Не спешите ставить подпись

​Петиция против завода по розливу байкальской воды в Иркутской области набрала уже более 140 тыс. подписей. Но так ли все страшно? И сколько воды можно теоретически откачать из Байкала?

Созданная в первой декаде апреля петиция против строительства в Слюдянском районе Иркутской области завода по розливу байкальской воды к концу месяца собрала почти 150 тыс. подписей. Результат поистине впечатляющий. И это невзирая на то, что подобные заводы на Байкале уже работают и ни разу при этом не становились поводом для экологических скандалов. Но граждане, как выяснилось, охотно поддаются на откровенную провокацию.

Против чего протест?

Нынешний проект от ООО «АкваСиб» — уже второй, претендующий на воду Байкала и на кусок берега озера рядом с поселком Култук. О прошлой попытке извлечь прибыль из байкальской воды, предпринятой компанией «Байкал САН», сегодня напоминает только бетонная дорога, ведущая поперек болота от железнодорожной ветки к воде. В проект были вложены более 350 млн рублей из бюджета Иркутской области, но у инвесторов, получивших активную поддержку в то время первого вице-губернатора Владимира Пашкова, не хватило ни сил, ни средств для строительства самого завода. В 2015 году компанию объявили банкротом, потому что она не смогла расплатиться с текущими платежами, в ней ввели конкурсное управление. Год спустя администрация Слюдянского района расторгла договор аренды на прибрежное болото. И вот теперь его снова рассматривают как удобное для строительства завода место.

Цель нового предлагаемого проекта — создание в Култуке современного предприятия по производству бутилированной, экологически чистой воды, забираемой из глубины озера Байкал. «Проект ориентирован на гарантированный рынок сбыта готовой продукции в КНР, в соответствии с договором о поставке с Дацинской водной компанией с ограниченной ответственностью „Озеро Байкал“, которая выступает в качестве соучредителя ООО „АкваСиб“ и инвестора проекта. Общий объем инвестиций составляет 1, 4 млрд рублей. Мощности предприятия планируется вводить очередями в три этапа, в рамках проекта будет создано 148 рабочих мест», — сообщало правительство Иркутской области в марте этого года. Инвестор, как и «Байкал САН», рассчитывал на поддержку и региональных властей, и по линии Минэкономразвития РФ.

Несмотря на то, что заводы по розливу воды на Байкале уже есть (смотрите, например, сайт компании Baikalsea, которая, кстати, ведет работу по созданию в пос. Листвянка комплекса по добыче глубинной воды из озера), новый инвестпроект обернулся очередной волной «водяной паники». Поднялась она после сюжета, вышедшего в новостях ГТРК «Иркутск» 9 апреля. Не особо напрягаясь с подбором собеседников, автор сюжета опросила торговцев на рынке в Култуке, рыбаков на озере и одного-единственного орнитолога — Виталия Рябцева. Судя по вялой реакции и немногословным ответам, большинство собеседников съемочной группы узнавали о проекте именно от журналистов. К сожалению, вопросы остались за кадром, поэтому мы не можем судить о том, как именно авторы запугивали местных жителей. Но что реакция вызвана искусственно и опрос можно считать «формирующим» — сомнений практически нет.

Автор петиции Зорикто Матанов, опубликованной несколько дней спустя, просто цитирует основные страшилки из текста сюжета: «На берегу нашего озера Байкал в Слюдянском районе собираются построить китайский завод по розливу питьевой воды. Продукция завода будет поставляться в Китай. Ученые подтверждают, что строительство завода нанесет значительный ущерб Байкалу, который и так уже страдает от экологических проблем. Это уникальное место! Его особый микроклимат способствует миграции многих видов перелетных птиц, в том числе и редких. Такого разнообразия нет ни в одной другой точке Иркутской области. Ученые говорят, что место заслуживает охраны и признания в качестве памятника природы. Но никак не строительства промышленного объекта!». Сам Матанов — не фейк, у него есть страницы в «Одноклассниках», при просмотре которой можно сделать вывод о том, что ведет ее не «бот», а вполне реальный человек.

