Властелины колец. В кабинете №144 на минусовом этаже Мосгорсуда в стену вмонтированы орудия пытки

В Московском городском суде в помещении для ознакомления с материалами дел к стене прикреплено несколько металлических колец. Подследственных и подсудимых пристегивают к ним наручниками, оставляя свободной только одну руку. Подразумевается, что такая поза позволяет арестантам листать разложенные перед ними на столе документы, а охранникам — не волноваться, что те попытаются сбежать. Однако на деле конструкцию используют для пыток, говорят в Общественной наблюдательной комиссии: к правозащитникам обратились несколько человек, которые рассказали, что конвоиры пристегивали их к кольцам и, обездвижив, избивали — или же оставляли в таком положении на целый день.

В апреле 2017 года представитель Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) в Москве, юрист «Комитета по предотвращению пыток» Дмитрий Пискунов получил анонимное сообщение в WhatsApp, сопровождавшееся фотографией молодого человека, пристегнутого наручниками к вмонтированному в стену металлическому кольцу. Автор сообщения утверждал, что снимок сделан в Московском городском суде, а запечатлен на нем фигурант дела о разбое, гражданин Узбекистана Камрон Усмонов. Отправитель отметил, что в таком положении Усмонов проводит по несколько часов в день: конвоиры стали пристегивать его к стене наручниками после того, как подсудимый пожаловался на избиения в конвойном помещении.

По данным следствия, 20-летний Усмонов участвовал в восьми разбойных нападениях, сам он признает участие только в шести. Рассмотрение дела против него началось в Мосгорсуде летом прошлого года. Спустя полгода у Усмонова начались конфликты с конвоирами.

«Подследственные что-то попросили, воды или что-то еще. Охранникам это не понравилось. Ну и началось: те в наручниках, эти — без», — объясняет адвокат Усмонова Фируза Камолова. С тех пор ее подзащитного несколько раз избивали. В декабре прошлого года медики СИЗО-2, где содержится молодой человек, зафиксировали у него ушиб мягких тканей живота. Конвоиры регулярно отвешивали арестанту оплеухи, от которых не оставалось синяков, или просто оскорбляли его, говорит Пискунов, которому удалось пообщаться с Усмоновым в СИЗО.

Подсудимый несколько раз жаловался на конвоиров судье и в прокуратуру. «Я писала заявления от его имени, но безрезультатно», — говорит Камолова.

Когда судья, выслушав жалобы Усмонова, в очередной раз пожал плечами и посоветовал обратиться в прокуратуру, молодой человек достал пронесенное им в суд лезвие и вскрыл себе вены прямо во время заседания. В тот день его доставили в больницу, а насилие конвоиров ненадолго прекратилось.

«Потом одна из жалоб дошла до конвоя. 17 марта (2017 года — МЗ) к нему подошел руководитель конвойного отряда и сказал: "Ты или отзывай жалобу, или мы тебя уроем". И немного приложились по нему. После вскрытия вен его начали держать пристегнутым к стене по 8-9 часов. Там же находился еще один человек из "Бутырки", пристегнутый в аналогичном положении, но имени его Камрон не знает», — рассказывает Пискунов. По словам Усмонова, стол и стул ему выдали лишь однажды, когда в конвойном помещении проходила проверка. Тогда конвоиры приказали ему сесть и сделать вид, что он собирается знакомиться с материалами дела. Усмонов объяснил правозащитнику, что фотографию, где он пристегнут к стене, сделал один из сочувствующих ему конвоиров.

В конце марта Усмонов был приговорен к 16 годам колонии и теперь ждет рассмотрения апелляции на приговор.

Арестант СИЗО-1 «Матросская тишина» Денис Карелин в беседе с Пискуновым сообщил, что 28 октября 2016 года конвоиры дважды избили его в Мосгорсуде. Конфликт начался с того, что один из охранников во время обыска оскорбил Карелина; тот ответил, завязалась потасовка. О случившемся избитый сообщил судье.

«По окончании рассмотрения моих апелляционных жалоб меня спустили в минусовой этаж Московского городского суда, где конвой в кабинете №144 "Для ознакомления с материалами дела" пристегнул меня наручниками к скобе, вмонтированной в стену. В таком положении я пробыл не менее полутора часов. Считаю такие действия конвоя недопустимыми», — писал в своем обращении к ОНК Карелин. В тот день медики СИЗО-1 зафиксировали у него ушиб грудной клетки и ссадины на лице.

