Тест на безумие

После каждой силовой акции Москва ухмылялась в лицо своим западным «партнерам» (одно из любимых слов Владимира Путина): ну давайте, попробуйте сделать что-нибудь с нами, ядерной державой. Вспомним, как Путин заявлял: в момент присоединения Крыма он был готов объявить повышенную боеготовность Ракетным войскам стратегического назначения (РВСН). При любом намеке на возможность военного противостояния западные лидеры тут же проявляли слабину и отступали. Но вот новая вашингтонская администрация решила рискнуть — и проверить Кремль на слабину.

Разочаровывающая реальность

Москва с немалой помпой размещала в Сирии средства ПВО — дивизионы зенитно-ракетных комлексов (ЗРК) С-400 и С-300. Российские представители вполне откровенно разъясняли, что делается это не только для защиты собственных баз — наши средства ПВО должны были гарантировать защиту войск Асада от атаки с воздуха со стороны США и их союзников. «Напомню американским «стратегам», что воздушное прикрытие российских военных баз в Хмеймиме и Тартусе осуществляется зенитными ракетными системами С-400 и С-300, радиус действия которых может стать сюрпризом для любых неопознанных летающих объектов», — изгалялся начальник минобороновского пиара генерал Игорь Конашенков. У боевых расчетов российских комплексов ПВО, дескать, «вряд ли будет время на выяснение по «прямой линии» точной программы полета ракет и принадлежности их носителей», пугал он. Не помогут, по его словам, противнику и хваленые самолеты-невидимки: все иллюзии дилетантов на этот счет «могут столкнуться с разочаровывающей реальностью».

---

При попытке отразить залп 59 «Томагавков», если верить генералу Мальцеву, потребовалось бы выстрелить 118 ракетами. В результате в случае второй американской атаки уже нечем было бы защищать российские базы в Сирии

И вот эта самая «разочаровывающая реальность» наступила. Только не для американцев. Пентагон с пренебрежением опроверг как не заслуживающую серьезного обсуждения наспех придуманную версию российского военного ведомства о том, что половина «Томагавков» не долетела до сирийской авиабазы Шайрат. И хотя американские эксперты все еще спорят о том, соответствуют ли действительности победные реляции о том, что в результате атаки 7 апреля уничтожено 20% всех боеспособных самолетов Асада, понятно: все крылатые ракеты, за исключением одной, долетели до цели. Стало быть, российские системы ПВО пропустили «Томагавки».

И тут уже наступила очередь наших штатных экспертов, принявшихся объяснять, что, оказывается, наши непревзойденные комплексы ПВО могут перехватить американские крылатые ракеты (возрастом в четыре десятка лет), только когда те окажутся на расстоянии 25 км от пусковых установок. А как же быть тогда с концентрическими кругами радиусом 250, а то и 400 км, которые после размещения наших ЗРК в Сирии те же эксперты исправно рисовали на картах, обозначая зону неизбежного поражения вражеских воздушных средств?

Отметим сразу: дальность в 400 км представляется сомнительной из-за, мягко говоря, противоречивых данных относительно дальней ракеты комплекса С-400. Отдельные зарубежные скептики утверждают, что таковая ракета пока что вообще не принята на вооружение. Ну да ладно, дальность в 200 км — тоже неплохо. Но для этого цель должна лететь на высоте в 6–8 км. А «Томагавки» — надо же, какая неожиданность — летят на высоте 50–60 м от поверхности. И при этом вот оно, заокеанское коварство, маскируются за счет рельефа местности.

«…По большому счету возможности по обстрелу крылатых ракет крайне ограничены по дальности», — подчеркивает Игорь Мальцев, бывший начальник штаба войск ПВО. По его словам, сразу после обнаружения по крылатой ракете надо открывать огонь очередью из не менее чем двух зенитных управляемых ракет (ЗУР). Иначе крылатая ракета в считанные секунды просто выйдет из сравнительно небольшой по размерам зоны поражения. Встреча ЗУР с «Томагавком» в этом случае произойдет на дальности 12–14 км. По мнению генерала Мальцева, зенитные ракетные дивизионы и батареи, дислоцированные в Хмеймиме и Тартусе, никак не могли даже теоретически «достать» американские крылатые ракеты. Что, заметим, никак не совпадает с угрожающими речами генерала Конашенкова.

Другие специалисты отмечают, что решение не использовать наши средства ПВО могло быть вызвано элементарным расчетом. В Сирии сейчас, согласно официальным заявлениям, развернуто несколько дивизионов и батарей российских ЗРК. То есть количество ракет, скорее всего, не превышает нескольких десятков. Стало быть, при попытке отразить залп 59 «Томагавков», если верить генералу Мальцеву, потребовалось бы выстрелить 118 ракетами. В результате в случае второй американской атаки уже нечем было бы защищать российские базы в Сирии.

