Место у парашюта

"Что хорошо для General Motors, хорошо для Америки". Министр обороны в кабинете Эйхенхауэра Чарльз Эрвин Уилсон прожил остаток жизни, пытаясь исправить приписываемый ему афоризм, но так и не преуспел. На самом деле его, бывшего исполнительного директора GM, спросили в 1953 году на слушаниях в Сенате, сможет ли он как глава Пентагона принять решение, невыгодное для GM. Уилсон ответил утвердительно и добавил: "Потому что все эти годы я считал: что хорошо для нашей страны, хорошо для General Motors, и наоборот. Разницы просто не существует".

Сегодня такой вопрос и задавать-то смешно. Дональд Трамп, обличавший своего соперника в порочащих связях с Уолл-стрит, назначил в свою администрацию столько банкиров и промышленников, что она сама превратилась и бизнес-корпорацию. Эти люди свято верят в то, что их личное процветание - это и есть процветание Америки. О да, разумеется, они все уволились, приземлились на "золотых парашютах", передали свои пакеты акций в "слепые трасты". Но в Америке в такое разрешение конфликта интересов верят только неисправимые идеалисты.

Вот, например, госсекретарь Рекс Тиллерсон. На первый взгляд, его соглашение с компанией ExxonMobil, которую он возглавлял, выглядит убедительно. Все отсроченные акции на сумму более двух миллионов долларов, которые он получил бы в течение ближайших десяти лет, передаются в доверительное управление. Из этих средств он будет получать регулярные выплаты по определенному графику. Этому трасту запрещено инвестировать в ExxonMobil. Тиллерсон, кроме того, великодушно отказался от бонусов на сумму 4,1 миллиона долларов, которые компания должна была выплатить ему в течение ближайших трех лет, от бесплатного лечения зубов и других льгот, оплату которых брала на себя ExxonMobil. В течение десяти лет ему запрещено работать в нефтегазовом секторе - в противном случае остатки средств в слепом трасте будут конфискованы и направлены на благотворительные цели, а именно на борьбу с бедностью и болезнями в развивающихся странах. При этом ни сам Тиллерсон, ни ExxonMobil не будут участвовать в выборе благотворительных организаций. В итоге выходное пособие пенсионера Тиллерсона составило всего-навсего 180 миллионов долларов, которые он получит в течение десяти лет.

Внимательные люди, однако, разглядели в бумагах лазейку - о ней ничего не сказано в пресс-релизе для широкой публики. Согласно соглашению между ExxonMobil и компанией-доверителем, которая будет управлять активами госсекретаря, Тиллерсон не может работать в конкурирующей с Exxon компании, а в самой Exxon - вполне.

И наконец, "золотой парашют" с рассрочкой платежа - разве это не оплата авансом будущих услуг?

В августе позапрошлого года, когда президентская кампания только начиналась и кандидат Трамп обещал "осушить вашингтонское болото", кишащее лоббистами большого бизнеса, сенатор-демократ Тамми Болдуин внесла в Сенат законопроект, запрещающий награждать "золотыми парашютами" сотрудников частных компаний, которые перешли на работу в правительство. Хиллари Клинтон поддержала идею. "Так мы начнем восстанавливать доверие американцев и убедим их в том, что наше правительство и впрямь работает "ради народа", - писали Клинтон и Болдуин в совместной колонке. Если бы билль Болдуина стал законом, у Трампа сейчас не было бы ни кабинета, ни ключевых советников. Но Сенат так и не удосужился дать ход законопроекту.

О чем говорили Рекс Тиллерсон и Владимир Путин в Кремле 12 апреля? Почему об этой встрече нет даже коротенького сообщения на президентском сайте?

Тиллерсон - человек скрытный, он не любит публичности до такой степени, что для госсекретаря это даже как-то негоже. Он не берет с собой в поездки журналистов. Он проигнорировал призыв сенаторов Марко Рубио и Джин Шахин встретиться в Москве с представителями гражданского общества России - это традиция всех госсекретарей постсоветской эпохи. Таких вопросов, как поддержка демократии и права человека, просто нет в повестке дня нынешней администрации США.

