчайлд в 1717 году, скрестив разные виды гвоздик.

Со временем понятие «гибрид» стало использоваться в самых различных областях (в частности, как ответ на развитие культуры и общества и усложнение жизни в целом), являясь синонимом смешанного, неопределенного, многоаспектного, разнообразного, объединенного и т.д.

Так, поднимая проблему гибридизации в архитектуре и городской среде, нельзя не принять во внимание ее проявление в искусстве, литературе и других смежных областях. Историк и культуролог Д.В. Галкин относит ее зарождение к XV веку, моменту изобретения книгопечатания. Затем эта тенденция возникла в фотографии и кинематографе, позднее получила распространение в других сферах искусства.

«Орнитоптер» Леонардо да Винчи — своего рода гибрид техники и искусства — демонстрирует технические возможности современных самолетов, используя технологии живой природы. Cчитаясь основопожником биомиметики, Леонардо сделал попытку воплотить свою мечту в реальность. Современные попытки воспроизвести его изобретение показали, что орнитоптер действительно мог летать, если бы его подняли в воздух. Построить летательное средство, задействующее слабые мышцы человека, было сложнее; и это еще раз доказывает возможность реализаций многих, казалось бы, сказочных архитектурных решений. [2] При этом внешнее сходство с птицей говорит об искусном сохранении природной эстетики.

Иероним Босх, в свою очередь, изображал человекоподобных гибридов — аллегории общественных грехов и пороков. Это жест иронии, к которому обращались многие российские и зарубежные поэты и писатели (Салтыков-Щедрин, Гоголь, Фонвизин, Дефо, Свифт и др.) в переломные моменты истории; и до сих пор сатира беспощадно высмеивает неблаговидную сущность поведения и побуждений человека, резко осуждает человеческие пороки и несовершенство общественной жизни. В архитектуре такая сатира угадывалась в средневековых образах готических соборов, затем проявлялась в эклектике, авангардизме.

Городская гибридность

Гибрид — нет более подходящего слова для обозначения самых важных характеристик нашего времени

Герфрид Стокер

Гибридизация как феномен растущего города Нью-Эйджевской эпохи все чаще подвергается осмыслению — поднимаются проблемы гуманизации общественных пространств, искусной интеграции истории и современных стилей, простоты и сложности в искусстве и жизни.

Попытки разрешить проблему простоты и сложности в архитектуре предпринимались на протяжении всей истории. Гибридные формы порождались сложностями и противоречиями эпох, которым были свойственны тревога и напряженность, нарушение гармонии и закономерности бытия. Полные метафор, скрытых смыслов, формы готики и барокко; двойное кодирование постмодернизма отвечали многоаспектности и многозначности городской среды. Вентури предпочитал в архитектуре гибридные, неопределенные, противоречивые, двусмысленные формы — он стремился найти жизненность (для которой характерна хаотичность), богатство значений и говорил о том, что «меньше — это скука» (Мис ван дер Роэ: «Меньше — это больше»). [8]

Однако, возникало и ответное стремление многих архитекторов «распутать» нелепые сочетания и создать нечто однозначное и понятное всем представителям населения. Как отмечает Евгений Асс, простая форма избегает иллюзорности и зачастую более «сложна» и таит больший смысл, нежели усложненная; которая, скорее, показывает приоритет формы над содержанием. Сергей Чобан утверждает, что «задача архитектора — соединить достижения традиции и современности». Это обращает к вопросу стилистики, искусной «гибридизации» и интеграции стилей эпох, истории и философии.

Показательные примеры — Эльбская филармония (Herzog & de Meuron) с «живым» стеклянным объемом, парящим над кирпичным блоком бывших складов; культурный центр Kannikegаrden (Lundgaard & Tranberg), объединяющий «земные» функции и церковные, современные материалы и натуральные, простые формы и сложный смысл.

Парадоксально, что «гибридность», с одной стороны, нередко порождает коллажность и противоречивость городской среды; с другой, новые взаимосвязи между формой, программой, технологиями и структурой объектов могут разрешать некоторые глобальные экологические и социальные проблемы.

