Как Кафку сделать былью

Культурный эскорт в наступлении: The New Times разбирает итоги театрального сезона

Одним из главных общественно значимых событий в культуре в этом сезоне стал вечер-акция «Похороны Сталина» в «Гоголь-центре», задуманный его худруком Кириллом Серебренниковым как мощное гражданское высказывание. Напоминание о том, что эта эпоха сделала с творческими людьми на примере судьбы Сергея Прокофьева, оказалось пророческим: в очередной главе «власть и художник» сам Кирилл Серебренников стал протагонистом, словно невидимой рукой перемещенный в самую страшную художественную фантазию. Антиутопия стала частью обыденности. Люди театра — героями собственных спектаклей.

Райкин следующий?

Сезон протеста открыл Константин Райкин, взорвав мирно спящий очередной съезд Союза театральных деятелей (СТД) страстной и гневной речью о надвигающейся цензуре и возрождении в культуре советской командно-административной системы. Аплодисментов на съезде Райкин не сорвал, и его горячий призыв к цеховой солидарности и к общему культурному сопротивлению чиновничьему беспределу и хамству остался без отклика. Обсуждение его выступления в профессиональном сообществе свелось к деньгам и к недоумению: «Чего ему не хватает? Кто его запрещает? Наверное, денег просит?» На Райкина заимели зуб, и весь год этот зуб раскачивают. Вполне себе лояльный деятель культуры, числившийся в союзниках режима, пополнил негласный список «неблагонадежных» со всеми вытекающими последствиями.

В дни обысков в «Гоголь-центре» у дверей театра замаячил главный погромщик современного искусства Энтео с плакатом: «РАЙКИН IS NEXT»

За выступлениями и импровизациями худрука «Сатирикона» теперь следят с особым вниманием и используют любой повод для очередной кампании оскорблений и травли. Спектакль «Все оттенки голубого» православные экстремисты несколько раз пытались сорвать на гастролях в Санкт-Петербурге.

А самого Константина Райкина бдительные патриоты поймали на «русофобии», усмотрев ее в словах артиста «У нас некрофильское государство, оно любит мертвых больше, чем живых», которые он произнес на поэтическом вечере, вспоминая о расстрелянном Николае Гумилеве, замученном Осипе Мандельштаме и затравленном Борисе Пастернаке. А в дни обысков в «Гоголь-центре» у дверей театра вновь замаячил главный погромщик современного искусства Энтео с лаконичным и снимающим все сомнения плакатом: «Райкин is next».

Крестовый поход

Однако отчаянные сигналы о наступлении на свободу творчества дошли и до самого верхнего верха: на совместном заседании президентских Совета по культуре и Совета по русскому языку вождь, отвечая на тревожные вопросы своих вассалов от искусств, предложил им самим определить критерии, по которым следует оценивать степень общественной опасности художественного произведения. Деятели долго чесали репу, что-то такое мямлили про компетентные комиссии с участием театральных авторитетов, но Министерство культуры не стало ждать их предложений, а исполнило желание президента быстро и просто, создав экспертный совет по делам театра.

Экспертов возглавил горячий обличитель «совокуплений» и «глумления над классикой» Николай Бурляев, а подавляющее большинство членов новоиспеченного совета — ярые представители консервативно-патриотического крыла. Это моралисты и праведники всех мастей, известные и многоопытные «советские православные» уровня Татьяны Дорониной и Юрия Соломина, несколько никому не известных критиков-почвенников, несколько неизвестных лузеров-режиссеров, поднаторевших в жанре доноса на своих коллег, светоч русской драмы Юрий Поляков и несколько представителей так называемого русского духовного театра. И все! Одни перед лицом такого грозного войска, Александр Галибин с Олегом Басилашвили, также вошедшие в совет, вряд ли составят в нем «пятую колонну». Чем собирается заниматься сей орган? Зорко следить за соответствием драматических произведений нормам христианской морали, национальным традициям, за уважением к классике и основам государственной политики в области культуры.

По сути, тем же самым, только на более широком фронте — всех видов искусства — будет заниматься и созванный на исходе сезона Русский художественный союз (РХС), объявивший «крестовый поход» против либеральной культуры. Театром в РХС заведует Эдуард Бояков, в прошлом либерал, западник и авангардист, создатель «Золотой Маски» и театра «Практика», а с недавнего времени — православный патриот, русский националист и державный государственник, такая Ямпольская с бородой. В своих программных документах Бояков называет современный российский театр «территорией либерального застоя», а лидеров теат-рального процесса — «либеральной жандармерией», которая и против власти бунтует, и требует у власти денег на свои проекты.

