И каша на халяву

"Вот теперь НАТО поймет, что с нами не стоит связываться!"

Парад в честь Дня Победы в Симферополе в этом году впервые проводился с военной техникой. По проспекту Кирова проехала колонна из ГРАДов, БТР и баллистических ракет. На броне сидели вооруженные солдаты, но в этот раз лиц не скрывали: махали руками и улыбались. По обе стороны дороги за ограждением и полицейским оцеплением стояла толпа, которая шумела волнами с каждой новой бронированной машиной.

"Россия, Россия!" – кричали тонкими голосами женщины, и дети в пилотках и военной форме советских лет тут же подхватывали. "Вот теперь НАТО поймет, что с нами связываться не стоит, правда?" – девушка, не поворачивая головы, говорит своему молодому человеку, обнимающему ее сзади. Он улыбается и молчит.

Мимо проходит пожилая пара. "Столько всего создано для уничтожения..." – задумчиво произносит женщина в красном берете. У многих приколоты значки с георгиевской лентой. Их продают в Симферополе везде, и даже сквозь толпу протискиваются подозрительного вида юноши с картонками, к которым приколоты ряды оранжево-черных значков.

По дороге проходят дети, сначала в форме кадетской школы, потом в песочном камуфляже. За ними в такой же "песчанке" с оружием хмурые мужики, над ними флаг – "Русское единство". В толпе очень нетрезвый мужчина в накидке "Русского единства" начинает свистеть и махать руками, на него ругаются мамы с детьми, и он, пошатываясь и опираясь на чужие плечи, уходит.

По улице Кирова гарцуют несколько казаков, с шашками, молодцевато. Им свистят уже все, снова скандируют: "Россия!" Кони шарахаются, и после на дороге остаются "яблоки", которые размазывает техника. Дети смеются и показательно зажимают носы. "Опозорились на весь город кони", – смеется мальчишка у самой решетки ограждения.

Парад закончился быстро, оцепление сняли, но ограждение не убрали. Зрители стали перелезать через него, вдалеке уже выстраивались колонны шествия "Бессмертный полк". Многие держали в руках плакаты с фотографиями, перечеркнутыми "георгиевской лентой", но, где встать, никто не понимал.

Эй, товарищи, подвиньтесь, не видно же ничего!

Первая официальная колонна шествия уже пошла по Кирова, завернула на Екатерининскую, когда часть участников только выстраивалась по проспекту. "Эй, товарищи, подвиньтесь, не видно же ничего!" – закричал мужчина с кавказским акцентом полицейским в штатском, которые стояли хмурые перед толпой, часто переговаривались по рации и закрывали обзор на колонну "Бессмертного полка" с детьми в первых рядах. "Это провокатор, – весело сообщила женщина подружкам. – Сейчас он докричится, увидишь, что с ним сделают", – добавила она, уже обращаясь к сыну.

"Бессмертный полк" змеей полз по Екатерининской до здания Госсовета и дальше мимо областной прокуратуры. Шествие казалось бесконечным, через каждую минуту-две участники кричали: "Ура!" На табличках десятки тысяч фотографий. Взгляд выхватывает одну: "Генерал из крымских татар Бахши Михаил". Внизу приписка: "Репрессирован в 1937 году".

Еще одну: "протоиерей". "Как он умер?" – спрашиваю пожилую интеллигентного вида женщину, которая несла портрет священника. Она серьезно смотрит на меня и, не отвечая, идет дальше. В толпе идут десятка полтора семинаристов, в черных рясах, с георгиевскими ленточками, но многие без портретов.

Мужчина с довольным видом толкает перед собой коляску в виде танка, в ней сидит малыш, который мрачно смотрит вокруг. Все стараются сфотографировать картонный танк, мужчина довольно улыбается. Отдельной колонной прошли несколько десятков мужиков в разномастном камуфляже с шевронами народного ополчения Крыма. В руках они несли портреты молодых парней, с датами смерти – 2014 год.

На груди у мужиков болталось по десятку медалей Новороссии. С портретами прошли отдельной колонной коммунисты и полицейские, мужики с бородами с плакатом "Союз офицеров России". Мужчина с длинным хвостом идет в черной майке с портретом Путина. На висок Путина приколота георгиевская лента.

Поток не иссякает полчаса. Машина Первого канала, операторы которого снимали шествие, уезжает, не дождавшись окончания процессии. Весь центр города пешеходный, и люди несут портреты фронтовиков в кафе, где обедают всей семьей. "Иди подойди и поздравь его с победой, поблагодари", – уговаривает мама сына, который смотрит на пожилого мужчину в форме. Мужчине по виду 60 лет, на груди юбилейные медали, в руках цветы. Мальчик стесняется, но потом идет и дарит мужчине красный флажок. Мужчина его благодарит и обнимает.

Толпа на Кирова постепенно расходится после шествия. Крепкий парень громко говорит по телефону: "Да в парк сейчас, там каша на халяву. Праздник же!" Парень в пилотке, как и почти все вокруг. "Одна рюмка – это не снова пить, это за праздник", – выговаривает мужу интеллигентная старушка, которая, судя по направлению, тоже идет в парк Гагарина. Из кафе выходит давешний мужчина с цветами и флажком. К нему подходит парочка молодых людей, потом женщина. Все благодарят, дарят цветы. Все радуются и, обнимаясь, фотографируются на телефон.

Дождь начал капать гораздо позже, уже к позднему вечеру, но наблюдать салют многие все равно предпочли на улице. До этого в парках на лавочках и вообще везде небольшими группками люди в пилотках отмечали главный праздник Советского Союза. Полицейские бродили между лавочек, не обращая внимания на прозрачные пузырьки. В этот раз никого не задерживали.

Антон Наумлюк

Внештатный корреспондент РС