Реконструкция разгона

Как сторонники Алексея Навального гуляли по Тверской улице. Репортаж «Медузы»

12 июня по всей России прошли антикоррупционные акции, объявленные оппозиционным политиком Алексеем Навальным. Самая крупная из них состоялась в Москве. Еще до вечера 11 июня казалось, что она пройдет мирно, ведь организаторы согласовали время и место с московской мэрией, но затем Навальный неожиданно заявил, что отказывается выводить своих сторонников на проспект Сахарова. По словам политика, мэрия вынудила поставщиков оборудования для сцены не сотрудничать с Навальным. Он призвал людей выходить на Тверскую улицу, где в честь Дня России был фестиваль исторической реконструкции «Времена и эпохи». В результате незначительная часть протестующих так и осталась на проспекте Сахарова, а остальные смешались с москвичами, пришедшими на празднование Дня России. Всего в центре города было задержано около 700 человек. Сам Навальный на Тверскую не попал: его задержали у подъезда собственного дома.

Около Кремля

В два часа дня на Тверской улице со стороны Кремля было спокойно, вовсю шел фестиваль «Времена и эпохи» с участием реконструкторов исторических событий. Взрослые фотографировались с «черными воронками» — автомобилями советских милиции и спецслужб — и людьми в форме советских милиционеров и сотрудников НКВД; дети просовывали головы в макет гильотины. Участники антикоррупционного митинга, который политик Алексей Навальный перенес с проспекта Сахарова на Тверскую меньше чем за сутки до его начала, выделялись только флагами России и наклейками «Навальный 2018» на смартфонах. В разговорах друг с другом они соглашались, что акция 26 марта была куда интереснее.

В начале акции полицейских здесь почти не было; задержаний тоже было немного. Один из задержанных — мужчина лет 70 с растрепанной бородой — сначала сцепился с реконструкторами, а потом, крича, что Путин — «вор и фашист», оказался в руках полиции. Сдаваться пенсионер не захотел и упал на асфальт. Прохожие тут же обступили его и принялись уговаривать полицию отпустить задержанного. Те лишь недоуменно смотрели по сторонам. Мужчина продолжал лежать и жаловаться на «гестаповский режим».

«Ну зачем вы провоцируете полицию? При Навальном что, лучше будет?» — спрашивал задержанного кто-то из толпы. После этих слов полиция подхватила пенсионера и увела его в автозак.

Проспект Сахарова

Согласованный митинг на проспекте Сахарова долго не начинался. До 14:00 людей — а их собралось около двух тысяч человек — просто не пускали за ограждения. В толпе были волонтеры Фонда борьбы с коррупцией, они предупреждали, что митинга здесь не будет и всем надо ехать на Тверскую.

В отсутствие сторонников Алексея Навального собравшиеся решили митинговать против программы реновации. Полиция была не против, почему-то не пускали только людей из штаба кандидата в муниципальные депутаты Дмитрия Гудкова — им запретили собирать тут подписи. «Мне так и сказали, когда увидели, что я с планшетом стою: „Иди отсюда, девочка“», — жаловалась на полицейских одна из волонтерок.

Люди проходили рамки металлоискателей и собрались в круг под висящим в воздухе красным шаром с надписью «Нет реновации». С рупором тут выступали все желающие: от активистов до муниципальных депутатов. Толпа скандировала: «Нет реновации» и «Собянина в отставку». Большая часть держала в руках плакаты вроде: «Не сноси, да не сносим будешь» или «Кузьминки против реновации».

Сцены не было, общего микрофона тоже. Собравшиеся ходили в разные стороны, обсуждали реновацию и выборы муниципальных депутатов в Москве 10 сентября. Около 15:00 роль организатора взяла на себя адвокат Виолетта Волкова (она, в частности, была одной из защитниц группы Pussy Riot и левого активиста Сергея Удальцова). Волкова сказала, что договорилась о том, чтобы микрофоны и другое нужное оборудование было выделено. «От ФБК здесь был только один человек — [впоследствии задержанный полицией директор фонда Роман] Рубанов, и он блокировал микрофон. Но мне удалось договориться с полицейскими, что раз люди уже пришли, то пусть свободно выскажутся». Несколько десятков человек действительно выстроились к сцене.