Можно выделить несколько видов «архитектурной гибридности» — стилевую (коллажность стилей, элементов среды), функциональную (многофункциональность, универсальность), технологическую (использование медиа-, экотехнологий, биомиметики), даже символическую (двойное кодирование).

В московском Институте «Стрелка» студенты изучают «гибридный урбанизм» — синтез урбанистики, цифровых технологий и нового образа мышления, который родился в эпоху стартапов, прототипирования, социальных сетей и дополненной реальности. Иногда под «гибридным урбанизмом» понимается «устройство мира, где физические пространства не привязаны к одной задаче, люди не привязаны к одному пространству; а действия в кафе, магазине, интернете порождают тонны данных, заключая тебя в информационный пузырь». Здесь это понятие выступает скорее как характеристика цифрового общества, которому стала свойственна гибкость и мобильность, в некоторых случаях доходящая до абсурда.

Новые методы проектирования, подкрепленные возможностями современной техники и BIM технологий, позволяют совершенствовать процесс проектирования, разрабатывать новые способы организации пространства, технологии создания интеллектуальной архитектурной среды. [1]

Д.В. Галкин рассматривает феномен техно-художественной гибридизации, основанной на взаимопроникновении искусства и технологий (технологизации искусства и эстетизации технологий). Так, сегодня уже сложно разделять эти виды — постепенно переплетаются направления науки и техники, архитектуры, искусства и компьютерных технологий.

Феномен технологической («техно-художественной») и функциональной гибридизаций рассмотрен также в статьях «Архитектурная топология и феномен биомимикрии» и «Биомиметика и концепция двоемирия: как примирить утопию с реальностью» на примере проекта научно-образовательного центра гидрологии Волги.

Центр гидрологии Волги из проекта автора «Гидрологический кластер» представляет собой новую типологию научно-образовательных комплексов. Он тяготеет к типологии свободного университета, дающего преимущественно специальное дополнительное образование.

Наука, образование, исследование, медицина — прогрессивные направления Эры Водолея. Но должна ли сохраняться та же пространственная организация учреждений, сформированная множество десятилетий назад? Сейчас (преимущественно в европейских странах) происходит скорее возвращение к эпохе античности, Ренессанса, когда люди общались и обучались, сидя на траве, к примеру, в Афинской роще. Парадоксален тот факт, что на сегодняшний день любая информация может быть доступна через интернет, поэтому университетское образование изживает себя, постепенно заменяясь сетевым самообразованием. Специально оборудованная площадка для этого не нужна — все могут работать дома. Однако, эффективность усвоения информации при этом гораздо ниже, нежели когда коммуникации осуществляются в парках, открытых площадках, кафе, коворкингах и других появившихся форматах. Так, образование через общение несет гораздо большую пользу, особенно когда для этого существует комфортная зона для работы и отдыха. Однако, большинство учреждений все еще сохраняет устройство и ориентацию на программу старого образца. Требуется введение новой типологии научно-образовательного учреждения и пересмотр его сложившейся структуры.

Многоаспектность экологической проблемы обосновывает и сложность программы «гибридного» кластера, направленного на повышение роли воды в жизни общества. С одной стороны, специализированный университет, предлагающий знания об экологическом феномене водных ресурсов, в частности, реки Волги, с другой стороны, включает ряд пространств универсального назначения и типовые общественные функции.

Гибриды. Многофункциональные высотные здания

"A + t 31. HYBRIDS I — первый выпуск a + t, посвященный зданиям-«гибридам». В нем наглядно представлен анализ 12 высотных многофункциональных зданий, а также показаны особенности их интеграции в контекст. Рассматриваются и сравниваются три аспекта — программа, конструктивные особенности объекта и участок строительства.

Взаимосвязь между высотностью здания и степенью социальной активности на его территории отражает степень его значимости и «открытости» городу.

Разрез гибридного здания, по словам Рема Колхаса, представляет собой кусок городской ткани, только вертикально расположенный.

Поэтому степень его функциональной насыщенности, определяемая по разрезу, сравнивается с плотностью застройки на участке проектирования.

Так, здание делится на функциональные блоки, которые хорошо считываются с разреза. Разрезы рассматриваемых объектов показывают, что степень насыщенности функций в них доходит вплоть до 100%. Это демонстрирует возможность интеграции самых различных видов деятельности в одном здании; доказывает уникальность такого многообразия функций и сочетания государственного и частного использования.

