Лица забастовки в Манасе, длившейся больше месяца. Фото

Дагестанские дальнобойщики приостановили акцию протеста против системы «Платон», продолжавшуюся с конца марта. После встречи с председателем правительства республики Дагестан Габдусаматом Амидовым и депутатами, координационный совет дальнобойщиков принял решение «взять таймаут» в забастовке и дать правительству время на поиск решения в ситуации с «Платоном».

«Обещали помочь с таможней, убрать лишнюю плату. Донесли, говорят, требования на федеральном уровне», — рассказал о встрече с чиновниками один из дальнобойщиков Умар Гарисов, — Нам сказали, что месяца через два-три правительство будет рассматривать наш вопрос. Если вдруг они не выполнят наши требования, то через полгода мы опять на стачку выйдем».

Также власти пообещали дальнобойщикам снизить транспортный налог. Изменения будут рассматриваться на ближайшем заседании Народного собрания Дагестана.

«Власти сказали, им нужно время, чтобы решить вопрос, и что они будут разговаривать с нашей инициативной группой. Сначала с нами конкретно никто не разговаривал, Росгвардией угрожали, пугали всякие замы. Потом уже поняли, что нас не запугать и стали разговаривать», — заявил один за координаторов дальнобойщиков в Манасе Руслан. По его оценкам уже около половины бастовавших водителей приступили к работе.

Большинство водителей уже покинули самую массовую стоянку дальнобойщиков в поселке Манас. На стоянке находилось несколько сотен фур.

---

Идрис, 59 лет

— Уже 28-29 лет я вожу. Трое у меня в семье. Всего 5-х кормлю, получается. Сейчас, когда стачка, на огороде своем в основном держимся: капуста, картошка…

КАМАЗ старый у меня. Были бы деньги, давно бы пересел на иномарку. Трудно, что сказать. Всё дорого. 20 тысяч одно колесо. Много не езжу уже.
Всю жизнь пробыл водителем, и некуда я уже не уйду. Воровать я же не буду – уже старый (смеется).

Да что я? Я маленький человек на старом КАМАЗе.

Макамагомед, 46 лет

— Я с 98 года ездил по заграницам. Можно сказать, пол-Европы объехал. Такого нигде нету, чтобы такой «Платон» ставили. Всегда есть пассажирский автобан, а рядом есть дорога для грузовых. А платить какому-то «Платону»? Это даже не в госказну собирают. Напишите поострей, у вас язык повернется. А мы-то что? Простые вшивые водители. Никакого политического вопроса нет. Чисто нашу копейку сэкономить – все требования наши. Мы с надеждой, что Россия нас поддержит.

Магомедмурад, 45 лет

— Они все знают, все знают, даже ты знаешь, как живется в этой стране. Вот и всё. Вопрос исчерпан.

Когда нам нужно было, к нам ОМОН не приходил на помощь, а сейчас, когда власти нужно, то они тут, их на нас натравляют. Интересный парадокс получается.

Магомедкамиль, 47 лет

— Семья большая: трое детей. Это же сейчас считается многодетной уже. Все жили на доход с перевозок. Если бы были какие-то дороги хорошие, то ладно бы даже этот «Платон», но если дорог нету? Ты сначала построй дороги.

Абдурашид, 44 года

— Минимальная семья у нас в Дагестане – пять человек. У меня пятеро. Я с 94 года за рулём. Отдача где с этой машины? По сегодняшним ценам с этим Платоном машина домой возвращается с минусом. Как раз вот та копейка, что оставалась заработанной, так её «Платон» и забирает.

Вот скажи мне, как мы должны выживать? Как я должен содержать семью? Детей в приют что ли отдать? Выход какой?

Детские пособия отменили, чтобы этих крохоборов кормить. Проезжал он тут, и у него в кортеже 10 машин. Зачем ему столько? От кого он прячется?

Почему начальник не слышит? Путь спустился бы с гор, к людям.

Гаджи, 39 лет

— У нас только один кормилец в семье – я. По специальности я инженер-строитель. Но здесь нет работы. Работаю водителем.

Пока надеемся на то, что отменят «Платон». Очередной налог ставят для нас, а где гарантия, что еще один не придумают. Или Платон не поднимут.

Выживаем сейчас за счет того, что заработанное было. Запасы еды ещё есть. Живем в сельской местности же.

Магомедсаид, 42 года

— Если власть народа, то она о народе должна думать. Надеемся. Как говориться, надежда, умирает последней.

Я 23 года уже за рулем. Были нормальные времена. Стабильности никогда не было, но сейчас совсем ужасно.