Курсантов бросают за борт

В Мурманске мореходку решили присоединить к пединституту

Мурманск, на гербе которого красуются треска и силуэт корабля, рискует остаться без единственного морского учебного заведения, выпускавшего кадры для рыбной промышленности. Губернатор Марина Ковтун настойчиво лоббирует присоединение Мурманского государственного технического университета (МГТУ), объединяющего среднюю и высшую мореходки, к бывшему пединституту, ныне носящему громкое имя Арктический гуманитарный университет (МАГУ).

В конце апреля объявили: МАГУ выиграл конкурс минобра на статус опорного вуза, за который несколько лет конкурировал с техническим университетом. Это стало возможным при безусловной и весьма активной личной поддержке губернатора: о ее участии в судьбе вуза открыто говорит ректор Андрей Сергеев, да и сама Ковтун не первый год публично упоминает о создании Арктического университета, уже поглотившего филиалы горного института и петрозаводского университета, как о собственном достижении. Как это стыкуется с нормами ФЗ «Об образовании», исключающими вопросы высшего образования из компетенции региональной власти, а также запрещающими устранение конкуренции на рынке образовательных услуг, не ясно.

История противостояния мурманских «физиков» и «лириков» напоминает детектив. Завязкой стало принятое 30 октября 2015 года решение Ученого совета МГТУ участвовать в конкурсе на статус опорного вуза. Поясню: это означает укрупнение, поглощение более мелких учебных заведений и, главное, 300-миллионную субсидию. Критерий: опорный вуз должен готовить кадры для ведущих отраслей промышленности региона. В Мурманске (город-порт) мореходке претендовать на такой статус логично.

Но за месяц до этого губернатор Ковтун на встрече с президентом России презентовала собственную идею — создать глобальный Арктический вуз на базе мурманского «педа». И получила одобрение первого лица. И тут вдруг несогласованная инициатива снизу…

Через два дня после заседания Ученого совета Ковтун направляет замглавы Росрыболовства Илье Шестакову предложение подумать о передаче МГТУ под юрисдикцию МАГУ, который прямо называется будущим опорным вузом. Шестаков отказывает губернатору, напоминая о специфике учебного заведения, а также не без иронии предлагает ей подумать о другом варианте: а не присоединить ли «пед» к более мощной и отвечающей требованиям экономики региона мореходке — вот и опорный вуз получится.

Иронию по отношению к себе губернатор Ковтун не любит. Через два дня в МГТУ началась внеплановая проверка Рособрнадзора. А еще через месяц университет лишился аккредитации по 13 направлениям. Кроме репутационного краха, это означало крах финансовый: под удар попали самые доходные — непрофильные — направления, на которых обучалось много «платников».

В истории с лишением аккредитации нет хороших людей. Работодатели не раз жаловались на низкий уровень выпускавшихся «специалистов». И то, что делал вуз в стремлении заработать, сильно смахивает на обман потребителя — судя по списку нарушений, найденных проверкой. Но пока дипломы и диссертации там защищали члены регионально правительства, никому до этого дела не было. А когда нашла коса на камень, наказание прилетело столь стремительно, что в ход пошел даже несуществующий нормативный акт. Основой для проверки якобы стал мониторинг, осуществленный ранее Рособрнадзором (документы — в распоряжении «Новой»). Такой мониторинг, по постановлению правительства, может проводиться лишь в соответствии с утвержденными показателями. Да вот беда: приказ надзорного ведомства, устанавливающий эти показатели, даже не был опубликован.

В приказе о лишении аккредитации стоит ссылка на акт проверки, датированный совсем иным числом, нежели тот, что предъявили ректору проверяющие. В МГТУ этот новый акт так и не поступил, зато обнаружился в областном минобре, правда, составленный не по форме. А сопутствующий протокол об административном правонарушении был изготовлен с такими нестыковками, что суд вернул его без рассмотрения.

Тем не менее, оспорить лишение аккредитации ректор Сергей Агарков не захотел: иск в арбитраж подали, но затем по его же распоряжению отозвали. Два ведомства решили договориться мирно: глава Росрыболовства начал переговоры с федеральным минобром о сохранении морского вуза. Студенты, правда, стали разменной монетой: 1645 человек получили волчий билет вместо диплома.

Тем временем в областное правительство и в Росрыболовство посыпались отпечатанные под копирку анонимки на ректорат «вышки». Они имеются в редакции и выглядят так: «Уважаемое руководство ФАР (Федеральное агентство по рыболовству — Т.Б.). Необходимо провести в вузе проверки. Необходимо завершить объединение вузов Мурманска в один вуз — Мурманский государственный Арктический университет, чье образование одобрено В.В. Путиным».

Пока паны дерутся, никто из курсантов понятия не имеет, что с ними будет уже через пару месяцев. Именно такой срок для окончательного поглощения мореходки объявил на пресс-конференции ректор победившего вуза Андрей Сергеев. Правда, победа выглядит сомнительной: пока есть только распоряжение Дмитрия Медведева о выводе МГТУ из-под Росрыболовства в ведение Минобра. Но курсанты мореходки обратились к своему ректору с открытым письмом, в котором требуют разъяснить, на каких условиях продолжится их подготовка, и получат ли они дипломы для работы в море.

Третьекурсник Константин Альбиковский, один из ребят, готовивших обращение, поясняет: дело вовсе не в том, что будущие судоводители за что-то презирают бывший пединститут. Все серьезнее:

• После учебы мы, курсанты, получаем два диплома: первый — о высшем образовании, а второй — так называемый рабочий, с которым и устраиваются на суда. Его подписывает капитан порта. Он выдается только при наличии достаточного плавательского ценза (пройденной на судах практики). Для моей специальности — судоводитель — это год в море. Для радистов — полгода. Как МАГУ будет договариваться с судами Росрыболовства о практике, нам непонятно.

Проблема с получением рабочего диплома не только в плавпрактике. Он, согласно приказу Минтранса, выдается лишь тем, кто окончил так называемые морские образовательные организации с освидетельствованной системой стандартов качества. Речь идет о безопасности мореплавания, и это правило незыблемо. Даже если бывший пединститут станет претендовать на звание морской организации, что само по себе нетривиально, на оформление всех документов, по оценкам работников отрасли, может уйти несколько лет. А дипломы выпускникам нужны сейчас.

Елена Курепина четвертый год учится на радиста. Она не понимает, сохранится ли в случае присоединения порядок, при котором курсантов обеспечивали формой и трехразовым питанием (они проживают на казарменном положении, причем большая часть ребят — из малообеспеченных семей). У Росрыболовства и его подразделений такие полномочия были, у Минобра — нет.

Ректор Агарков обратился к Росрыболовство с предложением о спасении морских специальностей МГТУ, а также подчиненного ему мурманского рыбопромышленного колледжа и филиала вуза в Архангельске путем образования Морской академии рыбопромыслового флота. Никаких теологов и международников там не останется, коммерческую составляющую сведут к минимуму, будет строго отраслевая подготовка. Это горячо поддержали руководители всех мурманских флотов — основные потребители кадров «вышки». Российский союз промышленников и предпринимателей обратился с просьбой о спасении МГТУ в федеральное правительство.

Но шансов запрыгнуть в отходящий поезд мало. Пока единственное вступившее в силу решение касательно мурманской мореходки выглядит зловещим символом: крупнейший в мире легендарный учебный парусник «Седов», на котором проходили первую практику курсанты МГТУ, перешел в ведение калининградского технического университета. В Мурманск он больше не вернется.