Анализируя разрезы различных зданий, можно сравнить варианты размещения определенного вида функций и соотношение общественных и частных зон.

Интеграция в контекст оценивается в трех масштабах:

— масштаб территории 1: 500 000, показывающий плотность населения, то есть социальную активность на территории

— масштаб города 1: 5000, показывающий особенности контекста и окружающие функциональные зоны.

Многие сегодняшние проекты, в частности спекулятивного характера, искусно интегрируют множество функций.

Концентрация различных видов деятельности в одной конструкции, как писал Стивен Холл, оказывает влияние на архитектуру и имеет способность «растягивать и деформировать исходное здание».

Сегодняшний бум строительства зданий высокой плотности отчасти вызван экономическим подъемом, повышением цен на землю, а также ростом «экономических гигантов», в частности, Китая. Стремление архитекторов решить эту проблему привело к появлению «гибридных» зданий, то есть зданий смешанного использования. Степень их плотности и «гибридности» являются параметрами социальной активности в здании и на территории.

Возникновение гибридов

Идея гибридных или многофункциональных зданий отнюдь не нова. В древности города-государства были ограничены стенами, чтобы обеспечить безопасность своей территории и разграничить освоенные земли и дикую природу. В то время в основном все передвигались пешком, таким же образом перевозили товары. Поэтому основные функциональные зоны — работа, торговля и жилье — располагались либо в одном помещении, либо друг над другом; и в большинстве случаев эти функции и их места расположения практически не различались. С появлением социальной дифференциации ускорилось освоение новых территорий, строительство на них; что требовало объединения земель и увеличения плотности.

На протяжении всей истории стоимость земли и функциональная составляющая были связаны между собой

Функциональные зоны, вместо того чтобы располагаться в изолированных частях города, заполняли все пространство; и благодаря этому, по мере роста городов, они образовали единую гибридную структуру, постоянно меняющуюся и эволюционирующую как единое целое.

Это исследование посвящено гибридным зданиям, поскольку они представляют собой структуры; способны сочетать различные типы функций, общественные и частные пространства, обеспечивать их взаимодействие. Гибридность выходит за рамки обычной многофункциональности: она касается взаимосвязи общественных и частных интересов в жилищном строительстве, общественных пространств и объектов гражданского назначения; тем самым затрагивая три основные общественные проблемы:

— нехватка земли и ее высокая стоимость

— необходимость активизации землепользования для обеспечения устойчивого развития

— необходимость уплотнения функций в целях «оживления» городских центров или, другими словами, внедрения новых функциональных элементов по принципу акупунктуры.

С распространением мобильности и увеличением оборонительных зон городские стены стали разрушаться, и некоторые функции перемещались за их пределы, в сельскую местность. С этого момента города начали разрастаться, складываясь подобно конструктору из «разбросанных» территорий. Это позволило обеспечить доступ к новым землям, в том числе и более дешевым. Это не только активизировало землепользование (по сравнению с тем, как это было в «закрытых» стенами городах), но и позволило контролировать соседние территории. Свободно расположенные поселения и военные аванпосты — своего рода метод, с помощью которого государства могут расширяться путем постоянной оккупации — показательным примером является Римская империя. Позднее мобильность, активизировавшаяся в индустриальную эпоху, вызвала формирование современного планирования и социальной теории и, соответственно, привела к разделению функций. Появились зоны жилой застройки, рабочие пространства, торговые и производственные районы. Зонирование города стало определяться территориальным планированием.

До появления в 1985 году публикации Джозефа Фентона гибридные здания считались разновидностью многофункциональных зданий.

Фентон утверждал, что гибридные здания кардинально отличаются от зданий смешанного использования функциональной насыщенностью.

Понятие гибридности происходит из генетики и обозначает скрещивание видов различной породы. В прошлом разные функции зачастую объединялись, например, в мастерскую или «жилой» мост, типа Понте-Веккьо. Само понятие «гибридного» здания появлялось только в 19 веке. Расширение использования стальных конструкций и изобретение лифта произвело революцию в строительстве, в ходе которой появилась возможность создавать более высокие конструкции. Это способствовало и уменьшению площади застройки и, соответственно, повышения эффективности здания. Невозможность «заполнить» такие площади одной и той же функцией привела к необходимости введения других и, следовательно, появлению гибридных зданий.