Активисты выходили к микрофону, поздравляли всех с праздником и говорили о том, что они — против реновации. Задержали на проспекте Сахарова двух человек — они держали в руках таблички с перечеркнутым изображением мэра Москвы Сергея Собянина. Наконец на сцену вышла очередная активистка и недоумевающе произнесла: «Я пришла на митинг против коррупции, а попала на митинг против реновации». В 16:00 Виолетта Волкова попросила всех расходиться, так как время митинга окончено, в 16:20 на проспекте уже было пусто и спокойно.

Тверская улица

Сторонники Навального начали подходить к рамкам металлоискателей на Пушкинской площади к двум часам дня. Очередь через рамки двигалась медленно и растянулась на шестьдесят-семьдесят метров. Полицейские создавали свободные пространства, отделяя части толпы друг от друга и пуская их к рамкам по очереди.

В толпе было несколько российских флагов, люди снимали очередь на камеру, и на телефонах были видны наклейки «Навальный 2018». Устав ждать, собравшиеся стали скандировать «Путин — вор!» и «Россия!»; сразу после этого полиция перестала пускать людей через рамки. Зажатыми в тиски оказались несколько сотен человек — в том числе те, кто пришел на фестиваль вместе с детьми и не собирался протестовать. Объяснять происходящее полицейские не стали, только один из командиров бросил недовольной толпе: «Сейчас люди выставку посмотрят, потом — вы». Несколько полковников за рамками что-то обсуждали между собой, периодически разговаривая по мобильникам. Минут через десять к ним прибежали бойцы ОМОНа. Под крик толпы «Позор!» они сцепились друг с другом локтями и стали оттеснять уже стоящих на Тверской людей по направлению к Кремлю.

Так за рамками образовалась новое пространство, в которое через несколько минут стали пускать скопившихся перед рамками людей. Обрадованная толпа принялась скандировать с удвоенной силой и бросилась навстречу проходящему на Тверской празднику, однако идущие шеренгой омоновцы не давали пройти вперед.

«Слой народа, слой ментов — лазанья!» — резюмировал кто-то в толпе. Большинство людей, оказавшихся в ловушке, продолжали скандировать кричалки про Путина, аплодировали, махали российскими флагами. Особенно отличались слаженностью люди в левом фланге толпы. Какой-то молодой человек вскарабкался на деревянный домик реконструкторов. Ему одобрительно похлопали, после чего на домики забрались еще несколько парней с самодельными плакатами «Навальный 2018» и российскими флагами.

Толпа сжатых со всех сторон продолжала медленно двигаться вверх по Тверской. «Не говорите потом, что мы сами пошли на Кремль, это вы нас толкали», — шутил молодой человек, которого аккуратно подталкивали омоновцы. Две молодые девушки (обе Анастасии) давали интервью иностранному телевидению: «Это моя страна, я тут гуляю, ничего не выкрикиваю. Конечно, я не боюсь, что меня задержат». В это время из Козицкого переулка вышли несколько полицейских. Впереди них вразвалочку шел мужчина с пухлыми щеками и в шлеме, он выбирал человека в толпе (в основном — субтильных юношей), и его коллеги молча хватали того за руки и уводили в переулок. Полицейским, скорее всего, не нравились желтые самоклеящиеся полоски с надписью «Надоел!», которые раздавала координатор движения «Открытая Россия» Мария Баронова. Увидев надвигающихся на нее полицейских, она раскинула руки в объятиях и широко улыбнулась. Баронову увели в автозак.

«А ты кто?!» — вдруг сказал мужчина корреспонденту «Медузы», снимавшему происходящее на телефон, и загнал его к коллегам в Козицкий переулок. Увидев пресс-карту, он явно расстроился и толчками в спину выгнал обратно на Тверскую, да еще и попутно уронив свою рацию. Стоящий рядом полковник тактично отвел глаза.

