На что тратил деньги проект Кирилла Серебренникова «Платформа»

Пресса и молва третий день склоняют-спрягают «Гоголь-центр». Но к самому «Гоголь-центру» расследование, свидетелями по которому проходят худрук «Гоголь-центра» Кирилл Серебренников и директор РАМТа, бывший руководитель департамента Минкульта Софья Апфельбаум, — отношения не имеет. Следственный комитет РФ с 2015 года изучает расходование средств «Седьмой студией» и проектом «Платформа». «Седьмая студия» — театральная труппа Кирилла Серебренникова, один из резидентов «Гоголь-центра» с осени 2012 года. А в марте 2011-го, после встречи Кирилла Серебренникова с президентом РФ Владимиром Путиным, «Седьмой студии» было дано поручение: проводить в 2011–2014 гг. на базе арт-центра «Винзавод» поисковую и просветительскую программу в области современного искусства «Платформа».

Именно на проект «Платформа» выделялись правительственные гранты. Поручение о выделении таковых пришло в Минкульт. С «Седьмой студией» был подписан контракт.

И есть простой способ проверить, чем «Платформа» на «Винзаводе» занималась, на что деньги тратила: набрать в поис­ке «Проект «Платформа»/The Platform Project».

Набрали? Чуть ниже по ленте вылезет полный отчет в афишах и цитатах из прессы за 2011–2014 годы: в рамках проекта поставлены «Отморозки» Серебренникова по роману Захара Прилепина «Санькя» («Золотая маска»-2012), «Сон в летнюю ночь» Серебренникова (четыре часа, толпа персонажей, чудесные декорации и костюмы шекспировской лесной нечисти), «Охота на Снарка», две оперы Александра Маноцкова (поставлены «Платформой» и написаны по заказу проекта, Маноцков — один из самых интересных молодых композиторов России), «Метаморфозы» французского хореографа Давида Бобе и Серебренникова, три проекта танцевальной компании из Костромы Dialog Dance (у молодой труппы — уже три «Золотые маски»), концерты-концерты-концерты, приглашения постановщиков из Франции, Германии, Италии, Голландии (имена все молодые, восходящие, отобраны с большим толком), «История солдата» — это еще одна «Золотая маска», синтез музыки Стравинского и жестких рассказов бойцов горячих точек (читает Виктория Исакова), фестиваль «Будущая музыка» (шел 8 дней, на сцене были и Татьяна Гринденко, и Сергей Летов, и музыканты Бельгии, Британии, Швейцарии). Естественно, на всех концертах оплачивалось и право исполнять музыку: гонорары отчислялись как наследникам Джона Кейджа, так и вполне живым молодым композиторам. И это лишь часть проектов.

На всех действах «Платформы» 2011–2014 я не была. Но на многих была. «Сон в летнюю ночь» «Седьмой студии», на мой взгляд, — один из самых красивых спектаклей Москвы. Сколько стоила декорация первого акта — заброшенная дачная теплица, размером почти с заводской цех, в которой проживают Оберон и Титания со свитой в бархате и рогоже, — судить не берусь. Но явно немало. Спектакль, кстати, вполне репертуарный: идет с 2012 года при полных залах.

Перечислять все — нет места, но явно одно: три года «Платформа» активнейшим образом выполняла поручение президента — была лабораторией и площадкой показа современного искусства. По четырем направлениям: театр, танец, музыка, медиа-арт.

И если верно то, что проект «Платформа» должен был получать из бюджета по 70 млн рублей в 2012–2014 гг., — в эту бурную проектную-концертную-постановочную, просветительскую и поисковую деятельность они и вложены. А в «тощем» 2014-м роскошный проект закрыли.

…И уж в любом случае версии, загулявшие 24 мая по блогосфере «на 16 млн рублей документы есть, а 200 млн где?», с действительностью имеют мало общего. 16 млн рублей — это (для сравнения) привоз на гастроли в Россию двух-трех драматических спектаклей из Европы. С условием, что каждый пройдет дважды, на сцене — человек семь, а декорация скромная. От 5 млн — стоимость постановки драматического спектакля в Москве. Без изысков.

Четырехлетняя поисковая и просветительская деятельность «Платформы» наверняка обошлась бюджету совсем в другие суммы. Потраченные на гонорары, партитуры etc.

Зачем это было нужно? А зачем был нужен Отечеству в 1898–1904 гг. возмутительно дорогой и вызывающе эстетский журнал «Мир искусства»? Зачем В.А. Серов просил Николая II поддержать его? (И император поддерживал четыре года — правда, из личных средств.) Век спустя — пишутся тома о колоссальном влиянии этого поискового журнала на дизайн и книжную графику, на Сомова и Добужинского, на собирательство Щукина и Морозова, на карьеры молодых Бенуа и Дягилева, на будущие «Русские сезоны», на само появление Фокина и Стравинского…

Механизм «поисковой культуры» и ее влияния на молодых художников — и ныне тот же.

Прямая речь

Софья Апфельбаум

директор театра, в 2012–2014 гг. — директор департамента господдержки искусства и народного творчества Минкульта РФ:

— «Платформа» была уникальным, потрясающим проектом. Впервые государство в России так последовательно, так широко поддержало современное искусство. Поисковое. Молодое. Неформатное. То, которое неуютно себя чувствует на традиционных площадках. То, в котором синтезируется будущее, — и процесс еще не завершен. Об этой поддержке и просил Кирилл Серебренников тогда премьер-министра В.В. Путина на встрече в 2011 году. Она была получена.

А теперь государство — в лице своих силовых органов — говорит: «Ничего не было». Десятки проектов, осуществленных за три с лишним года на эти гранты, — как бы и не существовали? Или под сомнение ставится сам принцип поддержки современного искусства? Проекты, родственные «Платформе», получают «черную метку» на будущее? Если так, то это очень грустно.