Каталог Фентона представил ряд примеров американской архитектуры (он утверждает, что они появились в условиях развития мегаполисов), выделив несколько групп: гибриды городской ткани; «коллажные» гибриды; «монолитные» гибриды. Отличие гибридных зданий от многофункциональных в том, что они сохраняют «сетку» города и представляют один объем.

В 1916 году в Нью-Йорке вышел закон Zoning Resolution, касающийся высотных зданий. Он запретил объединять несовместимые функции в одном здании и даже в определенных частях города, замедлив, тем самым, дальнейшую эволюцию таких гибридов. Интерпретации этого закона до сих пор используются во многих городах мира. По причинам повышения цен на землю, отхода от идеалов городской сегрегации и прогресса в области развития экотехнологий, в закон были внесены изменения, и теперь он разрешает смешение функций в целях «оживить» город.

Возвращение к гибридам

Несмотря на стремление модернизма внести свой «порядок» в архитектуру, он так и не установился, поскольку противоречил самой сути жизни во всей ее сложности. Новшества постмодернизма, касаемые программы и формы типовых зданий, показали возрождение интереса к экспериментам. Самое главное, постструктурализм следовал идее диалектики, основанной на взаимосвязях и взаимодействиях. С тех пор, в течение последних трех десятилетий, писатели и архитекторы исследуют роль функциональной составляющей архитектуры.

Рем Колхас в своей книге Нью-Йорк вне себя (1978) выявил уникальные особенности Манхэттенских небоскребов. В отличие от Фентона, Колхас описал небоскребы, которые могут сочетать практически бесконечное количество функций; при этом они могут сосуществовать на одном этаже. Downtown Athletic Club из каталога гибридных зданий Фентона привлек внимание Kолхаса своей простотой и «монолитностью». Athletic Club доминировал в городском каркасе, являясь своего рода социальным конденсатором конструктивизма. Сегодня в любом городе мира можно наблюдать постоянную смену функций, приводящую к практически неконтролируемой коллажности. Эти идеи неоднократно проявлялись в проектах OMA. В экспериментальных проектах, таких как Hyperbuildings (1996), проявляется некоторая неопределенность программы такой новой типологии зданий и несогласованность масштабов. Это относится и к их конкурсным проектам для Parc de la Villette в Париже, парку Downsview.

В последнее время возродился интерес к гибридным технологиям, чему в значительной степени способствовал целый ряд экономических и политических факторов. Во-первых, глобальный бум недвижимости, обусловленный экономическим ростом Китая и Ближнего Востока, вызвал тенденцию строительства многофункциональных комплексов на «дорогих» участках города различного назначения. Стало сокращаться количество арендных помещений, что давало возможность крупным арендаторам вкладывать средства в процесс строительства, а не «захватывать» пустые помещения в уже построенных объектах.

Потребность в определенности позволяет архитекторам планировать программу здания, а не просто создавать пространства универсального назначения, как это было раньше.

Девелоперы все больше и больше интересуются идеей «образа жизни», предполагая, что сложные городские связи могут использоваться для оживления города, не вызывая при этом появления коллажных образов. Джейн Джейкобс, как и Колхас, писала о приоритете разнообразной городской среды. К сожалению, сегодня не всегда можно встретить удачные примеры сочетания элементов города — часто рекламные объявления мешают восприятию архитектуры и усиливают коллажность. Архитекторы продолжают спорить и о новых типологиях, возможности сочетания различных функций. Рост стоимости земли и строительства, а также консервативный подход правительства к расходам на общественную инфраструктуру, приводят к интеграции традиционных функций, таких как библиотека или музей, с новыми типологиями. Зачастую это получается просто смешение ежедневных функций, типа торговли или питания, с более крупными, такими как университеты, жилые здания и т.д.