Уместно напомнить, что на сенатских слушаниях по утверждению своего назначения Рекс Тиллерсон говорил:

Неразумно ожидать, что каждый шаг внешней политики будут определять одни лишь соображения защиты прав человека, особенно когда под угрозой безопасность американского народа.

Но журналисты и гражданские активисты продолжают делать свое дело. На прошлой неделе газета The Wall Street Journal сообщила, что ExxonMobil просит Министерство финансов США сделать для нее исключение из режима санкций и разрешить ей совместно с "Роснефтью" начать бурение на шельфе Черного моря. А мы думали, Тиллерсон и Путин говорят о невинно убиенных сирийских младенцах.

Вот еще одно интересное сообщение из Вашингтона. Президент Трамп поручил министру торговли Уилбуру Россу провести расследование стального импорта в США: не наносит ли он ущерб американским национальным интересам?

Это исторический день для американской сталелитейной промышленности и, самое главное, для американских сталеваров. Мы намерены бороться за интересы американских рабочих и американской стали. Эта борьба начинается немедленно.

Так говорил по этому случаю Дональд Трамп. Но все это вывеска, пиар для наивных людей. Одним из первых действий Трампа на посту президента было разрешение на строительство трубопровода Keystone XL из канадской провинции Альберта в Небраску. Этот проект был предметом бурных страстей девять лет. Дональд Трамп подписал указ на четвертый день после инаугурации. Та же бумага разрешает достроить трубопровод Dakota Access. Как и в случае с Keystone XL, его строительство было прервано из-за протестов, главным образом экологического свойства. Другим росчерком пера 45-й президент на той же церемонии подписал документ, о котором потом не раз гордо вещал с различных трибун, в том числе с трибуны Конгресса: американские трубопроводы будут сделаны только из американской стали!

Но тотчас оказалось, что на Keystone XL и Dakota Access это патриотическое указание не распространяется: для их сооружения трубы будет поставлять компания Романа Абрамовича Evraz. В своем пресс-релизе она заявила, что "аплодирует" президенту Трампу. Еще бы ей не аплодировать! Канадский завод компании - поставщик труб для обоих проектов. На недоуменные вопросы журналистов Белый Дом отвечает, что трубы уже завезены на строительные площадки и отказываться от их использования непрактично.

Ни для кого не секрет, что жена Романа Аркадьевича дружит с Иванкой Трамп. Вот и вся механика. Непонятно, зачем изучать извилистые связи каких-то отставной козы барабанщиков из команды Трампа, когда прямее и короче этого канала ничего быть не может.

Что касается министра торговли Уилбура Росса, которому поручено расследовать стальной демпинг, то он давно и прочно связан с российским бизнесом. В начале 2000-х, создав из купленных им нескольких американских сталелитейных компаний одну большую, International Steel Group, он проявлял интерес к сталелитейным активам России. В 2013 году участвовал в рекапитализации Банка Кипра и стал его вице-президентом. В конце февраля Сенат, еще не утвердивший назначение Росса, поинтересовался, не брал ли Трамп или кто-либо из его окружения кредитов в этом банке, известном своими особыми отношениями с российскими олигархами. Росс дал письменный ответ, однако Белый Дом отказался предоставить его Сенату, хотя, по словам Росса, он "жаждал" удовлетворить любопытство сенаторов. А 2 апреля в прямом эфире CNN Уилбур Росс затруднился ответитьна вопрос, имел ли Банк Кипра дело с фигурантами санкционного списка Минфина США:

На этот вопрос очень трудно ответить, поскольку банк выдал займы на миллиарды долларов до того, как у него начались проблемы, и я участвовал в их разрешении. Проверять по именам всех, кто когда-либо занимал деньги у банка или хранил их там, непродуктивно. Могу сказать, что я лично не выдавал кредитов никому, о ком знал бы, что он находится под санкциями.

Тогда корреспондент CNN спросил, выдавал ли банк кредиты избирательному комитету Трампа - "напрямую или через посредство другого финансового института". Уилбур Росс ответил: "Мне об этом ничего неизвестно".

"Неужели кто-то верит, что Хиллари Клинтон была бы жестче с Россией, чем Дональд Трамп?" - вопрошал президент 16 февраля на своей пресс-конференции. Как можно! Ведь слова президента - это не "фальшивые новости".