BuzzFeed: Из России с кровью. Как в Британии погибают враги Путина

В Великобритании в течение многих лет один за другим при странных обстоятельствах умирали россияне и британцы, связанные с Борисом Березовским, но власти Соединенного Королевства признали факт убийства лишь один раз — в случае с Александром Литвиненко, пишет в своем масштабном расследовании BuzzFeed (собравший целую команду авторов - Хайди Блейк, Том Уоррен, Ричард Холмс, Джейсон Леопольд, Джейн Брэдли и Алекс Кэмпбелл). The Insider предлагает полный перевод статьи.

Роскошные лондонские особняки. Расписанный от руки Rolls-Royce. И восемь мертвых друзей. Для британского теневого дельца Скота Янга работа на самого открытого критика Владимира Путина означала ошеломляющие возможности, но также и постоянную опасность. Его страшная смерть — одна из тех четырнадцати, которые американская разведка связывает с Россией, но все эти дела закрыты британской полицией. Открывшиеся сейчас документы — настоящая бомба; они дают полное представление о серии смертей на британской территории, на которую государство предпочло не обращать внимания.

На лондонской площади было безлюдно и холодно, когда тело беззвучно падало из окна при свете луны. Оно со стуком упало на острые прутья кованой ограды и повисло на них, кровь растеклась по тротуару. Над ним на пятом этаже было открыто окно, внутри горел свет.

Погибшего звали Скот Янг. Когда-то он был мультимиллионером, занимался теневыми сделками в интересах самых богатых людей мира. Он много лет говорил друзьям, семье и полиции, что за ним охотятся российские наемные убийцы, после того как его состояние исчезло за одну ночь в результате загадочной сделки с московской недвижимостью. Восемь его друзей и партнеров по бизнесу умерли при подозрительных обстоятельствах, он стал девятым. Но в ту ночь, когда полицейские пришли в его пентхаус, они даже не сняли отпечатки пальцев. Прямо на месте они объявили смерть Янга самоубийством и закрыли дело.

Журналисты BuzzFeed News расследовали этот эпизод в течение двух лет и обнаружили улики, указывающие на Россию, которые не заметила полиция. Многочисленные документы, записи телефонных разговоров, материалы тайной прослушки показывают, что Янг был одним из девяти связанных друг с другом людей, умерших на британской территории при подозрительных обстоятельствах, когда у них появились могущественные враги в России. Еще одним из этой девятки был беглый олигарх Борис Березовский.

Документы показывают, что после того как Янг выступил как негласный представитель Березовского — заклятого врага российского государства — в нескольких сделках, разгневавших Кремль, в том числе в заведомо обреченной на неудачу операции с московской недвижимостью, известной как «проект Москва», он жил «под колпаком» российских спецслужб и мафиозных группировок. Британская полиция не нашла ничего подозрительного в смерти всех девятерых из «круга Березовского», но BuzzFeed стало известно, что британская разведслужба MI6 запрашивала у американских партнеров информацию о каждом из этих людей «в контексте убийств».

Разведка подозревает, что 13 человек были убиты в Британии российскими спецслужбами или бандитами — двумя силами, действующими в тандеме

На прошлой неделе мы писали, что американские спецслужбы передали британскому правительству особо секретные разведданные о том, что российский разоблачитель Александр Перепиличный, скончавшийся в 2012 году в английском графстве Суррей, скорее всего, был убит по прямому указанию Кремля, но власти проигнорировали это и друге улики, указывающие на убийство, и объявили, что он умер от естественных причин. Сегодня мы можем открыто сообщить: американские разведчики подозревают, что что еще тринадцать человек, включая Березовского и восьмерых, принадлежавших к его кругу, были убиты на британской территории российскими спецслужбами или мафиозными группировками — двумя силами, которые подчас действуют в тандеме.

Эти основанные на показаниях источников, перехваченной переписке и открытой информации данные, собранные американскими разведслужбами, имеют отношение ко всем четырнадцати случаям и были переданы Великобритании. Но британская полиция не нашла ни в одном из этих случаев признаков преступления.

Березовский был найден повешенным в ванной в своем доме в 2013 году. Полиция объявила это самоубийством, но американские разведчики сказали, что подозревают убийство. Его бизнес-партнер, грузинский олигарх Бадри Патаркацишвили умер в 2008 году, по-видимому, от сердечного приступа, так же, как и их знакомый Юрий Голубев, один из основателей уничтоженного нефтяного гиганта ЮКОС — он умер в Лондоне в 2007 году. У американской разведки есть материалы, позволяющие считать, что их убили; источники по обе стороны Атлантического океана говорят, что Россия мастерски пользуется ядами, убивающими без следа, в особенности такими, от которых происходит остановка сердца. Два британских юриста, которые в материалах американской разведки названы возможными жертвами российских убийц — Стивен Мосс, умерший от внезапного сердечного приступа в 2003 году в возрасте 46 лет, и Стивен Кертис, погибший в 2004 году при крушении вертолета, — помогали российским олигархам переводить деньги в Британию. Трое близких друзей и бизнес-партнеров Янга — Пол Касл, Робби Кертис (не родственник Стивена) и Джонни Эличаофф — считаются самоубийцами, они погибли в течение четырех лет перед смертью Янга; они тоже упоминаются в документах, собранных американской разведкой, как возможные жертвы связанных с Россией убийств. В скором времени BuzzFeed раскроет имена других людей, которые, возможно, были убиты.

История этой цепи смертей проливает свет на одну из самых тревожных геополитических тенденций наших дней — операции по физическому уничтожению оппонентов, применяемые российскими спецслужбами и могущественными мафиозными группировками, — и неспособность британских властей что-то этому противопоставить.

Разведданные, указывающие на кампанию убийств в Великобритании, появились на фоне нарастающего в мире беспокойства в связи с наглым вмешательством Кремля в дела западных стран, параллельно с набирающим ход расследованием российских связей советников Дональда Трампа.

В 2006 году Россия приняла законы, дающие его агентам право убивать врагов государства за его пределами. В том же году двое убийц из ФСБ отправились в Лондон, чтобы отравить перебежчика Александра Литвиненко радиоактивным веществом — полонием. В прошлом году публичное расследование в Великобритании установило, что Владимир Путин, по всей вероятности, одобрил этот акт ядерного терроризма в британской столице, который для правительства было невозможно игнорировать. Но высокопоставленные источники в разведке говорят, что другие убийства, не до такой степени вызывающе очевидные, остались нерасследованными.

Российские убийцы в течение последнего десятилетия могли действовать в Британии совершенно безнаказанно — так сказали BuzzFeed семнадцать действующих и бывших сотрудников британской официальной разведки. Среди причин того, что британские власти это замалчивали, по их словам, страх перед возможной местью, политическая некомпетентность и желание сохранить миллиарды фунтов, которые россияне каждый год вкладывают в британские банки и недвижимость. В результате Россия, по выражению одного источника, предпринимает в Соединенном Королевстве «все более дерзкие шаги», не опасаясь наказания.

Сейчас премьер-министр Тереза Мэй сталкивается с растущим количеством требований ответить на обвинения в том, что ее правительство скрывает доказательства, связанные с российскими убийствами в Британии. В течение шести лет, которые она провела на посту министра внутренних дел, она принимала решения об ответах правительства на угрозы национальной безопасности. В эти годы бюджет правоохранительных органов был урезан на £2,3 млрд; некоторые высокопоставленные сотрудники органов считают, что это привело к резкому уменьшению возможностей полиции. Мэй лично пыталась вмешаться, чтобы отсрочить публичное расследование смерти Литвиненко, ссылаясь на необходимость защиты «международный отношений» с Россией. А в деле Перепиличного ее правительство скрывало от следствия чувствительную информацию — на основании «нужд национальной безопасности».

Основная причина того, что британские власти закрывают глаза на убийства, как сказал BuzzFeed действующий старший советник британского правительства по национальной безопасности, — страх. Министры, по его словам, не готовы принять на себя «политический риск, сопряженный с твердым и эффективным ответом на действия российского государства и российской организованной преступности в Соединенном Королевстве», так как Кремль может причинить Британии значительный ущерб — провести серию кибератак, дестабилизировать экономику, мобилизовать часть большой российской диаспоры в Британии для «подрывных действий». Глубокое сокращение бюджета правоохранительных органов означает, что «наши возможности очень невелики», сказал он. По его словам, невозможно также исключить риск «полноценной войны с Россией» при нынешнем политическом климате, и «если это случится, то случится очень, очень быстро и мы будем совершенно не готовы». В результате, заключил он, министры «отчаянно не хотят противостояния с русскими»; важнейшие фигуры в правительстве прямо сказали ему, что у них «нет политического аппетита связываться с Российской Федерацией».

Высокопоставленные сотрудники американской разведки сказали, что следят за серией убийств на другом берегу Атлантики с нарастающей тревогой, опасаясь, что это может распространиться и на американскую территорию. Их страхи усилила странная смерть основателя «России сегодня» Михаила Лесина в номере вашингтонского отеля от травм головы, шеи, рук, ног и туловища в 2015 году. Следователи объявили, что он получил фатальные травмы, упав в состоянии опьянения, но бывший высокопоставленный представитель одной из американских спецслужб рассказал BuzzFeed, что смерть рассматривали как «подозрительную» и были «опасения», что российское государство «начнет делать тут то, что оно с некоторой регулярностью делает в Лондоне».

В некоторых случаях, по словам разведчиков, можно с высокой или средней степенью уверенности говорить, что убийства совершены по приказу Путина

То, что американская разведка связывает четырнадцать смертей в Британии с Россией, подтвердили четверо действующих разведчиков, непосредственно знакомых с информацией, собранной по каждому из дел. В некоторых случаях, по их словам, можно с высокой или средней степенью уверенности говорить, что убийства совершены по приказу Путина. В других случаях нельзя с определенностью установить, были ли погибшие убиты по прямому указанию Кремля, стали жертвами российских мафиози или были сознательно доведены до самоубийства — и нельзя исключить возможность того, что некоторые смерти не были связаны с Россией. Но во всех четырнадцати случаях, «опираясь на то, что нам известно, на собранную на месте и проанализированную информацию, — сказал один из источников, — можно без сомнений сказать, что самое правильное в такой ситуации — предположить причастность России к этим смертям и затем потребовать дальнейшего расследования от Соединенного Королевства».

Пресс-секретарь ЦРУ отказался давать комментарии по темам, связанным с разведкой, но Стивен Холл, до 2013 года возглавлявший в агентстве российское направление, рассказал BuzzFeed, что десятилетнее дипломатическое противостояние, спровоцированное расследованием убийства Литвиненко, создало «значительные препятствия» отношениям между Москвой и Лондоном. После этого убийства британские власти не смогли определенно ответить, когда жители их страны «начали регулярно погибать от рук российских убийц». Сотрудники MI6, вспоминает он, не раз говорили ему, что «знают, что у русских есть действующая программа убийств людей, которые им не нравятся, в Британии», но вину в том, что убийства не удалось предотвратить, возлагали на Скотленд-Ярд — штаб-квартиру британской полиции. Результат, отметил Холл, был ужасающим. Российские агенты могли «проводить эти операции в Британии сравнительно легко», сказал он: «Просто приехать в страну и убить».

Высокопоставленный сотрудник американской разведки, который продолжает служить и не может быть назван по имени, сказал BuzzFeed, что британцы «годами преуменьшали причастность россиян к событиям на их территории». Отражая взгляды нескольких источников, он добавил: «Много лет назад британцы заключили с русскими сделку: те могут приезжать, тратить деньги на недвижимость и стимулировать экономику, а сами они деликатно отвернутся».

Ричард Уолтон, до прошлого года командовавший в Скотленд-Ярде контртеррористическим подразделением, признал, что в последнее десятилетие имела место серия подозрительных смертей, связанная с Россией. По его словам, антитеррористические силы полиции «никогда не были чрезмерно довольны своими действиями», но расследование таких дел — это «очень, очень опасная территория», они «полностью вне сферы компетенции местной полиции», которая не имеет опыта изощренных тактических игр. «Это совершенно другое измерение, — объяснил он. — Когда приходится иметь дело с целой страной, располагающей ядерным оружием, у нее чудовищные ресурсы».

Уолтон сказал, что российские убийцы великолепно владеют искусством маскировки убийства. Они мастерски имитируют самоубийства, подбрасывая свидетельства, создающие впечатление, будто у жертв была депрессия, рассказали BuzzFeed сотрудники антитеррористических служб, или даже применяют наркотики и психологическую обработку, чтобы подтолкнуть их к суициду. Что касается убийств по приказу государства, путинский режим накопил «набор химических и биологических средств, разработанных для нацеленных убийств», так что киллеры могут выполнять свою работу, не оставляя следов, сказал бывший сотрудник MI6 высшего ранга. А британская секретная служба, как говорят источники, ограничена в возможностях делиться информацией, указывающей на соучастие России, так как должна обеспечивать защиту конфиденциальных информаторов.

Поэтому даже когда собранная информация с большой степенью определенности указывает на убийство, говорят источники в полиции и разведке, часто оказывается недостаточно свидетельств, которые можно представить в суде. В таких случаях, говорят они, легче объявить смерть не вызывающей подозрений, чем провоцировать дипломатическую напряженность и тревогу в обществе ради того, чтобы выдвинуть обвинение в политическом убийстве, которое, вероятно, развалится.

Несколько высокопоставленных источников в Скотленд-Ярде и MI6 категорически отрицают, что британское правительство когда-либо покрывало убийство по политическим соображениям. Но другие с ними не согласны. Бывший сотрудник антитеррористического подразделения Скотленд-Ярда Карл Дэвенпорт сказал, что правительство скрывает от коронеров «очень много» свидетельств, чтобы представить смерти, связанные с Россией, как самоубийства, отчасти из-за того, что это «дипломатически легче» и они «боятся рассердить Россию, которая, как известно, совершенно беспощадна». Бывший сотрудник MI6 Найджел Андерсон сказал, что в Британии прослеживается явная цепь «бесстыдных» российских убийств «средь бела дня», и этому позволяют продолжаться, потому что «Соединенное Королевство снисходительно относится к таким вещам».

Официальный представитель сказал, что правительство «серьезно относится к своей обязанности защищать людей в Соединенном Королевстве от действий враждебных государств, в том числе от убийств». Отказавшись говорить на темы, связанные с национальной безопасностью, представитель сказал, что в целом расходы на правоохранительную деятельность с 2015 года являются защищенными, а полиция «получает ресурсы, которые ей нужны».

Но полиция и источники в разведке сказали, что прибытие в Британию волны олигархов — некоторые из них бежали от автократического режима Путина, другие ищут место на Западе для своих семей и денег — совпало с переключением почти всех национальных правоохранительных ресурсов Британии на борьбу с терроризмом после атак в США 11 сентября 2001 года. Это, говорят они, позволило Лондону стать ареной для деятельности российских спецслужб и мафии. Бывший сотрудник антитеррористического подразделения Скотленд-Ярда Грег Маккей-Лир сказал, что правительство допустило «грубую тактическую и стратегическую ошибку», закрыв глаза на российские операции в Лондоне в критические времена.

Березовский, колоритный олигарх и математик, был стержнем группы российских эмигрантов, в которую входил и Литвиненко; он поселился в Британии вскоре после того как Путин пришел к власти и расправился с конкурирующими силами во власти, которые осмеливались сопротивляться. Березовский сначала поддерживал Путина, но затем стал главным врагом президентского режима; свое состояние он сделал источником финансирования международной оппозиционной кампании, которой руководил из своего нового дома в роскошном районе графства Суррей недалеко от Лондона. Президент России практически полностью властвует над сверхбогатыми людьми в своей стране, он pаздает гигантские состояния своим фаворитам и разоряет тех, кто встает у него на пути. Но когда Путин разрушил бизнес-империю Березовского в России, тому с помощью тесной сети партнеров, в том числе и Янга, удалось переправить деньги через офшорные трасты и подставных лиц в его новые проекты в Лондоне и, что еще опаснее, в Москве.

В распоряжении BuzzFeed находятся 205 коробок с документами, содержащими секретные подробности рискованных сделок Янга в интересах Березовского, восстановленные файлы из его компьютеров, результаты экспертизы его телефонов, многочасовые видеозаписи камер наблюдения, показания более чем 150 человек, а также сумка с окровавленной обувью Янга и другими важнейшими уликами с места его гибели, которые полиция не заметила или проигнорировала.

Свидетельства показывают, что Янг был участником целой серии рискованных сделок с Березовским, в том числе девелоперского проекта в Москве («проект Москва»), и делал все, что мог, чтобы запутать следы, так как знал, что участие олигарха вызовет в Москве гнев. В узком кругу он хвастался, что у его российского партнера по инвестициям глубокие связи со спецслужбами России, и однажды сказал одному из партнеров-инвесторов, что у них есть защита, так как он заплатил могущественному мэру Москвы Юрию Лужкову. Но оказалось, что это пустая похвальба: схема развалилась, а российская Генпрокуратура заинтересовалась участием инвесторов в «экономических преступлениях». Лужков категорически отрицал какую-либо причастность к «проекту Москва» и коррупционным сделкам. Российский бизнес-партнер Янга назвал проект «самой чистой сделкой, какую только можно себе представить», и отметил, что никому не было предъявлено обвинение в каких-либо преступлениях.

Из документов следует, что после провала проекта шпионы из ФСБ следили за деятельностью Янга. После того как восемь его партнеров один за другим умерли, Янг так боялся быть убитым, что попытался найти защиту у британских гангстеров, связанных с российской мафией. В последние годы своей жизни Янг тайно помогал организовать еще одну сделку с участием Березовского, которая разозлила российское государство до такой степени , что Андрей Луговой — согласно выводам публичного расследования, один из двоих убийц, отравивших Литвиненко, — призвал государство расправиться со всеми причастными.

Деятельность Янга вызывала такое беспокойство, рассказал BuzzFeed один из источников в американской разведке, что его разговоры прослушивало АНБ. «Этот самый Янг... похоже, АНБ за ним следило. Разговоры перехватывали», — сказал он. Полученные данные были достаточно деликатными, сказал источник, и некоторая информация о Янге получила высший уровень секретности, который существует только для информации, способной причинить «исключительно тяжелый ущерб», если станет публичной.

Березовский и многие его погибшие партнеры были так глубоко связаны с российской организованной преступностью, что, по словам источников в разведке, трудно понять, от кого исходили приказы убить их — от государства, от мафии или от обоих. Марк Галеотти, изучавший международную деятельность российской мафии, рассказал, что спецслужбы страны часто сотрудничали с организованными преступными группировками. «Это работает так: с самого верха приходит приказ о том, что такой-то человек должен умереть, — сказал он, — и спецслужбам приходится выполнять». Какой способ здесь самый эффективный? Можно отправить агентов государства, чтобы те совершили хитроумное убийство, которое даже не примут за убийство, сказал он, но можно и проще: нанять каких-нибудь «головорезов», которые убьют со всей жестокостью. В то же время, отметил Галеотти, «технически сложные убийства» в интересах преступных банд часто совершают «по совместительству агенты государства».

Бывший руководитель антитеррористической службы Скотленд-Ярда Уолтон сказал, что неспособность полицейских, расследующих убийства, провести даже самое поверхностное расследование смерти Янга «вызывает настоящую тревогу», он был «изумлен тем, что даже не провели экспертизу». Учитывая страх Янга за свою безопасность, а также его связи с Березовским и другими заметными россиянами, умершими при подозрительных обстоятельствах, Уолтон сказал, что «это с самого начала надо было рассматривать как подозрительную смерть».

После того как Скотленд-Ярд закрыл расследование, остались четверо, кто хотел во что бы то ни сало узнать правду. Две дочери Янга — 20-летняя тогда Саша и 22-летняя Скарлет — узнали, что потеряли отца, лишь через два дня, когда новость попала в газеты, — полиция их не известила. Как рассказала Саша, у них с самого начала было ощущение, что его убили. За несколько минут до того как тело Янга обнаружили насаженным на прутья ограды, он звонил обеим дочерям, спокойно разговаривал с ними, шутил. Они знали о его связях с «опасными людьми», такими, как Березовский, и он не раз говорил им, что его жизнь в опасности. «Мы абсолютно не верим, что он сделал это сам», — сказала Саша.

Дочери позвонили близкому другу Янга Джонатану Брауну, крупному производителю копченой лососины, живущему в Майами, и сквозь слезы рассказали ему, что отец погиб. Браун, который по просьбе Янга вложил миллионы в «проект Москва», сказал, что первое, что пришло ему в голову, когда он услышал новость, — то, что «его убили, как и всех остальных». И если его друга «прикончили», то у него оставались два вопроса: «кто это сделал?» и «не я ли следующий?». Он первым же рейсом вылетел в Лондон и первым делом встретился с Сашей и Скарлет. Тогда они втроем договорились: если полиция не собирается это расследовать, то расследуют они сами.

Точно так же хотела расследования и бывшая жена Янга Мишель. Последние четыре года они провели в тяжелом бракоразводном процессе; она обвиняла Янга в том, что тот припрятал в офшоре £400 млн, когда лопнул «проект Москва», и претендовала на часть этой суммы. Теперь она была уверена, что его убили и убийца забрал деньги. «То, что полиция не смогла это расследовать, — настоящий шок», — сказала Мишель. Она наняла целую армию частных детективов и экспертов, чтобы докопаться до самого дна.

Редакция BuzzFeed начала свое собственное расследование гибели Янга и того, как она связана с восемью другими смертями, вскоре после того как полиция объявила, что в его смерти нет криминала. Это история группы людей, чья жизнь была связана с огромными богатствами, тайнами и опасностью и которые умерли в тени растущей российской угрозы, на которую британские власти предпочли закрыть глаза.

Чертова куча денег

Когда Porsche Скота Янга въехал на гравийную подъездную дорожку в его поместье площадью 80 гектаров в Суррее, Мишель (на тот момент - еще его жена) бросилась к нему через сад с подстриженными деревьями. «Там внутри какой-то странный человек, я не могу его выпроводить, — сказала она. — Может быть, вызовем полицию?»

Янг прошел через помпезный, окруженный колоннами парадный вход и обнаружил низкорослого черноглазого незнакомца в хорошем костюме, удобно устроившегося в кресле. «Добро пожаловать в мой дом! — прокричал незнакомец с сильным русским акцентом, широко раскинув руки. — Сколько вы за это хотите?»

Янг любил рассказывать друзьям, что так произошла его первая встреча с Борисом Березовским. Кульминационный момент этой истории был такой: Янг, не догадываясь, что перед ним один из самых богатых магнатов России, просто сказал ему «вали отсюда». Но через несколько недель Янг получил от миллиардера предложение продать дом за £20,5 млн и вручил ему ключи.

Шел 2001 год, Березовский только что сбежал в Британию после жестокой ссоры с новым президентом России Владимиром Путиным. Он поселился в этом роскошном уголке Суррея с его причудливыми декоративными постройками, озерами и лесами, по которым бродят олени; к нему присоединился лучший друг и партнер по бизнесу Бадри Патаркацишвили, который купил большое поместье по соседству. Янг с женой и двумя дочерьми переехал в другой роскошный дом около Уэнтвортского гольф-клуба.

«Борис и Бадри», как их все называли, были неразлучным дуэтом. Березовский был маленького роста, но казалось, что он заполняет собой все пространство, — разговорчивый, импульсивный, то и дело разражавшийся пламенными речами о матери-России. Патаркацишвили был полной противоположностью — спокойный и флегматичный, с закрученными кончиками седых усов, большой любитель мохнатых меховых шапок. Для Янга, который вырос в многоквартирном доме в Данди, а первый опыт в бизнесе получил, суетясь в прокуренных пабах и клубах портового города, попасть в ближний круг российских миллиардеров в изгнании означало пропуск в экзотический мир невероятных богатств. Но это были опасные связи. «Борис был врагом государства номер один, — сказал BuzzFeed один из ближайших советников Березовского. — И всякий, кто был близок к нему, тоже считался врагом».

Два олигарха построили в посткоммунистической России гигантскую бизнес-империю, когда друзья президента Бориса Ельцина скупали государственные активы за гроши. Финансовым аферам двух друзей не было границ: они совместно владели группой российских газет и телеканалов, пакетом акций нефтяного гиганта «Сибнефть», контролировали бывшую государственную авиакомпанию «Аэрофлот».

Березовский, бывший при Ельцине высокопоставленным лицом, считал себя «делателем королей», вытащившим Путина из безвестности. Но когда его протеже стал расширять свою власть и уничтожать оппозицию, Березовский мобилизовал свои газеты и телеканалы для серии стремительных атак. В ярости Путин публично предупредил, что олигархи, которые перейдут черту, получат по голове. Через несколько дней, загорая в Кап д'Антибе, Березовский получил вызов на допрос в российскую прокуратуру по обвинению в мошенничестве и вымогательстве. В Москву он больше не возвращался.

Янг был великолепным рассказчиком и любил болтать о том, как в один прекрасный летний день Березовский появился из ниоткуда в его поместье. Но, судя по отчету частного детектива, изучившего деятельность Янга в России, он уже встречался с людьми Березовского за два года до этого, в 1999 году в Москве. Из отчета, подготовленного для Мишель фирмой PKF, специализирующейся на расследованиях и аудите, следует, что Янг регулярно ездил в Москву по делам Березовского, начиная с 2000 года, когда олигарх бежал в Британию.

Служба экономической безопасности ФСБ в феврале 2002 года проявила, как сказано в отчете разведки, «долгосрочный интерес» к британскому бизнесмену и официально установила за ним наблюдение. Были перехвачены его звонки на два российских мобильных номера, «его передвижения по Москве и окрестностям отслеживались». В результате наблюдения ФСБ составила впечатление о Янге как о «высококлассном теневом дельце», который предоставлял «в высшей степени конфиденциальную помощь олигархам» и был «избалован опекавшими его хозяевами», сказано в отчете. «Типичная ночь» Янга в Москве включала выпивку и обед в роскошном «Кафе Пушкинъ», Vogue Café или ресторане «Ваниль» перед походом в частный клуб «Бордо» — бордель, в котором часто бывала политическая и деловая элита города.

Борис и Бадри скопили свои богатства в период «дикого капитализма» после падения советской коммунистической системы, и когда им понадобилось вывести свои капиталы из России, они столкнулись с двумя большими проблемами: российскими валютными ограничениями (существовал лимит сумм в рублях, которые могли покинуть страну) и строгими правилами борьбы с отмыванием денег, согласно которым требовалось, чтобы происхождение средств, попадающих в Британию, не вызывало сомнений.

Янг был как раз тем, кто мог в этом помочь. У него была неистребимая склонность устанавливать опасные связи; в 1990-х годах он стал мультимиллионером чуть ли не за одну ночь, когда близко подружился с печально известным главарем лондонских бандитов Патриком Адамсом — одним из братьев, контролировавших семейный преступный синдикат Адамсов. Источники в полиции говорят, что семью Адамсов подозревают в связях с российской мафией, а Янга считают отмывателем денег их преступной группировки. Разумеется, именно после встречи с Адамсом началось участие Янга в многомиллионных аферах, в которых фигурировали чемоданы, полные наличных; это удалось установить с помощью многочисленных источников, документов и фотографий, найденных в телефоне Янга и восстановленных. Он мастерски маскировал следы сомнительных денег.

Так Янг стал одним из самых доверенных британских теневых посредников Березовского, помогавших отмывать его деньги в Британии. Он покупал для Березовского самые дорогие автомобили и роскошные дома, скрывая их принадлежность олигарху с помощью непрозрачных офшорных схем. «Скот делал много покупок для Бориса по всему миру, — сказал Браун, король копченой лососины, который близко знал обоих. — Борис не мог просто так приехать в Британию и открыть банковские счета, это не так просто». Он объяснил, что россиянин переводил из своих офшорных фирм на Кипре «чертову кучу денег», а Скот «шел и покупал для него машины и все это дерьмо».

Но уже появлялись отрезвляющие признаки того, что из-за своих новых российских связей Янг оказался в опасности. Когда Березовский пришел к нему домой, Янг попросил Мишель увезти дочерей ради их безопасности. Потом, как она рассказывает, к ней обратился человек, представившийся сотрудником MI6 и предупредил ее: «Эти люди очень, очень опасны, связываясь с ними, вы рискуете жизнью».

Скотленд-Ярд раскрыл планы покушения на Березовского с помощью укола отравленной авторучкой в здании суда

В 2003 году правительство Тони Блэра предоставило Березовскому убежище в связи с постоянными угрозами убийства, исходившими от российских спецслужб; сотрудникам контртеррористической службы, следящим за его безопасностью, сообщили, что он на первом месте в списке живущих в Британии оппонентов Кремля, с которыми собираются расправиться. Однажды Скотленд-Ярд раскрыл планы покушения с помощью укола отравленной авторучкой в здании суда, где рассматривалось требование России о его экстрадиции. Два высокопоставленных сотрудника контртеррористической службы Скотленд-Ярда рассказали BuzzFeed, что им регулярно приходилось предупреждать олигарха о правдоподобно выглядящих планах его убийства на британской территории. Один из них сказал, что знает о пятнадцати критически важных совещаниях по вопросу безопасности олигарха, три из которых касались «серьезных планов убийства». Общеизвестное пристрастие Березовского к молодым женщинам, как говорит источник, сделало его удобным объектом для «медовой ловушки», а его обычай принимать в больших количествах «Виагру» создавал риск отравления. Другой сотрудник сказал, что Березовскому по меньшей мере пять раз советовали уехать из страны, так как «были очень серьезные причины считать, что его могут убить <...> и, по нашей информации, опасность для него была именно в Британии».