В крайнем случае, объединяются новое здание музея с торговыми, коммерческими функциями и жильем; чтобы увеличить доход и ускорить окупаемость проекта. Примером является Сиэтлский Музей Искусства от Allied Works Architecture, который сочетает функцию музея со штаб-квартирой банка; обладает гибким зонирование пространства, способным расширяться или менять назначение. Аналогичное решение предложилии BIG для датской Scala Tower, которая объединяет новую городскую библиотеку с гостиничными, торговыми и другими коммерческими функциями.

Такие объекты требуют сложных пространственных решений, обеспечивающих взаимосвязь культуры и торговли, что экономически выгодно. Зоны преимущественно жилой застройки, где раньше доминировали исторические памятники или здания-«иконы», теперь сливаются в единый пласт. Так, если «добавить» сегодня в музей функцию магазина или кафе, то выставочная функция все равно остается основной. А чтобы «разбавить» городскую застройку, необходимо создать в ней 60-этажный отель или высотку торгового комплекса.

Многие сегодняшние проекты гибридных зданий, представляющие своего рода программную «химию»; могут вписаться в категории, указанные в каталоге Фентона. Однако, они все еще относятся к старым типологиям, которые разрабатывались без программного планирования. Можно выявить ряд общих тенденций, которые еще нельзя назвать типологиями, а скорее, стратегиями, направленными на устранение хаотичности и неоднородности.

Монолитная гибридная форма

Рассматривая сегодня простые модернистские формы и «коллажные» гибриды Фентона, приоритет отдается, скорее, гибридам. Такой подход позволяет отделить внешний облик и структуру здания от его функциональной составляющей. И эта идея может использоваться в любых проектах, от индивидуальных домов до башен.

Город в городе

Есть и гибридные здания, которые вмещают программу целого города. Ввиду темпов нового строительства в Азии и на Ближнем Востоке, крупные объекты, расположенные далеко за пределами городских центров, часто включают широкий спектр функций. Так, они представляют своего рода самодостаточные точечные кластеры, микрокосмы. Кроме того, они зачастую располагаются в пустынной местности или в суровых условиях, поэтому, как правило, имеют какую-то «защиту», типа стены античного города.

Существует много таких концептуальных проектов, например, Hyperbuilding от ОМА; и утопий, типа Sky City от Takenaka Corporation, высотой в один километр и вмещающей 135000 человек. Есть и примеры таких объектов в процессе строительства или уже построенных, например, проекты Стивена Холла в Шэньчжэне и Пекине.

Объединенные структуры

Высотным зданиям характерна сложность структуры, аэродинамических характеристик и инфраструктуры, что необходимо для обслуживания и обеспечения доступа людей. Чем выше башня, тем нужно больше лифтов; а значит, больше пространства для обслуживания. И что еще более важно, колонн и балок недостаточно для обеспечения устойчивости таких огромных сооружений. В результате ядра жесткости устанавливаются глубже, и полезное пространство уменьшается до предела. Одним из решений этой проблемы было создание специальной оболочки, например, как у Burj Dubai высотой более восьмисот метров (арх. Skidmore Owings Merrill).

Другой способ — объединение элементов или башен в единую систему. В 23-этажном музее Plaza в Луисвилле от REX используется эта идея, чтобы объединить несколько небольших земельных участков и минимизировать площадь застройки.

Несогласованность частей и пространственная неопределенность

Появилась общая тенденция создавать гибкую программу, способную со временем видоизменяться в зависимости от потребностей, придавая тем самым пространствам неопределенный характер. Раньше, как утверждал Колхас, план был главным, пока дело не дошло до небоскреба. Теперь упор делается на разрез и 3Д, позволяющие увидеть связь этажей, функциональных блоков, пространств. Показательные примеры — проекты OMA, такие как библиотека Jessieu Jessieu и публичная библиотека Сиэтла. Они являются не многофункциональными объектами, а функциональными гибридами.

Частично находясь в подчинении государства и частично — в области интересов общества, многие гибриды взаимодействуют с окружением; включая общественные пространства (в виде приподнятых площадей, садов или галерей) в здание, располагая их над или под ним. Общественные пространства и ландшафт становятся «сгибридизированными» с другими программными элементами здания. В Кувейтском спортивном стрелковом клубе (Office DA) используется огромный купол, чтобы показать ряд программных компонентов и общественных пространств здания. Проводя параллель с античными зданиями, можно отметить, что в современных объектах объединяется пространственная структура и ландшафт, как в Moussaka в Афинах (JDS Architcets) или новом центре города Асан (Transform). Scala Building в Копенгагене (BIG), с другой стороны, противопоставляется безликому образу монолитных башен — она отличается фасадом, который взаимодействует с окружающими его улицей и площадью путем образованных на нем ряда ландшафтных террас.

