Эдуард ЛИМОНОВ: «Меня считают своего рода пророком»

– Давно мы вас не видели, но я еще помню когда вы приезжали. Сейчас цель визита какова?
– Живое человеческое общение, как говорят. Посмотрите в Евангелие: Христос постоянно с кем-то встречается. Основа жизни – встреча. Идет, смотрит – рыбаки забросили невод, раз, два, Симону говорит: «Ты будешь Петром», и поехал. – Вы были здесь 17 лет назад, если не ошибаюсь.
– Да, я писал здесь книгу и интервьюировал множество людей, на ул. Ленина, за музеем, где Ленин бывал... Домик этот, там стоит 5-этажка, арендовал квартиру и писал книгу. И 56, по-моему, ваших соотечественников, земляков я интервьюировал. Там были опера, видные полицейские, бывшие начальники ОМОН и прочие, прочие. Люди, репутация которых была... авторитетные предприниматели и кто угодно. И ваши политические деятели. На самом деле, получилась очень неплохая книга. Плюс она написана задолго до истории с Ходорковским, но история с Ходорковским во многих чертах повторяет механизмы, раскрытые в этой книге.

– Но в своей книге вы сказали тогда о главном герое, что в процессе ее написания вы пришли к выводам, которых сами не ждали. Я знаю, что вы встречались в этот свой приезд, ваше мнение как-то изменилось теперь?

– Анатолий Петрович возмужал, стал мудрее и производит на меня очень хорошее впечатление, блистательный человек.

– Вы говорили раньше, что телевидение не ваш формат, что невозможно быть сейчас услышанным среди кричащих на ток-шоу людей. А как для политика быть услышанным без телевидения?
– Я долгое время был в, так называемых, «черных списках», которые никто не видел, но все утверждают, что они есть. Во всяком случае, меня долго не выпускали на телевидение.

Когда в связи с «Крым – наш» я в буквальном смысле уронил слезу, смотря на эту церемонию воссоединения Крыма с Россией...

Об этом было всем широко известно, что я эти идеи еще в 1992 г. высказывал, видео еще путешествует по интернету, где я говорю: «В 92 году за Крым и Донбасс придется воевать». С этих пор меня считают своего рода пророком. И когда это произошло, меня стали приглашать на политические шоу. Я сходил на несколько и сказал: «Нет, я больше не буду ходить».

2 года я никуда не ходил. Только вот последние месяцы изменил свое мнение. Все потому, что у меня была трибуна на «Русской службе новостей» на радио, час в неделю у меня был, и меня это устраивало. А теперь я лишился этого часа в неделю и стал ходить на телевидение.

– Совсем недавно массовая акция прошлась по стране, митинги против коррупции, которые отчасти были вызваны фильмом Алексея Навального про Дмитрия Медведева.

– Я не думаю, что это так массово.

– Но они были в 100 городах России.

– У нас просто давно не было митингов. В 100 городах России – это вы говорите, журналисты. В некоторых городах там было 10 человек, например. Но я не отрицаю, что это был определенный успех, да. Но хотите мое мнение на это?

Если вы хотите бороться с коррупцией, давайте начнем с отмены итогов приватизации, самый крупнейший акт коррупции в нашей стране был совершен именно во время этого большого ограбления.

– Почему вы не вышли на этот митинг?

– Почему я должен выходить? Во-первых, я считаю, что Алексей Навальный – ставленник одной из кремлевских башен, он заинтересован в сохранении этого строя.

Во-вторых, для меня, человека самого когда-то судимого и знающего толк в этих механизмах, в судах – а я посетил сотни судов – я считаю, что Навальный мошенник и 2 раза был осужден правдиво и нормально.

– Но вы тоже сидели?

– Почему я должен идти на митинг Алексея Навального? – Но это не был митинг Алексея Навального, народ выступил против коррупции.

– Не надо про народ мне...

– Вы, баллотируясь в президенты, выступали за 31 статью Конституции.

– Моя дорогая ведущая! Навальный осужден справедливо. Я сидел на «Крым – наш» того времени. Я сидел за попытку поднять восстание в восточно-казахстанской области и с последующим присоединением ее к России.

Мне надо медаль дать! Не надо, я обойдусь.