Тем временем собственное состояние Янга внезапно стремительно выросло. По оценке банка Coutts 2002 года, бывший промоутер паба стоил на тот момент £279 млн. Он неожиданно стал таким крупным игроком на британском рынке недвижимости, что лорд Эндрю Хэй, один из руководителей компании Knight Frank, крупного посредника на рынке элитной недвижимости, написал рекомендательные письма, в которых называл его «самым важным индивидуальным частным клиентом, какой когда-либо был у фирмы в Соединенном Королевстве». Как показывает электронная переписка, Янг вместе с Березовским был приглашен финским миллиардером, крупным спонсором партии консерваторов Пойю Заблудовичем на «мужскую вечеринку» в Лондоне с участием Билла Клинтона. Он подружился с сэром Филипом Грином, сделавшим миллиардное состояние на розничной торговле, с владельцем Ivy Group Ричардом Карингом, с королем телевизионных реалити-шоу Саймоном Кауэллом. Друзья рассказывают, что как-то он удивил их, приведя на ужин Пэрис Хилтон; он нередко проводил время с поп-звездой Фарреллом Уильямсом.

Семья Янга проводила все больше и больше времени в Майами, где они купили престижную недвижимость на береговой линии квартала Коконат-Гроув. Именно там он познакомился с королем копченой лососины Джонатаном Брауном.

Встретившись в роскошном стейкхаусе South Beach, два бывших парня из рабочего класса мгновенно нашли общий язык, обнаружив, что оба любят сцену из фильма «Настоящая любовь» с Деннисом Хопппером, в которой банда собирается расправиться с героем и дает ему произнести последнее слово, а тот оскорбляет своих убийц. Браун сказал, что оба они наслаждались этим моментом, потому что «это примерно как... даже на смертном одре мы их поимеем».

Вскоре Янг пригласил Брауна в Лондон; они летели на личном самолете Янга, а в аэропорту их ждали два Rolls-Royce. Он поселил Брауна в пятизвездочном отеле Halkin, до утра они развлекались в клубе Boujis — любимом месте принцев Уильяма и Гарри, — где, как рассказывал Браун, Янг мог за одну ночь просадить £50 тыс. на кокаин и большие бутылки Dom Pérignon, которые он встряхивал и поливал собравшихся шампанским.

Янг настолько сблизился с Брауном, что однажды ввел его в ближний круг Березовского, и в тот момент, рассказал Браун, он, сам того не зная, стал «участником хаоса», который так его напугал, что ужас остался с ним на всю жизнь.

Янг привел Брауна в неприметный клуб на Беркли-сквер, где их ждал Березовский с двумя телохранителями «устрашающего вида», которые перепугали Брауна тем, что шли вслед за ним каждый раз, когда он направлялся в туалет. Но вечеринка продолжилась, так что Янг арендовал для себя, Брауна и Березовского три больших таунхауса, соседствовавших друг с другом, на Итон-сквер в Белгрейвии — самый элитный адрес в Лондоне — с сияющими белыми колоннами и балконами, выходящими на частные сады. Браун сказал, что Березовский поселил там молоденьких проституток, которых привез из Латвии, и попросил двух друзей присматривать за ними, пока он был в своем доме в Суррее.

Почти детское доверие олигарха к Янгу поражало Брауна. Однажды в Майами, вспоминает Браун, он взял трубку, когда звонил Янг: «Любовь моя, — сказал Березовский, не дожидаясь ответа собеседника, — садись в самолет, ты нужен мне в Лондоне. Я потерял фантом любви». Озадаченный Браун повернулся к Янгу и спросил: «Черт возьми, что такое фантом любви?»

Это был старинный Rolls-Royce Phantom стоимостью в полмиллиона фунтов, который Янг купил для Березовского через подставную гибралтарскую офшорную фирму. Как оговорись в проспекте аукционного дома, в машине был «дерзкий интерьер в стиле рококо, напоминающий величественный дворец», обивка сидений и потолка была расписана обнаженными херувимами, «как в версальском тронном зале».

Березовский подарил машину своей 18-летней подружке, сказал Браун, а она позвонила и сообщила, что машина «исчезла». «Я знаю одного человека, который должен знать того, кто знает, где она», — сказал Янг. И, к удивлению Брауна, это было действительно так.

Но над всеми этими ежедневными драмами нависала мрачная угроза, которая только усиливалась. Даже когда Березовский «знал, что его собираются убить», сказал Браун, он не переставал дразнить медведя, резко критикуя Путина в статьях, телеинтервью и публичных речах. «Я сказал ему: Борис, не провоцируй государство!»

Каждый раз, когда Березовский начинал новую атаку на Кремль, по словам сотрудника контртеррористической службы Скотленд-Ярда, следившего за его безопасностью, аппаратура перехвата центра правительственной связи, следившего за российскими телекоммуникациями, отмечала резкий рост активности — свидетельство повышения уровня угрозы. «Это было что-то вроде холодного ветра с востока», — сказал он.

В то время Березовский разжигал антикремлевские волнения прямо на «заднем дворе» России. Документы показывают, что он потратил около $30 млн на финансирование «Оранжевой революции» в Украине — восстания, которое в 2005 году свергло прокремлевское правительство страны и подорвало влияние Путина. Сотрудник Скотленд-Ярда рассказал, что Березовский также вмешивался в политику Грузии и Белоруссии. А рядом с ним, как следует из документов, был Янг, продвигавший масштабный инфраструктурный проект в Киеве и заказывавший частный самолет для встреч в Тбилиси.

По мнению Брауна, Янг был до такой степени ослеплен миллиардами Березовского, что просто не видел опасности. «Мы со Скотом делаем все что можем, и мы можем сделать десять, двадцать, тридцать миллионов. Но не миллиарды, так ведь? Это так не работает, — сказал он. — Миллиарды приходят, когда появляется Борис. Но вместе с ими появляется раковая опухоль. И она тебя убивает».

«Проект Москва»

Однажды утром, когда Янг вез Брауна в аэропорт, он впервые упомянул «проект Москва». Как вспоминает Браун, он сказал, что купил «лучшую землю» в столице России и планирует построить «впечатляющий» офисный комплекс. Проект обещал принести сотни миллионов, и Янг предложил своему другу первый кусок этого пирога.

Браун должен был хранить два больших секрета. Первый — то, что Березовский вкладывал в проект $6 млн. Записка юриста подтверждает, что Скотленд-Ярд «прикрывает все это», потому что «Борису по политическим мотивам никогда не позволят открыто инвестировать в Россию». Второй секрет, хвастался Янг, заключался в том, что он купил поддержку мэра Москвы. «Есть земля, у нас лучший район в Москве, мы заплатили мэру, это будет фантастический проект», — вспоминает Браун слова Янга.

Мэр Юрий Лужков был одним из ведущих российских политиков, ключевым союзником Кремля, а личное состояние его жены было больше миллиарда долларов. Как следует из американской дипломатической телеграммы 2010 года, Лужков был крупным коррупционером, «замешанным во взяточничестве и сомнительных сделках, касающихся сверхвыгодных строительных контрактов по всей Москве».

Американские аналитики установили существование «трехъярусной структуры московского криминального мира» с Лужковым на вершине, ФСБ на втором уровне и обычными преступниками внизу. Они отмечали, что каждый, кто хотел заниматься бизнесом в Москве, должен был заплатить одной из этих групп за «крышу». «Если кто-то попытается обойтись без покровительства, его бизнес быстро закроют», — говорилось в телеграмме. Лужков категорически отрицал какую-либо причастность к коррупции. В письме в редакцию BuzzFeed его юристы утверждают, что он никогда не встречался с Янгом, не имеет отношения к «проекту Москва» и не получал никаких денег за покровительство. Он также никогда не одобрил бы никакую схему, в которой участвовал бы Березовский.

«Проект Москва» был совместным предприятием Янга и Руслана Фомичева — учтивого круглоголового российского финансиста с ледяными голубыми глазами, который прежде работал с Борисом и Бадри в Москве и Лондоне. Отец Фомичева был генералом КГБ в отставке, и Янг извлекал выгоду из его родословной, рассказывая инвесторам, что проекту пойдут на пользу связи его партнера среди руководства вооруженных сил и спецслужб. Фомичев сказал, что никогда не встречался и не вел никаких дел с Лужковым, а также не поддерживал связей с российскими спецслужбами. «У меня никогда не было крыши, никаких дел ни с кем, я никому не давал взятки», — сказал он BuzzFeed, настаивая, что «проект Москва» был самой чистой сделкой, совершенной в России, какую только можно представить». Он отрицал причастность Березовского к схеме, а когда журналисты BuzzFeed показали ему документы, свидетельствующие о тайных капиталовложениях олигарха, сказал, что «шокирован». «Это первый раз, когда я обо всем этом слышу, — сказал он. — Это была не моя инициатива — привлечь Березовского к проекту».

Любая «крыша», которая была у Янга, для его лондонских юристов была слабым утешением. В юридической экспертизе проекта они предупреждали его, что «Россия — все еще опасное место, где людей похищают ради выкупа, где их убивают или они просто исчезают».

У Янга была задача собрать к январю 2006 года $26,5 млн, и для вложения денег в проект он создал сеть офшорных компаний. Браун вложил $5 млн. Его примеру последовали еще три человека из ближнего круга Янга — финский магнат Заблудович, крупный кинопродюсер Стивен Кей из Монако и лондонский вторичный кредитор по имени Харви Лоренс. Лоренс и Заблудович не ответили на многочисленные запросы о комментариях, а Кей сказал, что он и другие инвесторы ничего не знали ни о каких незаконных платежах мэру Москвы, а также о тайном участии Березовского в схеме. «Вы серьезно думаете, что кто-нибудь вложится в дело, если будет считать, что в нем участвует Березовский? — сказал продюсер BuzzFeed. — Этого человека изгнали из России, он был беженцем».

Как показывают документы, у Янга был хитрый план, как вложить в дело $6 млн Березовского. Сделка, проведенная от имени дочери Березовского Екатерины, включала «продажу» роскошного таунхауса в престижном лондонском районе Мэйфер Янгу, но никакие реальные деньги при этом из рук в руки не перешли. Вместо этого Янг дал поручение заплатить за этот дом из прибылей «проекта Москва». Чтобы повысить размер капитала Березовского в этой схеме, Янг взял ипотечный кредит под этот дом, получив гарантию, что первоначальный источник средств останется в тени. Екатерина Березовская отказалась отвечать на вопросы BuzzFeed, но источники, близкие к ней, говорят, что она не имела никакого представления о том, что ее именем пользуются для перекачивания денег в проект, и не ожидала, что ее отец будет инвестировать в Россию любым способом, «потому что это поставило бы его и партнеров-инвесторов в опасность».

К середине 2005 года Янгу оставалось привлечь еще $5 млн в виде займов, чтобы завешить свою часть сделки. Документы показывают, что он провел остаток года, изучая возможности для других блестящих проектов в Москве и Санкт-Петербурге, тогда же он купил за £15 млн роскошные апартаменты в лондонском районе Найтсбридж.

Но в конце гда случилась катастрофа. Перед Рождеством 2005 года Янг не успел к сроку собрать недостающие средства. Обычно спокойный и исполненный самообладания Фомичев прислал ему по электронной почте гневное письмо: «Сегодя, в четверг 22 ДЕКАБРЯ (!!), мы не получили от вас денег. Мы просим о кредите в $1,5 млн с сентября! У меня нет ощущения, что я должен вести себя ответственно по отношению к вам, если вы не делаете того же для меня».

Березовский выбрал этот деликатный момент, чтобы выступить в эфире российской радиостанции <Эхо Москвы. — The Insider> и призвать к вооруженной революции против Путина. Генеральный прокурор России заочно обвинил его в подготовке к насильственному свержению правительства. Вряд ли могло бы быть худшее время для попыток скрыть участие денег Березовского в подозрительном девелоперском проекте в российской столице.

В начале декабря, когда Янг пропустил срок очередного платежа, у Фомичева не было слов. «Какого ….…!!!!!!» — написал он. Янг ответил: «Я жонглирую. Вы получите деньги до 12 часов завтра». Последний платеж Янга — $5 млн — был жизненно важен для того, чтобы городские власти оставались на стороне проекта. Через несколько дней Фомичев писал Янгу: «Завтра я еду в Москву, и мне нужно встретиться с вами, чтобы обсудить нашу позицию по отношению к московскому мэру». Финансист сказал BuzzFeed, что никогда не обсуждал проект с мэром и не помнит такого письма, но, возможно, написал его, чтобы «надавить на Скота» и заставить его заплатить.

Но средства так и не появились, и в марте Фомичев наконец выключил схему. Российские прокуроры, обвинявшие Березовского в госизмене, объявили, что против инвесторов «проекта Москва» ведется расследование в связи с «экономическими преступлениями». Хотя обвинения так и не были предъявлены, московская полиция начала раскапывать источники финансирования проекта, и внезапно возникла опасность, что прикрытие Березовского будет разрушено.

Небо обрушилось

Браун впервые услышал о беде, когда ему сообщили новость: Янг потерял все свои деньги, пытался покончить с собой и попал в психиатрическую больницу Прайори. Ни одному слову из этого Браун не поверил. «Он выдумал эту чертову историю про Прайори, а я понял, что должен сказать ему что-то вроде этого: «Скот, это я, ты же не в этом паршивом дурдоме». Что-то вроде «поедем лучше в Boujis и забьем по косяку», вы понимаете, о чем я?» Он позвонил Янгу и сказал ему, чтобы тот первым же рейсом вылетел в Майами. Когда Янг прилетел, рассказал Браун, стало совершенно очевидно, что попытка самоубийства была всего лишь уловкой, придуманной, чтобы от него на время отцепились рассерженные кредиторы, но точно так же было ясно, что в Лондоне и Москве действительно заварилось что-то серьезное. Янг говорил, что потерял все и остался должен десятки миллионов фунтов, но не говорил, как это случилось. Это было, как если бы, по выражению Брауна, «небо внезапно обрушилось на Скота».

Из истории болезни Янга, составленной в психиатрической клинике, следует, что он действительно не совершал попытку самоубийства, хотя и посетил Прайори — по собственной воле. Он принимал слишком много транквилизаторов и поверхностно резал свои запястья — как он сказал врачам, потому то «хотел, чтобы люди думали, что он на грани самоубийства». Приехав в Майами, он отправил по электронной почте партнерам, которым задолжал миллионы, серию бессвязных писем, где сообщал, что был «под большими дозами седативных препаратов», писал что-то непонятное о самоубийстве и обещал разрешить кризис, как только поправится.

Обеспокоенный катастрофой, неожиданно постигшей «проект Москва», Браун обратился к своему финансовому и юридическому консультанту по офшорам Стивену Джонсу, который разработал план спасения, согласно которому российская группа компаний «Гута» должна была выкупить доли инвесторов, которых привлек Янг. К концу 2003 года они вернули большую часть своих денег.

Но никто не понимал, из-за чего произошел такой неожиданный коллапс финансов Янга. Некоторые друзья предположили, что его бизнес-империя все время была карточным домиком, построенным на кредитах под залог активов, которые ему на самом деле никогда не принадлежали. До других доходили слухи, что он стал жертвой российской мафии.

У его жены Мишель была иная теория: она утверждала, что Янг спрятал все свои деньги в офшорах. В конце концов, всего через несколько месяцев после исчезновения денег он объявил, что уходит от нее. Она сколотила команду юристов, частных детективов и финансовых экспертов, чтобы проследить, куда ушли деньги. Так начался самый долгий бракоразводный процесс в истории британского права, постоянно привлекавший внимание прессы. А в центре этого процесса были тайны «проекта Москва».

Мишель быстро добилась судебного решения о замораживании всех активов Янга по всему миру, включая здание Buckingham Suite на Белгрейв-сквер в Лондоне, с помощью которого он включил в схему финансы Березовского. Янг делал что мог, чтобы сохранить тайны своих сделок. Он игнорировал многочисленные судебные распоряжения о раскрытии свидетельств, объясняющих исчезновение его состояния; эксперт, обследовавший жесткий диск его компьютера, заключил, что Янг уничтожил сотни электронных писем, которыми обменивался с Березовским. Он даже провел три месяца в тюрьме за неуважение к суду, лишь бы не раскрывать правду. Тем временем его недвижимость в Лондоне, Оксфорде и Майами была конфискована или продана, чтобы заплатить долги, его коллекции классических автомобилей, часов и антикварной мебели перешли к кредиторам. После официального банкротства Янга в 2010 году его дочерей Сашу и Скарлет пришлось отчислить из частной школы. Но все это время Янг вел жизнь, о которой средний гражданин не мог и мечтать — обедал в лучших ресторанах, жил в пентхаусе, носил дизайнерскую одежду, приносил в банк пачки 50-фунтовых банкнот, чтобы положить деньги на счет.

Браун, который оставался в ближнем кругу олигарха, задумывался, не был ли внезапный финансовый коллапс Янга связан с экономическими трудностями, с которыми столкнулся Березовский. В 2006 году, том самом, когда рухнул «проект Москва», Патаркацишвили заявил, что хочет финансового «развода» со своим давним партнером, так как его все более лихие атаки на Кремль стали мешать бизнесу. Затем Березовский серьезно поссорился с Фомичевым из-за выплаты процентов по кредиту в $50 млн, который он дал финансисту за год до этого. Березовский подал несколько исков против бывших партнеров, в том числе Фомичева, которые его вконец разорили. «Думаю, по-настоящему Скота убило то, что у Бориса кончились деньги, — сказал Браун. — Скот жил на широкую ногу, пока так же жил Борис».

Браун сказал, что так до конца и не понял, каким образом так внезапно исчезли сотни миллионов фунтов. Но он абсолютно уверен в двух вещах: «Деньги куда-то исчезли, а потом люди стали один за другим умирать».

Он знал, что его ждет

Одним из первых, кто умер, был Стивен Кертис. Пышущий здоровьем щекастый британский юрист начал работать на Березовского еще до того как затеяли «проект Москва» — он перенаправил миллиарды фунтов из России в Британию в интересах Бориса и Бадри, избегая проверки британской системой борьбы с отмыванием денег. Кертис успешно перекачал деньги в трастовый фонд под названием New World Value Fund, а сам заработал комиссионные в $18 млн, на которые купил огромный готический замок на острове у побережья графства Дорсет. Затем, вскоре после того как в 2003 году завершилось перекачивание $1,3 млрд, еще один британский юрист Стивен Мосс, вместе с Кертисом работавший над этим переводом, внезапно умер от сердечного приступа в возрасте 46 лет. И примерно тогда же Кертису стали угрожать смертью. «Кертис, ты где? Мы здесь. Мы за твоей спиной. Мы следим за тобой», — сказал однажды по телефону мужчина с сильным русским акцентом.

Юрист нанял команду телохранителей, а в конце февраля сказал своему дяде: «Если в ближайшие несколько недель со мной что-нибудь случится, это будет не несчастный случай». На следующей неделе, 3 марта 2004 года, его частный вертолет спикировал на поле, приближаясь к аэропорту Борнмут; Кертис и пилот сгорели заживо. Дознание пришло к выводу, что крушение было несчастным случаем — вертолет упал в плохую погоду, — но коронер признал, что в этом деле были «все составные элементы шпионского триллера».

Хотя смерти Кертиса и Мосса были публично объявлены не вызывающими подозрений, а жена Мосса сказала, что верит в естественную причину его смерти, BuzzFeed сейчас может открыть, что MI6 запрашивала у американской разведки информацию об этих случаях, подозревая убийства. Запросы были направлены через проверенных разведкой сотрудников американского посольства в Лондоне в форме телеграмм, ответы пришли тем же путем. Четыре источника подтвердили, что у американских разведслужб были досье на обоих юристов, находившиеся в секретных базах данных, которыми пользовалась разведка, и в этих досье была информация, связывающая их смерть с Россией. Расследуя убийства, вероятно, совершенные по приказу государства, «мы запрашиваем одобрение на высшем уровне государственной власти, — сказал BuzzFeed высокопоставленный источник в американской разведке. — Требования к доказательствам очень высоки, и часто собранные нами свидетельства не соответствуют этому уровню». Однако разведка считает вероятность «российского вмешательства» большой, особенно в случае с Кертисом.