Итак, почему же актуально создание гибридных зданий? Во-первых, их эволюция и условия, вызвавшие их появление, связаны и с развитием общественных пространств. Огражденный стенами город, разделяющий «цивилизованные» пространства и дикую природу; эволюционировал в ряд гражданских пространств столичного города, и наконец, в новый вид общественных пространств цифрового мира, «разбросанных» по городу. В некоторых случаях эта эволюция была связана с дефицитом земель, повышением стоимости земли и плотности городских центров; что потребовало новых моделей землепользования, сочетающих, казалось бы, несовместимые функции.

Так, парадоксально, что «гибридность», с одной стороны, нередко порождает коллажность и противоречивость городской среды; с другой, новые взаимосвязи между формой, программой, технологиями и структурой объектов могут разрешать некоторые глобальные экологические и социальные проблемы. Сложно найти единое решение данной проблемы, поскольку каждый контекст требует отдельного рассмотрения и анализа. Можно сформулировать лишь рекомендации к проектированию в определенных условиях (многие уже известны), своего рода технические задания. Умелое сочетание всех необходимых аспектов влечет за собой возможное разрешение противоречий современного города и совершенствования его среды.

Гибриды позволяют создать разнообразную среду, «встраиваясь» в существующие монофункциональные районы. Распространение смешанного использования, сочетание публичных и частных пространств и интеграция нового с существующим «оживили» эти бесплодные зоны. В отличие от функционализма, такой подход учитывает сложности современного города, приводя к образованию гибридов не только на макро-программном уровне, но и в других масштабах. А новые методы проектирования, подкрепленные в свою очередь возможностями современной техники и BIM технологий, позволяют совершенствовать процесс проектирования, разрабатывать новые способы организации пространства, технологии создания интеллектуальной архитектурной среды.

Литература

1. А. Будникова. Архитектурная топология и феномен биомимикрии. Archi.ru. [Электронный ресурс]. URL: http://archi.ru/press/russia/71491/arkhitekturnaya-topologiya-i-fenomen-biomimikrii

2. А. Будникова. Биомиметика и концепция двоемирия: как примирить утопию с реальностью. Archi.ru. [Электронный ресурс]. URL: http://archi.ru/press/world/72937/biomimetika-i-koncepciya-dvoemiriya-kak-primirit-utopiyu-s-realnostyu

3. Д.Галкин. ТЕХНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ГИБРИДЫ ИЛИ ПРОИЗВЕДЕНИЕ ИСКУССТВА В ЭПОХУ ЕГО КОМПЬЮТЕРНОГО ПРОИЗВОДСТВА (V1.0A).

4. Д.Галкин. ТЕХНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ГИБРИДЫ ИЛИ ИСКУССТВО, ПОЛИТИКА И ЦИФРОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В КУЛЬТУРНОЙ ДИНАМИКЕ ВТОРОЙ ПО-ЛОВИНЫ XX ВЕКА.

5. Ч. Дженкс. Язык архитектуры постмодернизма. Под редакцией А.В. Рябушина, В.Л. Хайта. — Москва: Стройиздат, 1985. — 136 с., ил. — Перевод издания: The Language of Post-Modern Architecture / Charles A. Jencks. — Rizzoli.

6. HYBRIDS I. High-Rise Mixed-Use Buildings. a+t 31, 2008. / Авторский перевод — А.Будникова. — 168 p.

7. Р. Вентури. Сложность и противоречия в архитектуре. [Электронный ресурс]. URL: livelib.ru https://www.livelib.ru/book/1000756709-slozhnost-i-protivorechiya-v-arhitekture-robert-venturi

8. Р. Вентури. Википедия — свободная энциклопедия. [Электронный ресурс]. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki

9. Гибрид. Википедия — свободная энциклопедия. [Электронный ресурс]. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki