Девять рассказов. «Прямая линия» для матерей и жен невинно осужденных

Перед очередной «прямой линией» Владимира Путина женщины из объединения «Свободу невинно осужденным» записали к нему видеообращения — они жалуются на фабрикацию уголовных дел, нарушения закона следствием и предвзятость судов. «Медиазона» публикует девять рассказов о несправедливости, которые так и не услышал Путин.

Ирина Атаева, мать Бориса Атаева, дело 1-127/14, Басманный суд Москвы

«Сфабрикованного опознания с предварительным фотографированием оперативниками на свой мобильный телефон оказалось достаточно, чтобы осудить моего сына Бориса на девять лет колонии строгого режима. Ни одного другого доказательства его участия в разбойном нападении нет. Все жалобы в прокуратуру, СК, МВД остаются без ответа, вернее, [идут] формальные отписки. Точно так же реагирует аппарат президента — если суд вынес приговор, значит, это уже бесповоротно. Больше никто никоим образом повлиять на приговор не может».

33-летний Борис Атаев признан виновным по пункту «в» части 4 статьи 162 УК (разбой, совершенный с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего) и осужден на девять лет в колонии строгого режима. По версии следствия, Атаев с группой, состоящей из четырех-шести человек, совершил разбойное нападение на гражданина США 9 декабря на Садово-Черногрязской улице в Москве. Родные уверены, что в тот момент он находился в подмосковной деревне Соболиха.

Анна Шмелева, супруга Александра Ионова, дело 1-8/2016, Химкинский городской суд

«Я полностью уверена в его невиновности. Дело сфабриковано на основании одного ложного доноса и одного сфабрикованного полностью вещественного доказательства. Мы ничего не хотим, кроме объективного, независимого пересмотра. Пересмотрите дело — вы во всем убедитесь сами. Доказательств [невиновности] — достаточно».

50-летний инженер-электромеханик Александр Ионов отбывает наказание по обвинению в однократном сексуальном контакте с несовершеннолетней двоюродной сестрой. Приговор в отношении него отменялся дважды, в том числе решением кассационного суда. Последний раз Химкинский районный суд приговорил его к трем с половиной годам лишения свободы, признав виновным по части 1 статьи 134 УК (половое сношение с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста). Защита настаивает, что у него есть алиби, а у матери потерпевшей, риелтора, по заявлению которой было возбуждено дело, был мотив оклеветать мужчину — в случае устранения Ионова и его больного брата потерпевшая стала бы наследницей двух квартир, принадлежащих матери осужденного.

Марина Антонова, мать Карины Поздняковой, дело 353307, Черемушкинский суд Москвы

«В стране сложилась порочная практика фальсификации уголовных дел, и инструментом стала 228-я статья, которая стала народной. Мою дочь осудили по оговору наркозависимого лица. Адвокаты не могут обеспечить защиту, гарантированную Конституцией».

В 2014 году 34-летнюю Позднякову приговорили к восьми годам колонии по части 3 статьи 30, пункту «б» части 3 статьи 228.1 УК (незаконный сбыт психотропных веществ в значительном размере). Мать Поздняковой уверена, что женщину осудили в результате провокации оперативников ФСКН. По ее словам, в 2014 году девушке стала звонить старая знакомая и просить купить для нее амфетамин, поскольку та «попала в беду» и ей «очень плохо». Позднякова не соглашалась несколько дней, но в итоге все же купила сверток через закладку. Ее задержали на месте. Позже выяснилось, что старая знакомая в то время находилась под подпиской о невыезде. Ей дали условный срок.

Галина Артюх, мать Александра Артюха, дело 700497, Нагатинский суд Москвы

«Мой сын, Артюх Александр, шестой год сидит в тюрьме только потому, что стало возможным убийце, настоящему убийце, оплатить свою свободу. Шестой год мы обиваем пороги СК и прокуратуры, мы ничего не можем сделать. В уголовном деле нашем существует видеозапись совершения убийства. На этой записи видно, кто на самом деле убийца, и видно, что мой сын ни при чем. Видеозапись следствием утеряна. Та запись, которую получили адвокаты по адвокатскому запросу, не признается вещественным доказательством. Мы ничего не можем с этим поделать. Парень сидит».

В 2013 году 26-летнему спортивному тренеру Артюху дали 11 лет строгого режима, признав его виновным по части 1 статьи 105 УК (убийство). По версии следствия, пьяный Артюх стал свидетелем конфликта между его братом с приятелем и компанией незнакомцев, после чего, желая оказать им помощь, пырнул одного из них ножом. Сам осужденный утверждает, что был трезв, не применял оружие и лишь пытался оттащить брата от нападавших.

Виктория Авдеева, мать Михаила Авдеева, дело 1-150/2015, Савеловский суд Москвы

«Мой сын – юрист московской юридической компании. 31 мая 2013 на Ленинградском проспекте на него было совершено нападение группой кавказцев. На расстоянии примерно километра, на Нижней Масловке, был обнаружен труп повара-заготовщика из Таджикистана в торговом павильоне. Следствие не придумало ничего лучшего, как обвинить моего сына, который был ранен, в том, что якобы это он совершил убийство. Все улики, все доказательства следствием скрывались, прятались. Записи видеонаблюдения, отпечатки пальцев спрятаны».