Примечательно, что обыски на квартире у Серебренникова и в «Гоголь-центре» случились буквально через пару дней после создания РХС. И никакая «либеральная жандармерия» не спасла и не защитила от унижения одного из лучших и авторитетных художников современного русского искусства. Ведь Кирилл Серебренников не просто талантливый режиссер, он настоящий театральный строитель, сумевший создать на российской почве совершенно новую, непривычную для нас модель стационарного театра — максимально открытого, прозрачного, разножанрового дома современного искусства. Предшествующие «Гоголь-центру» проекты Серебренникова — «Платформа» и «Седьмая студия» — воспитали новое поколение не только артистов, режиссеров, художников, музыкантов, но и зрителей, открывших для себя театр как искусство молодое, острое и завтрашнее.

Арест бывшего директора «Седьмой студии» и нынешнего директора ярославского Театра драмы им. Федора Волкова Юрия Итина, обыск у директора РАМТа Софьи Апфельбаум, оскорбительные сюжеты и статьи в федеральных СМИ, ломающие через колено судьбы и репутации уважаемых и честных людей, — это и есть тот самый «крестовый поход», продолжение массированной атаки на независимых художников, проповедующих свободу мысли и творчества. Собственно, это то, о чем в октябре прошлого года предупреждал коллег по цеху Константин Райкин: власть хочет прогнуть искусство под свои интересы.

Без государственной поддержки театр выжить не в состоянии, а превращаться в культурный эскорт власти, в официантов и лакеев для государственных нужд не всякий захочет.

«Не всяких», правда, единицы.

Не всякие

Театр.doc в этом сезоне продолжил свой правозащитный дискурс, выпустив несколько знаковых работ, выросших из самых мучительных и тяжелых страниц нашей истории.

«Новая Антигона» — это документальный проект Елены Греминой и журналиста «Новой газеты» Елены Костюченко, основанный на стенограммах суда над матерями Беслана, посмевшими поднять свой голос в защиту правды и собственной чести. Елена Костюченко была свидетелем постыдного разгона митинга скорби на месте расстрелянной школы. «Новая Антигона» — спектакль о том, как государство монополизирует человеческую память.

Спектакль «Правозащитники» — о реальных людях, избравших для себя эту миссию и обреченных на вечную неравную борьбу с государственной машиной, с презрением послушного большинства, с клеветой и ложью. На премьеру авторы — Елена Гремина и Анна Добровольская — пригласили только что вышедшего на свободу Ильдара Дадина, который после спектакля принял участие в обсуждении и отвечал на вопросы зрителей.

Кирилл Серебренников в этом году поставил трагифарс «Кафка», в котором насмешливо и безжалостно высказал все, что он думает о сегодняшнем дне. Еще не зная, чем кончится этот день

Заключительным аккордом сезона в «Доке» стала читка новой пьесы популярного литовского драматурга Мариуса Ивашкявичюса. Мариус — постоянный соавтор режиссера Миндаугаса Карбаускиса. В этом году он получил «Золотую Маску» как лучший драматург сезона, а постановка Театра им. Маяковского «Русский роман» по его пьесе названа лучшим постановка сезона. Мариус хорошо известен в России и как общественный деятель — это он собрал многотысячное шествие в память жертв Холокоста на своей родине в литовском городке Молетае.

Пьеса «Ад и мир», которую прочитали на публику артисты «Дока», — шокирующая и беспощадная, натуралистичная и неполиткорректная. Она начинается с эпизода, в котором на мирно обедающую за столом семью сквозь потолок обрушивается самолетное кресло с мертвой женщиной. Действие происходит на Донбассе, а самолет — сбитый малайзийский «Боинг». Так война буквально врывается в дом простых людей. В пьесе, жанр которой определить невозможно — это и фантасмагория, и антиутопия, и черная комедия, и абсурд, — немало провокаций и этических нарушений, но увидеть ее на московской сцене необходимо.

ПЫЛЬ НА САПОГАХ

В «Гоголь-центре» продолжился цикл «Звезда» о судьбах русских поэтов XX века: это спектакли-крики, звучащие как страшные предзнаменования, в которых память о давно ушедших — Ахматовой, Кузмине, Мандельштаме — на глазах перемалывается в пыль, оседающую на сапогах современных вертухаев. Сам Кирилл Серебренников в этом году поставил трагифарс «Кафка», в котором насмешливо и безжалостно высказал все, что он думает о сегодняшнем дне.

Правда, когда он выпускал премьеру, то еще не знал, чем кончится этот день.