Впрочем, какие бы расчеты или обстоятельства не стояли за отказом от перехвата американских ракет, это не меняет того обстоятельства, что Москва не выполнила ни своих угроз (в отношении оппонентов Асада), ни своих обещаний (в отношении самого Асада).

Дутые пузыри

Еще недавно способность создавать бесполетные зоны в любой точке земного шара, где удается развернуть комплексы ПВО, рассматривалась странами Запада как важнейший стратегический фактор. Вдруг появившейся у Москвы способности воспрещать доступ в тот или иной регион посвящен целый абзац в итоговом коммюнике последнего натовского саммита в Варшаве. Ведь получалось, что «пузырь» средств ПВО и береговой обороны, созданный, например, в районе Балтийского моря, не позволит НАТО перебросить стратегические резервы в момент кризиса. Сирийская история продемонстрировала: для того чтобы справиться с этой угрозой, натовцам не нужно изобретать ничего нового — может вполне хватить «Томагавков».

Особый ущерб эта история способна нанести отношениям России с ее немногочисленными клиентами. Еще недавно специфические режимы вроде иранского были готовы на все, чтобы заполучить российские комплексы ПВО С-300. Именно в обладании вооружениями, способными противостоять воздушно-космическому наступлению США, они видели гарантию безопасности (или безнаказанности). В российском экспертном сообществе с недавних пор получила хождение теория: Россия может отлично зарабатывать на «сувереннообразующих» технологиях, продавая странам-изгоям средства защиты от «агрессии» государств Запада. Однако после удара «Томагавков» как-то быстро замолчали те, кто прежде верил в светлое экспортное будущее продукции отечественного ВПК.

И все же если Москва осознанно решила не вступать в военную конфронтацию с США и не пытаться перехватить «Томагавки», это очень хорошая новость. Это означает, что хозяин Кремля только изображал безрассудство, а на самом деле он отлично понимает все возможные риски военного столкновения двух главных ядерных держав. Одним словом, Путин не собирается погибать за Асада. Весьма показательно, что, обменявшись чрезвычайно резкими заявлениями накануне приезда в Москву госсекретаря Рекса Тиллерсона, потом, во время переговоров, стороны откровенно старались понизить градус конфликта. Не придя к согласию ни по одному существенному вопросу, Тиллерсон и Лавров старательно выискивали, а точнее сказать, специально конструировали позитивные сигналы, вроде создания группы спецпредставителей двух стран, в задачу которых входит ревизия накопленных за последние годы трудностей и противоречий.

Но, с другой стороны, все то, что именовалось международным авторитетом России, произрастало из страха перед ее непредсказуемостью. Как только мировое сообщество осознает, что хозяин Кремля вполне адекватен и готов рисковать только до определенного предела, Москве предъявят длинный счет за ее подвиги последних лет.

Корейский гамбит

Похоже, Дональд Трамп вот-вот устроит проверку и северокорейскому диктатору Ким Чен Ыну. Все последние годы КНДР с переменным успехом занималась ядерным шантажом мирового сообщества, требуя постоянной кормежки в обмен на туманные обещания не производить новых ядерных испытаний и пусков баллистических ракет. До бесконечности шли переговоры с Пхеньяном, которые не имели ни малейшего шанса завершиться успехом: Ким Чен Ын сконцентрировал все ресурсы нищей страны на совершенствовании ядерных и ракетных технологий, проведении испытаний и игнорировал все обращенные к нему призывы. Даже Китай, некогда главный спонсор КНДР, выражал раздражение, но что делать — никто не знал.

И вот Белый дом дал понять, что не собирается ждать, пока Пхеньян заполучит ракету, способную долететь до Вашингтона: Трамп приказал ударной корабельной группировке во главе с авианосцем «Карл Винсон» с сотней боевых самолетов на борту отправиться к берегам Корейского полуострова. В телефонном разговоре с председателем КНР Си Цзиньпином Трамп просил передать Ким Чен Ыну, что помимо авианосцев у США есть еще атомные подводные лодки. Одним словом, Трамп готов ждать только до ближайшего северокорейского ядерного испытания — на момент сдачи этой статьи уже пошли сообщения о готовности США нанести упреждающий удар по КНДР.

Удар «Томагавками» по Шайрату был нанесен, чтобы не допустить новых химических атак. В случае атаки на Йонбен, ядерный центр КНДР, Ким Чен Ын надолго лишится стратегического потенциала. Однако все не так просто. Рядом с Северной Кореей — Южная. Ее столица Сеул находится в пределах досягаемости не только ракет, но даже ствольной артиллерии армии КНДР. Военная операция на полуострове грозит обернуться всеобщей катастрофой в том случае, если Ким Чен Ын — настоящий безумный, а не разыгрывает сумасшествие. Но проверить это можно только одним способом — нанеся по нему удар и поставив на кон жизни если не миллионов, то сотен тысяч. То есть если сам Дональд Трамп, человек импульсивный и рисковый, благополучно сдаст экзамен на безумие.

фото: управление пресс-службы и информации минобороны рф/тасс