Толпа тем временем преодолела четверть Тверской, дойдя до Глинищевского и Леонтьевского переулков. Левый фланг продолжал аплодировать, скандировать и толкаться с ОМОНом, время от времени кого-то задерживали.

Одновременно другие люди пытались все же радоваться празднику: подходили к реконструкторам, фотографировались с мечами и в кольчуге, расспрашивали о массивной деревянной ладье, стоящей прямо посреди Тверской. Рядом шло театрализованное сражение двух воинов-русичей — под лозунги «Россия без Путина!». Омоновцы, которые не были заняты задержанием горожан, мирно переговаривались с протестующими, советуя не ходить на акции, а гулять с девушками, и просили «не задавить богатырей».

— А вы Путина можете арестовать? — спрашивали сторонники Навального полицейских.

— Вы в армии не служили? Мы не можем арестовать главнокомандующего. Но мы с народом, просто работать приходится при любой власти. Вообще, какой народ, такая и власть. Я, например, за Ленина, Ленин — жив, — улыбаясь, отвечал омоновец.

Около трех часов дня оцепление спереди вдруг сняли. Люди стали было кричать: «Мы здесь власть», но через десять минут ОМОН вернулся, принеся с собой металлические ограждения. Тверскую перегородили от Леонтьевского до Глинищевского. Людей из оцепления выпускали только в переулки; вернуться было нельзя. Многие предпочли остаться зажатыми со всех сторон. Несколько молодых людей забрались на строительные леса, которые уже много лет стоят на углу напротив книжного магазина «Москва». Увидев, как парни бегают на высоте пятого этажа, омоновцы отправились за ними. Пойманным заламывали руки и уводили в автозак. «Не спускайтесь!» — закричала толпа внизу. Молодые люди стали бить стекла на фасаде здания за строительными лесами, пытаясь спрятаться внутри, однако через несколько минут конструкцию зачистили.

В зажатой со всех сторон толпе остались почти одни лишь протестующие. Поняв, что сейчас участок будут зачищать, молодые люди — вероятно, старшеклассники и студенты — сцепились локтями и начали кричать: «Своих не отдадим». Они двинулись на полицейских, остановившись в нескольких метрах от них. В ответ омоновцы собрались в небольшую кучку и бегом бросились на молодых людей, вскинув дубинки. Толпа врезалась в реконструкторский домик, во все стороны полетело сено, упало несколько антуражных ограждений из дерева. Мужчина в стрелецкой меховой шапке расставил руки в стороны, защищая свою палатку; кто-то из реконструкторов закрылся деревянными щитами. Нескольких протестующих повалили на землю и, несмотря на сопротивление, унесли в сторону автозаков. Шеренга молодых людей распалась.

Со стороны переулков двинулась шеренга омоновцев и в течение 15 минут выдавила оставшихся людей сначала на тротуары, а потом — обратно на Тверской и Страстной бульвары. К пяти часам на участке Тверской от метро «Пушкинская» до магазина «Москва» остались лишь полицейские, бойцы внутренних войск да реконструкторы в кольчугах. Последние грустно смотрели на происходящее и сетовали, что акция протеста «испортила им праздник».

При этом на Тверском бульваре праздник продолжался. Со сцены пели «Калинку-малинку», а прогуливающиеся москвичи ели шашлык, озадаченно глядя на протестующих, которых выдавливали на бульвар полицейские в полном боевом обмундировании. «Может быть, где-то был митинг?» — предполагали они.

Протестующие пытались продолжить акцию на Тверском бульваре, но их задерживали под одобрительные комментарии прохожих, которые призывали «не портить им праздник». Ведущие на сцене не обращали внимания на полицию, поздравляли всех с Днем России, а выступающие радовались, что «все сегодня здесь собрались».

Евгений Берг, Павел Мерзликин, Александра Сивцова