Студентам продолжают угрожать отчислением за участие в акциях 26 марта. Еще три истории

Антикоррупционные митинги, которые прошли по всей России 26 марта, стали самыми массовыми за последнее время. Заметное участие в акциях на этот раз приняли школьники и студенты. Некоторых из них задержали и отпустили, других задержали и обвинили в административных правонарушениях, с третьими проводили воспитательные беседы («Медуза» публиковала записи нескольких таких встреч и уроков), иным до сих пор угрожают отчислением из учебных заведений. «Медуза» поговорила с тремя студентами из разных городов России, на которых оказывают давление после акций 26 марта.

Тюмень

17-летний студент Тюменского политехнического колледжа Глеб (фамилию он просил не указывать), волонтер штаба Алексея Навального, был задержан 9 апреля. К Глебу подъехала полицейская машина, когда он расклеивал на информационных стендах листовки с призывом посмотреть в интернете расследование Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) «Он вам не Димон». «До этого ко мне подошел один из жильцов близлежащих домов, назвал меня идиотом и сказал, что я раскачиваю лодку. Видимо, он и вызвал полицию», — рассказал «Медузе» волонтер штаба Алексея Навального.

У студента не было с собой паспорта, поэтому полицейские — под предлогом установления личности — отвезли подростка в отделение полиции, перед этим сообщив по рации, что «задержали парня, который своими листовками нарушает конституционный строй».

«Мне никому не давали позвонить, ни юристу, ни родителям, несмотря на то, что я сразу сказал им, что я несовершеннолетний», — сказал Глеб. Эти же сотрудники заставили его дать объяснения своим действиям, причем молодой человек делал их без протокола, то есть не понимая, в чем конкретно его обвиняют.

«Только на следующий день я узнал, что против меня хотят возбудить — административное дело по статье 4.2 Кодекса Тюменской области — нарушение благоустройства. Сначала хотели пришить нарушение конституционного строя, потом экстремизм — они сами не знали, какую статью привязать», — рассказал студент.

На следующий день Глеба допросили повторно. «Они подняли ГУ МВД, СК, отдел по борьбе с терроризмом — вокруг меня пол-отдела бегало и пять человек меня стерегли. Причем второй раз опрашивали без соцработника и опекуна. Спрашивали, откуда я узнал о ФБК, платят ли мне за то, что я работаю для них волонтером и почему я туда записался», — говорит он.

11 апреля волонтера вызвали в комиссию по делам несовершеннолетних. «Там сидели незнакомые мне люди — видимо, это были сотрудники службы безопасности различных учебных заведений — они ругались, говорили, какой я плохой. Никто, конечно, из них фильм не смотрел. Но они пытались навязать мне свои убеждения, говорили, что может дойти до отчисления и проблем в учебе», — говорит Глеб.

Он также рассказал, что его родители негативно относятся к его волонтерской деятельности. «Я уже договорился с юристами ФБК, чтобы они представляли меня в суде, осталось только доверенность написать. Но мама это делать отказалась, сказала, что я там никому не нужен, и что она нашла мне другого адвоката. Я боюсь, что это приведет к тому, что команду Навального обвинят в том, что меня заставляли расклеивать листовки или платили мне за это», — говорит Глеб.

Он признался, что был очень рад, когда увидел, что Алексей Навальный ретвитнул новость о его задержании: «Алексей приезжает в Тюмень в пятницу, 14 апреля, я поеду в аэропорт, буду чем-то вроде охраны — тогда, надеюсь, получится с ним лично пообщаться. Но для меня главное, чтобы вся эта ситуация приобрела наибольшую огласку».

Политехнический колледж Тюменского государственного нефтегазового университета был недоступен для комментариев.

Казань

Студентка Казанского федерального университета (КФУ) Юлия (имя изменено по просьбе героини) рассказала «Медузе», что после того, как она приняла участие в антикоррупционном митинге 26 марта (причем она была на митинге не в Казани, а в Набережных Челнах), ее матери позвонил сотрудник международного отдела университета. «Он предупредил ее о возможных малоутешительных последствиях для моей учебы, если я и остальные студенты будем продолжать поддерживать позицию Алексея Навального, а также вести активную политическую жизнь», — рассказала студентка. По ее словам, представитель КФУ также уточнил, что «таких» студентов вуз «берет на заметку, а затем отчисляет».

Тот же сотрудник сообщил матери Юлии, что в каждой группе, на каждом факультете есть «осведомители», которые собирают для руководства сведения об учащихся, в том числе об их политической позиции.

Юлия получила также сообщение от куратора свой группы — это была убедительная просьба не участвовать ни в каких митингах и демонстрациях.

Студентка КФУ рассказала, что до митинга 26 марта заместитель директора по воспитательной работе КФУ внимательно следила за тем, чтобы в сообществе во «ВКонтакте», посвященном вузу, не публиковали сведения о митинге. «Одна студентка написала: «Что будет 26 марта, ребята?», моя знакомая ей ответила, что в этот день состоится митинг. После чего ее вызвали к декану и заставили удалить комментарий», — рассказывает Юлия.

«Я очень обеспокоена тем, у нас в стране и у нас в вузе ущемляют свободу слова и выбора», — пожаловалась студентка.

В пресс-службе КФУ «Медузе» заявили: «Я не слышал о том, чтобы у нас за митинг кого-то отчислили или грозили отчислением. Такого не было. У нас в университете очень лояльное отношение к этому ко всему — свободу слова мы здесь не притесняем. Наша бывшая сотрудница — из департамента по связям с общественностью — сейчас работает в штабе Навального в Казани. <…> В КФУ нет никаких проблем со свободой слова и с желанием человека высказаться, это может сделать каждый.

Ростов-на-Дону

Студентка Южного федерального университета Анастасия (имя было изменено по ее просьбе) прислала «Медузе» диктофонную запись своего разговора с замдекана по воспитательной работе одного из факультетов вуза. Она вызвала Анастасию к себе в кабинет после того, как фамилия девушки появилась в некоем списке — предположительно, в него попали люди, которые участвовали в митинге 26 марта, и которых якобы собираются отчислить.

— Рассказывай, моя дорогая, как оно там на митинге несанкционированном? — начала беседу замдекана.

— Я хотела пойти, но я в тот день летела из Петербурга в Ростов, а так бы обязательно пошла, — ответила ей девушка. Она предложила предоставить подтверждающие ее «алиби» авиабилеты, а также переписку с матерью, в которой девушка сообщает о задержке рейса.

— Давай договоримся, что мы больше нигде не участвуем, чтобы нас не позорили всякими списками, — продолжила замдекана. — Пока мы в рамках университета, давай договоримся, что ничего этого не будем посещать. Закончишь — участвуй, где хочешь. На этот раз я тебя отстояла.

Замдекана также предупредила Анастасию, что «отслеживают даже переписку в соцсетях» и попросила ее сходить на мероприятие, посвященное политическим движениям, где студентам «объяснят, что такое хорошо, что такое плохо».

В пресс-службе ЮФУ «Медузе» на вопрос, угрожают ли студентам отчислением за участие в митинге 26 марта, ответили: «Вряд ли».

Саша Сулим