Развенчаем страхи

Самое страшное вынесено в начало — «китайский завод». А какая, собственно, разница — китайский или российский? Оборудование будет то же самое, рабочие места (которых, видимо, будет немного) погоды в районе не сделают. Даже если допустить, что ключевые посты на производстве займут китайцы, местный бюджет, а также малый и средний бизнес так или иначе получат от проекта пользу — продавая товары и оказывая работникам завода услуги. Налоги владельцы все равно заплатят в областной и местный бюджеты — как бы там ни было, кто бы не инвестировал, а работать предприятие будет по российским законам.

Разумеется, ни автор сюжета, ни его собеседники в Слюдянском районе, ни автор петиции не вспомнили, что Законодательное собрание Иркутской области первого созыва (2008–2013 годы) уже очень давно, в феврале 2011 года, одобрило аналогичный инвестпроект компании «Байкал САН» по строительству именно такого завода и именно в этом самом месте. Депутаты в то время обсуждали разные темы: источник средств, которые область вложит в строительство дороги к будущему заводу; количество новых рабочих мест; соглашение с Минфином РФ, предусматривающее выделение на этот проект 347,4 млн рублей из федерального бюджета; трудоустройство жителей Байкальска, которые как раз в то время испытывали особые трудности в связи с закрытием БЦБК (тогда еще не случившимся, но уже близком) и так далее. Депутаты очень хотели «потопить» проект и не выделять на него средства. Но ни разу ни в одном из выступлений на заседаниях комитетов, ни в одной из публикаций не звучала тема экологического ущерба, который завод якобы может причинить озеру.

Прошли годы, инвестор сменился, и про этот ущерб вдруг заговорили. Но откуда ему взяться? Это обычное промышленное предприятие может сбрасывать в ближайшие водоемы сточные воды, вывозить мусор на полигон коммунальных отходов, выбрасывать вредные вещества в атмосферу из собственного теплоисточника и делать много других вещей, за которые экологи не похвалят. Завод по розливу воды вряд ли так же опасен, как, к примеру, завод по производству мебели — хотя бы потому, что это просто большой насос, подключенный к уходящей в озеро (на глубину более 100 метров) трубе. Если оснастить этот завод электрокотельной, подключить к местной системе водоснабжения и канализации, заключить договор на вывоз мусора, то вреда от него будет не больше, чем, к примеру, от детского сада. Конечный продукт завода — все та же байкальская вода, не претерпевшая никаких превращений, всего лишь разлитая по бутылкам. Классический «зеленый бизнес», чем не пример для Байкала?

В сюжете (а вслед за ним и в петиции) прозвучала еще одна страшилка: для работы завода по дну нужно будет проложить трубу длиной около 3 км — потому что Байкал в своей южной оконечности достаточно мелкий, а воду нужно забирать с глубины. Авторы сюжета и с их подачи рыбаки утверждают, что подход к берегу будет перекрыт и местным жителям не дадут рыбачить. Можно было бы в это поверить, если бы трубопровод собирались проложить вдоль берега. Но зачем перекрывать береговую линию, если труба всего лишь войдет в воду в определенной точки? Достаточно будет охранной зоны шириной в несколько метров, да и то чисто символической — по трубе будет течь не нефть и не газ, а та же самая байкальская вода. Даже если труба треснет на всем своем протяжении, никакого вреда озеру это не причинит.

Немаловажный момент: поскольку труба в любом случае будет очень длинной, никто не помешает российской стороне потребовать ее увеличения еще метров на 500 — тем самым завод будет убран с берега (кстати, болотистого и не очень удобного для строительства) и его воздействие на озеро сократится до минимума. Забор на месте стройплощадки «Байкал САН» простоял несколько лет, и никому особенно не мешал. Так что новому инвестору ничто не мешает площадку немного сдвинуть.

Улетят ли птицы?

Единственный весомый аргумент против завода в сюжете ГТРК «Иркутск» высказал известный иркутский орнитолог Виталий Рябцев: место, которое съемочная группа почему-то определила как будущую строительную площадку, сегодня служит пристанищем для перелетных птиц. Если завод построить, говорит Рябцев, птицы в это место не полетят. «Но почему?» — хочется спросить и ученого, и авторов страшилок. Если завод не дымит, не воняет и даже не особо шумит — что помешает птицам прилетать и останавливаться на знакомом болоте возле Култука?

Для примера: в Иркутске — по подсчетам самого же Рябцева — около 30 видов «краснокнижных» птиц живут в Ново-Ленинских болотах, расположенных между двумя оживленными автотрассами и железнодорожной магистралью. С Култуком это место даже сравнивать нельзя, а птицы туда прилетают. Более того, не так давно (в историческом смысле), каких-то 25–30 лет назад, в том самом Култуке прямо на берегу Байкала громоздились огромные угольные склады. Уголь перегружали на баржи и развозили по прибрежным поселкам, попутно загрязняя озеро мазутом с барж и тем же углем, просыпавшимся при каждой перегрузке. А птицы при этом жили рядом и никуда не улетали. Так неужели же завод по розливу воды страшнее угольных пирамид?

Волнения култукских рыбаков по поводу рыбалки также напрасны: завод ничего опасного производить не будет, никаких воздействий на природу оказывать — тоже. Скорее уж федеральные власти действительно введут запрет на вылов рыбы из соображений охраны популяции омуля, чем еще не построенный завод создаст проблемы рыболовецкому промыслу.

Сколько воды можно откачать из Байкала?

Остается один важный вопрос: сколько воды выкачает такой завод из Байкала? Если взять для сравнения проект, который власти Бурятии активно продвигали в 2016 году (до ухода в отставку Вячеслава Наговицына), то там речь шла о 2 млн кубометров в год. Допустим, что в Иркутской области построят такой же завод. Чтобы сравнить эти цифры с чем-то понятным иркутянам, произведем простой подсчет: в последние три маловодные года, начиная с зимы 2014 года, через агрегаты Иркутской ГЭС пропускают около 1200 кубометров в секунду. Нетрудно подсчитать, что объем, который завод по розливу воды в Култуке сможет изъять за год, пролетает через Иркутскую ГЭС всего за 27 минут.

Считаем дальше. Площадь Байкала составляет 31 722 квадратных километров. Один сантиметр объема озера составит 317,22 млн кубометров воды. Таким образом, завод в Култуке, если он все-таки будет построен, вычерпает один сантиметр объема озера за 158 лет! В год за счет стока Ангары, испарения и других факторов, колебания уровня составляют десятки сантиметров. Чувствуете разницу?

Собственного говоря, сотрудник Лимнологического института СО РАН Павел Шерстянкин еще в 1997 году рассчитал объемы воды, который можно изъять из Байкала без ущерба для озера — и речь в его работе шла о 1–2 млрд кубометров ежегодно. При физиологической норме в 3 литра питьевой воды в день населению России на год достаточно 164 млн кубометров, Китаю — 1,64 млрд.

Ровно то же самое говорил в интервью информагентству «Телеинформ» в начале марта уже упомянутый Виталий Рябцев: «Если же говорить на эту тему, то мне кажется, что будет правильнее поставлять питьевую воду в бутылках, в разной таре. Это могло бы быть важным источником дохода, а не переброс технической воды, которая, конечно, потеряет все качества, будучи перекаченной по трубопроводу. Ценность байкальской воды в том, что она чистейшая, природная. Особого вреда для экологии Байкала я здесь не вижу».

Так то оно так, но в таком случае вступает в силу не экологическое, а техническое ограничение. В полноводный период Байкал может без вреда для себя отдать кубический километр воды. Но бутилированную воду в таком количестве не сможет вывезти железная дорога. Строительство же трубопроводов протяженностью более 1000 км ограничивается возможностями насосных станций, которых придется строить не менее 10. Понятна тревога жителей России за судьбу священного озера. Но прежде чем начинать паниковать, подписывать петиции и искать «агентов влияния» — попробуйте разобраться в проблеме.

Константин Зверев