В ближнем кругу олигархов смерть Кертиса всех испугала. Из электронной переписки, которую видели журналисты BuzzFeed, следует, что Янг поспешно отменил заказ на вертолет AgustaWestland A109E Power — точно такой же, на каком разбился Кертис. Но финансовые операции Янга были явно продиктованы не эмоциями. Рукописные заметки, найденные среди вещей Янга, показывают, что он помогал олигархам устроить так, чтобы семье Кертиса не досталась его доля в фонде, учрежденном на те деньги, которые юрист перекачал для них в Британию. Вдова Кертиса не ответила на просьбу прокомментировать это.

Смерть Кертиса не настолько испугала Янга, чтобы он отказался работать с Березовским. Но после коллапса «проекта Москва» и исчезновения его миллионов Янг был в ужасе — он много раз говорил друзьям, полиции, врачам и своим дочерям-тинейджерам, что его жизнь в опасности. Тогда, всего через несколько месяцев после провала проекта, Кремль нанес удар в самое сердце круга Березовского.

Перебежчик из российских спецслужб Александр Литвиненко, которому в Британии покровительствовали Борис и Бадри, был отравлен в центре Лондона. Публичное расследование пришло к выводу, что он стал жертвой двоих убийц из ФСБ, которые добавили радиоактивный полоний-201 в его чай в отеле Millennium. Следы редкого изотопа, убившего Литвиненко, вряд ли обнаружили бы, не группа британских ученых, обративших внимание на необычное альфа-излучение — следы, оставленные убийцами по всему Лондону.

Британия не могла игнорировать такую грубую провокацию, и власти заочно обвинили двух россиян в убийстве. Хотя Россия отказалась выдать их, а сами они отрицают любую причастность к убийству, публичное расследование в прошлом году установило, что ФСБ дала им приказ убить Литвиненко, причем операция «с большой вероятностью» была одобрена лично Путиным.

Реакция Британии на убийство спровоцировала крупный дипломатический кризис с Россией — обе стороны выслали дипломатов, а обмен разведывательной информацией приостановился на десятилетие. После этого, рассказал бывший глава российского направления в ЦРУ Холл, британские власти начали сквозь пальцы смотреть на гибель россиян и их финансистов на британской территории, и теперь путинские агенты могли «регулярно убивать без особенных забот».

Браун рассказал, что Янг был потрясен смертью Литвиненко. Самым пугающим было то, что к ближнему кругу Березовского принадлежал не только Литвиненко, но и один из его убийц. Когда-то в Москве Андрей Луговой возглавлял службу безопасности одной из компаний Бориса и Бадри, и он проник в их сеть в Британии. Ему удалось установить партнерские отношения с Литвиненко — оба занимались частными расследованиями. И это было не последнее столкновение Янга с Луговым.

Через несколько недель после смерти Литвиненко умер еще один известный российский эмигрант из круга Березовского. Юрий Голубев был одним из основателей нефтяного гиганта ЮКОС, владелец которого Михаил Ходорковский был арестован по политически мотивированным обвинениям и отправлен в колонию в Забайкалье после того как стал врагом Путина. Ходорковский пользовался услугами того же британского юриста, что и Борис, и Бадри, — Стивена Кертиса, который в последние дни перед гибелью в авиакатастрофе пытался вместе с Голубевым защитить ЮКОС от уничтожения Кремлем и присвоения его активов. 7 января 2007 года, вскоре после того как Голубев прилетел из Москвы,он был найден мертвым в своей лондонской квартире. Скотленд-Ярд быстро отрапортовал, что его смерть не представляется подозрительной. Странно, но генпрокурор России Юрий Чайка заявил, что были «все основания подозревать», что Голубева убили. Источники в американской разведке сказали, что такие заявления часто делают, чтобы предупредить других российских изгнанников: ссора с Кремлем может стоить им жизни.

Тем летом Скотленд-Ярд получил информацию, что российские спецслужбы планируют убийство Березовского. Убийцей должен был стать чеченец со связями в ФСБ Мовлади Атлангериев, который в июне прилетел в Хитроу, купил пистолет и попросил о встрече с Березовским. «Из всей информации, попавшей ко мне, следовало, что этот человек приехал, чтобы убить Бориса», — сказал BuzzFeed сотрудник специального отдела, занимавшийся его охраной. Березовский улетел в Израиль, а команда охраны задержала Атлангериева, пришедшего с оружием в вестибюль офиса олигарха. Но вместо того, чтобы предать его суду, британское правительство просто аннулировало его визу и посадило на самолет в Россию, отказавшись публично комментировать эту операцию. Впрочем, Березовский, неугомонный, как всегда, заявил журналистам, что пережил покушение на убийство, ответственным за которое считает лично Путина.

Криминальный Мовлади Атлангериев, убит в 2009 году

В декабре того же года Патаркацишвили — вторая половина партнерства «Борис и Бадри» — сообщил Скотленд-Ярду о попытке убить его, связанной с его политической деятельностью на родине — в Грузии. «У меня сто двадцать телохранителей, — сказал он газете Daily Telegraph, — но я знаю, что этого недостаточно. Я нигде не чувствую себя в безопасности».

Через два месяца его нашли мертвым.

12 февраля 2008 года у Патаркацишвили были встречи в Лондоне, затем он пообедал со своей семьей, а после обеда пожаловался, что плохо себя чувствует и ему надо прилечь. Родственники нашли его в спальне мертвым. Полиция Суррея сначала заявила, что рассматривает смерть как подозрительную, но быстро изменила позицию и объявила, что вскрытие не обнаружило ничего, что указывало бы на то, что 52-летний полный мужчина умер не от естественных причин.

Бывший советник Маргарет Тэтчер лорд Тим Белл, давний друг Патаркацишвили, виделся с ним в последний день его жизни. Когда они расстались, олигарх выглядел «совершенно нормально», сказал Белл и добавил: «А когда я добрался до дома, он был уже мертв». Он сказал, что узнал о смерти друга от Березовского, который позвонил ему и мрачно сказал: «Они добрались до Бадри». Белл согласен с Березовским в том, что их друга убили. «У них есть всякие вещи, которые могут убивать, не оставляя следов, — сказал он. — Британское правительство отступает, если подозрительная смерть связана с русскими, потому что не хочет их злить. Они не хотят признавать их виновными в чем-то, что может вызвать международные осложнения».

Официально объявили, что Патаркацишвили, как и Голубев, умер от сердечного приступа — согласно заявлению полиции Суррея, к этому заключению пришли «после очень тщательного токсикологического исследования»; таким же был и вердикт коронера. Но так же, как и в случаях с Моссом и Кертисом, британские разведчики тайно запросили у американских партнеров информацию о связях этих смертей с Россией, рассказали четверо сотрудников американской разведки. Они добавили, что и Патаркацишвили, и Голубев фигурируют в досье американской разведки, содержащих информацию о предполагаемых убийствах в Британии. Особенно сильны подозрения в связи со смертью Патаркацишвили, рассказали BuzzFeed два высокопоставленных источника в разведслужбах США.

Бывший высокопоставленный сотрудник MI6 сказал, что после смерти Литвиненко разведчики знали, что у России есть множество хитроумных химических и биологических средств, которые могут убивать так, что невозможно установить факт убийства, — часто они причиняют остановку сердца. «Когда заключения судмедэкспертизы не вполне ясны или не обнаружено ничего очевидного, это меня не особенно успокаивает, — сказал бывший разведчик. — Они проделали очень большую работу со средствами, которые трудно обнаружить и идентифицировать».

После смерти Патаркацишвили, сказал Браун, он стал все больше беспокоиться за Березовского. «Какая одинокая жизнь, — сказал он. — Вы никуда не можете пойти, за вами охотятся убийцы. Ваши друзья умерли от отравления радиоактивным веществом. Вам на самом деле недолго осталось. Я хочу сказать, он знал, что его ждет».

Тем временем, рассказал Браун, Янг превратился в затравленного человека — много пил, не знал меры в кокаине, общался с «сомнительными типами». В августе 2009 года он в три часа ночи позвонил в полицию и «заявил, что его собираются убить гангстеры и русская мафия», как записано в полицейских документах. Он не спал три дня и «весь день не ел и не пил ничего, кроме одного яйца по-шотландски», так как «считал, что его собираются отравить». Янг просил о «вооруженной охране» и «требовал известить MI5 и MI6”, говорится в документе. Но вместо этого полицейские направили его на психиатрическое обследование, отметив, что «нет никакой информации, подтверждающей его предположения о том, что его жизнь в опасности».

После перебранки полиция тем же вечером задержала Янга. В полицейском участке врачи пришли к заключению, что у него «паранойя с маниакальным оттенком» и «сложная система бредовых представлений». На основании закона о психическом здоровье его поместили в больницу Сент-Чарльз.

Там, как отметили врачи, Янг был подозрителен и беспокоен, постоянно в поту, то и дело пытался приставать к другим пациентам с поцелуями и раздеться. Бывший мультимиллионер обвинял медсестер в том, что они «в лиге КГБ», и пытался сбежать, выломав дверь палаты.

7 сентября Янг должен был прийти на слушания по делу о разводе с Мишель — ему грозил тюремный срок, если он не раскроет документальные свидетельства о потере состояния. Врачи из больницы Сент-Чарльз написали судье, что он не в состоянии предстать перед судом. Мишель была в ярости и требовала, чтобы Янга заключили в тюрьму за неподчинение. Но судья отложил слушания.