Авдеев был признан виновным по части 1 статьи 105 УК (убийство) и приговорен к 12 годам лишения свободы. По версии следствия, в ходе внезапно возникшего конфликта Михаил нанес не менее 14 ножевых ранений ранее незнакомому ему гражданину Таджикистана, работавшему в павильоне у Савеловского вокзала. Однако доказательств конфликта следствие не представило, утверждают его родственники. Родные Михаила со ссылкой на экспертные данные в материалах дела утверждают, что повар на Нижней Масловке был убит намного раньше, когда Михаил находился в клубе, в компании друзей, после чего он сам подвергся нападению на Ленинградском проспекте. В судебно-медицинской экспертизе обнаружены поддельные данные, на которые суд закрыл глаза, уверяют родственники.

Мария Соловьева, жена Евгения Соловьева, дело 297083, Троицкий суд Москвы

«Мой муж, Соловьев Евгений Михайлович, обратился к адвокату Сулим Ольге Николаевне. У него был вопрос по возврату нашей собственности. Адвокат Сулим предложила ему получить доверенность от человека, который оформил на себя нашу недвижимость. Мы согласились. Адвокат Сулим выдала ему фальшивую доверенность, по которой была переоформлена квартира. По делу адвокат Сулим проходит как свидетель, несмотря на то, что именно она организовала получение этой фальшивой доверенности. В ее группу входили еще два адвоката и два следователя Следственного комитета Чертановского СО. Я считаю, что эта вся группа не привлечена к уголовной ответственности и избежала наказания, потому что, как говорила Сулим, ее папа лечит всю Генпрокуратуру».

Евгений Соловьев — ученый-химик, который занимался мембранными технологиями и очисткой металлов. Его обвиняют в подделке документов для оформления собственности на квартиру. Как рассказывают адвокаты Соловьева, проблемы начались у него из-за того, что он дал 6,5 млн рублей на покупку квартиры своей дочери и ее молодому человеку. Квартиру молодой человек оформил на себя, а вскоре оказался в СИЗО — его обвинили в том, что вместе со своей официальной супругой он организовал убийство ее бывшего мужа и всей его семьи. Соловьев обратился к адвокату, которая пообещала взять у арестованного документы о передаче права собственности на квартиру — однако документ, который она принесла, оказался поддельным. Сейчас химик находится под подпиской о невыезде.

Ася Исаева, мать Тимирлана Цацаева, дело 163100, Никулинский суд Москвы

«На моего сына, Цацаева Тимирлана, золотого медалиста одной из московских школ, студента Финансовой академии при правительстве Российской Федерации, сфабриковано уголовное дело. Он осужден и отправлен в колонию на пять лет. Потому что некий полицейский, у которого мама работает в главном следственном управлении, потерял удостоверение. И только поэтому мы не смогли доказать. У нас один-единственный свидетель — это потерпевший полицейский. Больше никаких свидетелей нет. Но в деле есть два жителя Узбекистана, которые совершили это преступление. Их не ищут, не допрашивают. Я прошу, помогите, пожалуйста, разобраться в моем деле».

Цацаев и его знакомый Аслан Катауров получили по пять лет и месяцу колонии в марте 2016 года, суд признал их виновными по статье 162 УК (разбой). По версии следствия, в сентябре 2014 года молодые люди напали на полицейского в штатском и похитили его служебное удостоверение. Оба дали признательные показания, однако позже заявили, что совершили самооговор под пытками. Защита настаивала, что потерпевший полицейский потерял удостоверение, когда гулял с проституткой, а вину списали на Цацаева и Катаурова, поскольку они были задержаны в ту же ночь, когда проехали под шлагбаумом перед главным зданием МГУ.

Раиса Кера, дело 1-742/2016, Зюзинский суд Москвы

«Я, многодетная мать, работая в жилищной системе в районе Южного Бутова, оказалась привлечена к уголовной ответственности. Незаконно. По 322-й статье. Это организация незаконного пребывания иностранных граждан в Российской Федерации. Причем наш трудовой коллектив был объявлен оперативными работниками, следствием и судом Зюзинским как ОПГ. Я сейчас нахожусь под условным сроком два года. Причем руководство нашей конторы осталось вообще ни при чем. Даже не прошли по этому уголовному делу. Я считаю, что дело в отношении меня незаконное. И я хочу справедливости».

Кера устроилась работать техником по благоустройству в жилищно-коммунальную службу. Через некоторое время на нее и еще шестерых сотрудников участка жилищной конторы завели уголовное дело по пункту «а» части 2 статьи 332.1 УК (организация незаконного пребывания иностранных граждан в РФ, совершенная организованной группой). Женщина получила год и 10 месяцев условного лишения свободы. Сама Кера говорит, что не подозревала о проживании на участке «нелегалов», а вину за это должны нести начальники коммунальной конторы.

Марина Тихонова, мать Павла Тихонова, дело 42723, Химкинский городской суд

«Мой сын Тихонов Павел осужден на 14 лет строгого режима, пятый год уже сидит. Из представленных доказательств ни органами предварительного следствия, ни судом [не было предоставлено истинных доказательств]. Сплошные отказы на ходатайства. Сплошные отказы по 125 [УПК — порядок подачи жалоб]. Мы хотим добиться права на справедливое судебное разбирательство. Пожалуйста, помогите. У нас дети, которым нужен отец. Двое несовершеннолетних детей».

Найти информацию по делу Павла Тихонова в открытых источниках не удалось.