Но в моих глазах человек, в глазах которого светятся эти лесопилки «Кировлеса», вообще не имеет права вякать на эту тему о коррупции. Если уж сравнивать государство наше, пускай люди ненавидящие государство наше, пускай они хотя бы поймут, что государство посадило пятерых губернаторов на сегодняшний день. Сколько губернаторов посадил Навальный?

Так кто больше борется с коррупцией: государство отстранило второго по счету министра после Сердюкова, Улюкаев сидит сейчас под домашним арестом. Кто больше борется? Навальный — это демагогия, то чем занимается Навальный.

Я начинаю злиться, когда мне начинают навязывать. И вдруг еще навязывают Навального.

– Я повторюсь, выступали за то, чтобы у людей было право выходить и открыто выражать свой протест. Еще совсем недавно, несколько лет назад, вы были одним из предводителей марша Несогласных, вы были на баррикадах.

Сейчас вас не видно нигде. Почему? Вас все устраивает? Вы же сами сказали: наверное, митингов давно не было.

– В двух словах, почему. Потому что 10 сентября 2011 г. наши союзники, либералы, предали протест, увели людей из центра города. Так как люди стояли в двух сотнях шагов от центральной избирательной комиссии, двух сотнях шагов от парламента, увели на болото, на остров.

Это было предательство, это все поняли, сразу, может быть, не поняли. Я остался один, как я говорил, 300 спартанцев остались со мной на площади революции.

За эти годы истекшие – а прошло 6 лет, все поняли, что я был прав, что Лимонов был прав. Не надо было уходить, надо было решить там все в один день. Ушли.

Второе: между нами легла война в Донбассе: между нами и либералами.

– Как вы считаете, должна разрешиться ситуация с этими областями-изгоями?

– Украина, отдайте колонии, оставьте, не пытайтесь проглотить то, что вам не принадлежит. Приведу другой яркий образ: жена олигарха пришла нагишом, уходит с миллиардами отсуженными. Так слушайте, госпожа Украина, оставьте колонии и уходите себе и живите себе счастливо, долго и еще раз счастливо. Но оставьте колонии.

Но нет, они хотят проглотить больше, чем нам принадлежит. Они хотят изнасиловать все это наследство, доставшееся им от СССР.

– Вы председатель партии «Другая Россия».

– Я один из руководителей.

– «Другая» – это какая?

– У нас расхождение гигантское с властью, поскольку мы считаем, что должны быть отменены итоги приватизации, имущественное неравенство на лицо. По данным ООН, в России 71% национальных богатств принадлежит менее, чем 1% населения.

– Что мешает нашему президенту перераспределить эти богатства и создать другую систему, при которой будет более справедливо?

– Я не знаком с президентом, но могу себе представить, что ему мешают, во-первых, его собственное понимание того, какой он хочет видеть Россию – это раз. Во-вторых, ему мешают его приятели, нажитые им еще когда он работал у Собчака в мэрии Санкт-Петербурга и множество вот таких вот вещей.

Нам постоянно пытаются внушить, что Владимир Владимирович – выходец из КГБ. Ну да, выходец, но он уже давно не в КГБ: у него больше уже генов собчаковско-либеральных.

– Вы когда жили в стране советов, были убежденным антисоветчиком.

– Я никогда не был диссидентом, это известно всем, это миф. Миф, миф и миф. Я еще когда был юным поэтом, я писал «Ода армии»: «Право же слово только в карме я испытываю почтение к моей стране», – воспевается армия. Я был милитарист и патриот страны, ни власти, ни Кремля.

– А почему вы уехали?

– Потому что судьба таким образом сложилась. Я был замешан...

– А там вы против буржуазного строя писали статьи. А во Франции вы опять с коммунистами.

– Я был не только с коммунистами, но и с крайне правыми.

– А вернулись – защищали Белый дом.

– Правильно.

– И вы все время против существующего строя. Это кредо такое?

– Я не против, я, наоборот, за существующий строй, который, наконец, по-моему мнению, устроит наших граждан и меня.

– Вы можете существовать вне конфликта? Или такое ощущение, что вам это постоянно нужно для того, чтобы какую-то энергию из этого черпать.

– Не надо представлять меня каким-то драчуном и человеком, который постоянно сидит под 213 статьей за хулиганство. Я не сижу, я достаточно разумный человек. Со мной очень можно всегда поладить. Я – человек способный на разумное понимание проблем.