На следующий день врачи отметили «значительное улучшение»: Янг больше «не проявлял признаков психоза», хотя по-прежнему настаивал, но теперь уже спокойно, на том, что его страхи были оправданны. Его дочь Саша вспомнила, что отец позвонил ей из больницы и предупредил, что «за ним кто-то следит», что «что-то вот-вот случится» и что «они [дочери] должны быть в безопасном месте». Это был первый из трех случаев, когда Янг из-за опасений за свою жизнь оказался за решеткой. Как говорит Саша, он сказал ей, что для него психбольница была способом найти убежище, когда он чувствовал неминуемую опасность; что-то подобное он, судя по истории болезни, говорил и врачам.

Два источника, знакомых с Янгом, рассказали, что, не получив помощи от полиции, он стал искать защиты у семьи Адамсов — самой известно организованной преступной группировки в Британии. К этому моменту он уже двадцать лет был другом Патрика Адамса. На видео, отснятом частными детективами, нанятыми Мишель, запечатлена встреча Янга с главарем банды. Они долго сидели в пабе Barley Mow в Мэйфере, и частные сыщики отметили, что Янг благодарил своего седого собеседника в кожаной куртке, перед тем как они расстались у входа в паб. Сейчас Адамс отбывает девятилетний срок в тюрьме — он пытался застрелить предполагаемого информатора полиции, который лишь чудом выжил, — и его юристы не ответили на запрос о комментариях. Обратившись к криминальному главарю за помощью, Янг говорил своим близким, что теперь «ничего не случится», потому что «за ним присматривают».

Но потом двое его друзей один за другим умерли, и его страхи вернулись. Пол Касл и Робби Кертис были неразлучной парой жуликоватых торговцев недвижимостью, любивших швыряться деньгами; часто они обедали с Янгом и Березовским в Cipriani — его любимом итальянском ресторане в Лондоне. Касл играл в поло с принцем Чарльзом; друзья говорили, что он тратит на шампанское «больше денег, чем бог». Кертис в начале 2000-х годов разбогател на аренде роскошной недвижимости и любил хвастаться, что у него кода-то был роман с моделью Каприс. Как и Янг, два миллионера пережили впечатляющий финансовый коллапс; друзья рассказывали BuzzFeed, что оба попали в беду из-за рискованных сделок с гангстерами, связанными с русской мафией.

Первым умер Касл. Как следует из материалов дознания, 54-летний бизнесмен потерял все свои деньги во время финансового кризиса. Однажды утром в ноябре 2010 года он, как обычно, выпил чаю в отеле Grosvenor, а затем появился в своем офисе в Мэйфере явно в хорошем настроении. Но вдруг, как рассказали его друзья, ворвались бандиты из «опасной» группировки, связанной с Россией, стали ему угрожать и заставили отдать ценную коллекцию роскошных часов.

Непосредственно после этого Касл ушел из офиса и направился на станцию метро Бонд-стрит. Камеры видеонаблюдения на станции запечатлели, как он, вытянув руки, прыгнул на рельсы перед прибывающим поездом. После его смерти несколько друзей анонимно сообщили прессе, что его заставили это сделать «очень, очень опасные люди», связанные с русской и турецкой мафией, которые угрожали убить его медленно и мучительно, если он сам не покончит с собой. Коронер признал, что это было самоубийство.

Кертис был потрясен и крайне напуган смертью Касла. Друзья рассказали, что у него тоже были проблемы с той же связанной с Россией бандой, что и у Касла. В декабре 2012 года, через два года после самоубийства друга, Кертис тоже бросился под поезд метро на станции Кингсбери. Знакомые Кертиса, пожелавшие остаться анонимными, опасаясь мести, сказали, что «всем известно», что Кертиса убили. За пару лет до этого, рассказали они, преступники выбросили его из окна, а незадолго до смерти он, как и Янг, искал защиты у лондонской криминальной группировки. Как они говорят, он сказал гангстерам: «Мне нужно быть уверенным, что со мной ничего не случится», а они ответили: «Извини, уже поздно. Тебя уже заказали».

Через два года еще один участник обедов у Cipriani — британский антрепренер, бывший менеджер рок-группы Tears for Fears Джонни Эличаофф — разбился насмерть. Он прыгнул с крыши лондонского отргового центра в 2014 году, потеряв все деньги в нефтяной сделке, обернувшейся катастрофой.

Полиция посчитала все три случая очевидными самоубийствами и ничего не сделала, чтобы расследовать причастность к ним мафии. Но у британских разведчиков были подозрения, что эти смерти могут быть связаны с Россией и, как рассказали американские источники, тайно обратились к США за информацией. Касл, Кертис и Эличаофф упоминаются в досье американской разведки о предполагаемых убийствах в Британии; источники в разведслужбах рассказали Buzzfeed, что эти случаи, возможно, свидетельствуют о «серии самоубийств», спровоцированных с помощью тактики манипуляций и запугивания. Как сказал один высокопоставленный американский разведчик, «могла ли Россия довести этих людей до самоубийства?»

Четыре бывших британских детектива рассказали BuzzFeed, что с 2000 года в Лондоне начался взрывной рост активности русской мафии и что российские организованные преступные группы известны «крайним насилием» и готовностью убивать. Один из детективов казал, что британская полиция совершенно не готова к борьбе с усилением русской мафии и годами смотрит на то, что она делает, сквозь пальцы. «У полиции фактически нет возможностей добраться до этих людей. Существует языковой барьер, и в их среду очень трудно проникнуть, — сказал он. — Русские загнали полицию в угол».

Янг к этому моменту был настолько испуган, что не решался даже говорить о смерти Кертиса по телефону — он боялся, что его разговоры прослушивают, рассказали друзья. И за ним действительно следили: в начале 2012 года его жена Мишель, надеясь найти спрятанные им деньги, в течение нескольких месяцев платила команде специалистов по слежке, следовавших за ним пешком и в минивэнах, отслеживавших каждый его шаг.

Они увидели, как он ведет переговоры в эксклюзивных лондонских барах и ресторанах, посещает лучшие пятизвездочные отели, ходит на вечеринки в Boujis со своей новой подружкой — моделью и участницей реалити-шоу Ноэль Рено. Однажды в феврале, рассказал BuzzFeed частный детектив, команда слежки прошла за ним до пятизвездочного отеля Dorchester, где он часто бывал. Янг поднялся в номер на одном из верхних этажей, а позже, когда спустился, дрожал и был бледен как смерть. Он со всех ног помчался в свою квартиру; его сфотографировали выходящим из нее с чемоданами, костюмами и рубашками в руках. Он направился в близлежащий отель Columbia, двухзвездочный, давно нуждающийся в ремонте, совершенно не похожий на те дорогие заведения, в которых он обычно бывал. Как рассказывает частный детектив, он расплатился наличными и поселился под псевдонимом.

Позже Янг рассказал друзьям, что в Dorchester «громилы», работающие на русскую мафию, высунули его из окна и угрожали сбросить вниз.

Детективы, нанятые его женой, прошли за ним до второго отеля, где заглянули в его номер. В одном из записанных ими телефонных разговоров Янг обсуждал возможность передачи «бумаг» некоему человеку в России и сказал неизвестному, позвонившему ему, что Березовский «старается не светиться».

Младшая дочь Янга Саша сказала, что в это время он один раз позвонил ей; отец тогда показался ей «очень странным и очень испуганным». Он сказал, что ей с сестрой и матерью нужно уехать в какое-нибудь безопасное место.

И как раз тогда с Мишель совершенно неожиданно связался человек с посланием из Москвы. Российское государство хотело, чтобы она посетила страну.

Опасное приглашение

Хмурым февральским утром в 2012 году самолет «Аэрофлота» приземлился в Шереметьеве. Кругом лежали высокие сугробы. Мишель и ее юрист прошли через зал прилетов и сели в машину, которую прислал человек, организовавший визит, — Хауард Хилл, лондонский частный детектив, у которого, как он хвастался, была прямая линия связи с российским правительством.

Хилл предложил сделку: Мишель расскажет прокуратуре о бизнесе Янга в России и его связи с Березовским, а прокуроры расскажут ей все, что им известно о деньгах Янга. К этому моменту Янга вынудили ответить на вопросы о «проекте Москва» в суде, а файлы, имеющие отношение к проекту, были обнаружены на жестком диске, изъятом по предписанию судьи. Раскрылся секретный план закачивания в проект денег Березовского, Янг же назвал тайный платеж «личным займом», который должен был помочь ему «удержать схему на плаву». Переписка показывает, что юрист Мишель дал своему помощнику указание отсортировать документы, связанные со схемой, так как «их надо было скопировать для России».

Мишель улетела в Москву на встречу с заместителем генпрокурора Вадимом Яловицким. Яловицкий был настолько лояльным и преданным слугой Кремля, что ему поручили задание помешать детективам из Скотленд-Ярда, приехавшим в Москву в 2007 году для расследования смерти Литвиненко. Он ограничил их доступ к одному из подозреваемых, Дмитрию Ковтуну, которого российское государство защищало от обвинений.

Подробности встреч Мишель в Москве содержатся в электронной переписке и рукописных заметках, нахдящихся в распоряжении BuzzFeed. Как рассказала Мишель, на встрече с ней 13 февраля Яловицкий прямо сказал, что у прокуроров «есть информация о Скоте». Впрочем, было одно препятствие: следователь, собравший информацию, попал в больницу, поэтому в тот самый день увидеть его не удастся. Но, как вспомнила Мишель, прокурор сказал,что не будет возражать, если она передаст ему жесткие диски, которые привезла с собой. Мишель отказалась.

На следующий день, после роскошного обеда в компании прокуроров и государственных чиновников, Хилл написал по электронной почте адвокату Мишель о высоком чине из ФСБ, который очень сильно интересуется Янгом, — тот сказал, что у спецслужбы есть «важное досье» на него. Но Мишель так ничего и не получила и вернулась домой.