«Основное предназначение этих колец, как я понял, заключается не в том, чтобы подследственные знакомились с делами. Основным является то, что их на несколько часов оставляют почти в позе немного облегченного "палестинского подвешивания" — в случае, если конвоирам по каким-то причинам не понравился человек. Вообще, почти все рассказывают, что конвоиры в Мосгорсуде взрываются по любому поводу», — говорит Дмитрий Пискунов.

Неясно, существует ли документ, объясняющий назначение и порядок использования колец в Мосгорсуде, отмечает юрист, или же это частная инициатива конвоиров. По данным правозащитника, похожих конструкций в других судах нет.

Пискунов отмечает, что заявители «Комитета по предотвращению пыток» и раньше рассказывали о применении металлических колец в Мосгорсуде для наказания. В 2015 году к правозащитникам обратилась 60-летняя москвичка Людмила Фадеева, обвиняемая по делу о мошенничестве с недвижимостью. Женщина рассказала, что 9 августа 2015 года в одном из помещений Мосгорсуда ее жестоко избили конвоиры.

«В Московский городской суд меня доставили примерно к 10 часам и поместили для досмотра в подвальное помещение, где знакомятся с материалами уголовных и иных дел. В данном помещении имелось 2 (два) стола. Возле каждого стола в стену вмонтировано металлическое кольцо для фиксации содержащегося под стражей наручниками к стене. В данном помещении отсутствуют камеры видеонаблюдения», — описывала Фадеева правозащитникам кабинет для ознакомления с делом.

Пожилая женщина отметила, что она не подавала ходатайства об ознакомлении с документами, а значит, у конвоиров не было формальных оснований приводить ее в это помещение.

«Мои руки наручниками соединили за спиной и одну руку прикрепили к вмонтированному металлическому кольцу. Практически я была прикована к стене и не имела возможности присесть. Моей фиксацией занимались четыре конвойные женщины в форме», — рассказала подсудимая. Фадеева начала было возмущаться, но неожиданно почувствовала симптомы приближающегося приступа гипертонии. «Я упала на пол. Но из-за того, что была прикована к стене, находилась в полувисячем положении с вывернутыми назад руками», — вспоминала она. Фадеева потеряла сознание, а когда очнулась, то обнаружила, что стоит в луже — сотрудницы конвойной службы обливали ее холодной водой, чтобы привести в чувство. За этим последовало еще несколько часов издевательств: подсудимую пинали ногами и поливали водой из кувшина.

По инициативе «Комитета по предотвращению пыток» по факту избиения Фадеевой была проведена служебная проверка, с результатами которой юристов так и не ознакомили, ссылаясь на служебную тайну.

Националист Даниил Константинов, в 2014 году осужденный за хулиганство, утверждает: находясь под следствием, он неоднократно слышал от других арестантов, что в Мосгорсуде «практикуется такое наказание для непослушных — приковывать наручниками к стене и держать так целый день».

«В конвойном помещении Мосгорсуда я лично видел человека, пристегнутого наручниками к стене. Не могу сказать точно, к чему именно крепились наручники (к кольцу или крюку), поскольку саму конструкцию мне разглядеть не удалось. Нас вели мимо комнаты с пристегнутым человеком конвойные, проводя нас из автозака в специальные боксы, где ждут судебных заседаний. Прикованного человека я видел с порога и через всю комнату, поэтому и не мог разглядеть точную конструкцию, при помощи которой несчастного приковали к стене. Помню только, что он точно был прикован, да к тому же еще и абсолютно голый», — рассказывает Константинов.

Несмотря на то, что за конвоирование и охрану подследственных и подсудимых отвечает специальный полк полиции, в пресс-службе ГУ МВД по Москве отказались комментировать сведения о пытках в конвойном помещении, посоветовав обратиться в Мосгорсуд.

В свою очередь, отвечая на вопросы «Медиазоны» о происходящем в конвойных помещениях, начальник отдела по связям со СМИ и общественностью Мосгорсуда Ульяна Солопова отметила, что охраной арестантов «во время процессуальных действий и, соответственно, во время ознакомления с материалами уголовных дел» занимается полиция.

«Необходимо обратить ваше внимание на то, что данные помещения, хотя и расположены в здании Московского городского суда, но используются только сотрудниками полиции, а не сотрудниками аппарата суда и не судьями», — пояснила Солопова. Сотрудники полка охраны и конвоирования «не состоят в служебной зависимости и не подконтрольны судьям и руководству судов», добавила она.

Обновлено 1 июня 2017 года в 17:54: Ульяна Солопова опубликовала на странице Мосгорсуда в фейсбуке пост, в котором назвала фото Камрона Усмонова в наручниках постановочным, а заголовок «Медиазоны» — провокационным; помещение, изображенное на снимке, «в Московском городском суде отсутствует», сообщила пресс-секретарь.