В течение следующих нескольких недель Хилл периодически передавал ей просьбы прокурора и загадочной «второй группы» из России передать им последние фотографии Янга и его паспортные данные, потому что, по объяснению Хилла, они подозревали, что «несколько лет назад он мог побывать в России по фальшивым документам». Юрист Мишель передал им дату рождения Янга и несколько фотографий; продолжились переговоры о второй поездке Мишель в Россию для встречи с главным следователем. Но потом дверь захлопнулась. Хилл сообщил, что в прокуратуре ему заявили, что больше не готовы к сотрудничеству. Хилл отказался комментировать эту историю.

К тому моменту российские прокуроры предприняли решительное наступление на глобальную бизнес-империю Березовского. В сотрудничестве с властями Франции и Швейцарии они конфисковали яхты и роскошные виллы, десятки миллионов долларов были заморожены на его иностранных счетах. Когда Кремль мертвой хваткой вцепился в его финансы, Березовский начал несколько запредельно дорогостоящих судебных процессов, пытаясь выцарапать деньги у бывших партнеров, в том числе Фомичева и вдовы Патаркацишвили, но самым губительным для него стал процесс против нефтяного магната и владельца футбольного клуба «Челси» Романа Абрамовича.

Разразились споры и из-за New World Value Fund — трастового фонда, когда-то использованного Стивеном Кертисом для помещения денег и активов, выведенных Борисом и Бадри из России. Секретные документы показывают, что Янг принял в этом участие, попытавшись заключить соглашение о разделе фонда между некоторыми из враждующих сторон. Контуры сделки были намечены в рукописных заметках Янга, найденных в его квартире; другие документы свидетельствуют, что договоренность была подписана в 2011 году. Это было последнее совместное дело Березовского и Янга перед смертью обоих. На следующий год сделка привлекла пристальное внимание опасного противника из России.

После убийства Литвиненко в Лондоне Луговой стал депутатом Госдумы, находящейся под полным контролем Кремля, и получил иммунитет от уголовного преследования. Голубоглазый светловолосый убийца в декабре 2012 года произнес в Думе громоподобную речь, призывая применить самые суровые меры ко всем, кто оказывает финансовую помощь Березовскому — его бывшему работодателю, — а в особенности к тем, кто участвовал в разделе New World Value Fund.

К этому времени Березовский проиграл судебный процесс против Абрамовича, и ему грозила финансовая катастрофа, а это означало, что иссякнет финансирование антикремлевских политических движений. Луговой радостно рассказывал, что олигарх принимает антидепрессанты и летает из Лондона в Израиль эконом-классом, а не на личном самолете, как когда-то. Но Луговой завил, что узнал о том, что Березовский должен получить $250 млн от продажи активов, принадлежавших New World Value Fund и что «печально известный магнат-негодяй» собирается потратить часть этой суммы на финансирование новых акций против Кремля. Луговой обвинил тех, кто участвовал в разделе трастового фонда, в крайнем цинизме, подлости, бесстыдстве в высшей степени. Он также сказал, что передал прокурорам и ФСБ информацию об укрывательстве имущества, связанного с Березовским, в России, Украине и Грузии.

В то время у всех, кто был связан с Березовским, были основания бояться. В интервью BuzzFeed Фомичев сказал, что поддерживает российское государство, и отрицал, что опасался наказания за свое сотрудничество с Березовским, отношения с которым у него, по его словам, прекратились в 2002 году. Но во время судебного процесса о замороженном кредите его юристы настаивали, что свидетельствовать в суде опасно для его жизни: «Тех, кто сотрудничал с Березовским, и даже его бывших и остающиеся друзей активно преследуют в судах различных стран; они ищут убежища за пределами России, некоторые из них умерли — не не все естественной смертью». Фомичев сказал BuzzFeed, что это был «тактический ход».

Через несколько месяцев еще один частный детектив, прежде общавшийся с Мишель и утверждавший, что у него есть связи с ФСБ, снова связался с ней. Сообщение, которое он передал, как она рассказала, было пугающим: «Борисом Березовским занимаются, и это закончится мешком для тела».

Кто обидит Путина, тот исчезнет

Когда телохранитель Березовского Ави Навама рано утром 23 марта 2013 года вернулся в его дом, выполнив какое-то поручение, дверь ванной была заперта. Он постучал, ответа не было. Что было особенно странно, на мобильном телефоне олигарха были сообщения о пропущенных звонках, которые он редко оставлял без внимания. Навама, бывший агент Моссада, охранявший Березовского шесть лет, вышиб дверь ногой. Березовский был распростерт на спине на полу ванной, на шее был завязан обрывок его любимого черного кашемирового шарфа. Другой кусок шарфа прямо над ним свисал с металлической перекладины душевой кабины. Березовский был мертв.

К моменту своей смерти Березовский был сломленным человеком. Его иск к Абрамовичу закончился катастрофой — разрушил его финансы и уничтожил репутацию. Ему пришлось расстаться с любимым поместьем Уэнтуорт-парк и поселиться в доме бывшей жены в Аскоте; как говорят и его друзья, и семья, он впал в глубокую депрессию. Его финансовое положение было таким отчаянным, что он брал крупные займы у главарей русской мафии, но, как рассказали BuzzFeed несколько его друзей и источников в правоохранительных органах, не мог найти способа вернуть долги. Навама и дочь березовского Елизавета рассказали полиции, что в последние месяцы жизни олигарх иногла говорил о том, как со всем этим покончить. В ванной, где лежало тело, не было следов борьбы. Полиция быстро заявила, что в его смерти не было ничего подозрительного.

Некоторые из друзей Березовского, бывшие свидетелями его депрессии, поверили, что он покончил с собой, другие же были убеждены, что он стал жертвой российских убийц, которые годами за ним охотились. «Бориса замочили», — сказал Браун. Лорд Белл, еще один близкий друг, сказал, что у него нет сомнений в том, кто стоит за смертью Березовского: «Кто обидит Путина, тот исчезнет». Члены его семьи тоже были уверены, что его убили, и не были готовы позволить полиции спустить дело на тормозах.

Через год открылось дознание, которое привлекло огромное общественное внимание. Сотрудники полиции Суррея и Скотленд-Ярда старались убедить коронера, что олигарх покончил с собой. Но в схватку с ними вступила взрослая дочь Березовского Елизавета, которая настаивала, что ее отца убили по приказу Владимира Путина. Коронер Питер Бедфорд выслушал свидетельство эксперта-патологоанатома из министерства внутренних дел доктора Саймона Пула, который проводил вскрытие и заключил, что повреждения, полученные Березовским, вызваны повешением. Но Елизавета наняла видного немецкого специалиста по асфиксии доктора Бернда Бринкмана; тот изучил фотографии тела Березовского и заявил, что «странгуляционная борозда совершенно не похожа на ту, которая бывает при повешении», — круглая, а не V-образная. А первый санитар, появившийся на месте смерти, сообщил дознанию, что ему показалось «странным», что лицо Березовского было темно-фиолетовым, в то время как повешенные обычно бывают бледными.

Кроме всего прочего, на затылке Березовского обнаружили свежую рану, а одно ребро было сломано. На перекладине душа нашли неидентифицированные отпечатки пальцев. Полиция считала, что Березовский получил травмы, когда тело упало с перекладины, и заключила: «Мы уверены, что мистер Березовский покончил с собой». Но Елизавета предложила дознанию совершенно иную версию: «Я считаю, что многие люди заинтересованы в смерти моего отца», — сказала она. На вопрос Бедфорда о том, знает ли она, кто эти люди, Елизавета ответила: «Да, я думаю, все мы знаем». Она сказала, что российское государство хотело заставить ее отца замолчать, и, по ее мнению, это ему удалось. «Он говорил, что Путин опасен для всего мира, и теперь вы это видите», — сказала она.

Из-за противоречивых свидетельств коронер заявил, что не в состоянии без разумных сомнений установить причину смерти Березовского. Дознание завершилось открытым вердиктом.

Несколько высокопоставленных сотрудников контртеррористической службы, которые годами отслеживали постоянные угрозы Березовскому, сказали BuzzFeed, что всегда подозревали, что его наконец убили. Бывший начальник контртеррористической службы Скотленд-Ярда Уолтон рассказал, что его починенные исследовали обстоятельства смерти Березовского «очень тщательно» и не смогли найти свидетельств убийства, но он так и не может отделаться от «остающегося сомнения». Дэвенпорт, другой сотрудник контртеррористической службы, имевший отношение к делу Березовского, сказал, что в некоторых случаях, когда российские агенты «убивали кого-то и имитировали самоубийство», они «так качественно это делали, что и в медицинском, и в юридическом плане все указывало на суицид», хотя данные разведки и говорили о противоположном. Хитроумные агенты мастерски подбрасывали свидетельства того, что погибший в последнее время был, «скажем так, подавлен, беспокоен, как будто терял контроль», таким образом готовились к инсценированному самоубийству, сказал он.

Об этом не объявляли публично, но BuzzFeed узнал, что британские разведчики получили от американских партнеров данные, подразумевающие, что Березовского убили. Хотя они не могут с уверенностью утверждать, что убийство совершено по приказу Кремля, свидетельства, связывающие смерть олигарха с Россией, по мнению четырех источников в американской разведке, смотрятся в высшей степени убедительно.

Янг к этому моменту превратился в тень себя прежнего: день и ночь за ним охотились рассерженные кредиторы, еще больше он был напуган угрозами, с которыми, по его мнению, столкнулся, и из последних сил он старался сохранить тайны его совместных с Березовским дел. После семи лет такой жизни, 65 судебных слушаний о разводе и трех месяцев в тюрьме за неуважение к суду он так и не смог представить удовлетворительное объяснение исчезновения его состояния. Судья Высокого суда вынужден был вынести окончательное решение, не основанное на строгих доказательствах: «Сделав все что могу, я нахожу, что ему все еще принадлежат £45 млн, скрытые от суда». Янга обязали отдать Мишель половину этой суммы и еще несколько миллионов на покрытие ее судебных издержек. Судья признал, что «у жены будут трудности при реализации этого решения», но сказал Янгу, что «этот долг будет существовать всегда».

Офшорный юрист Стивен Джонс, который организовал возврат денег, вложенных в «проект Москва», остававшийся в тесном контакте с Янгом, рассказал, что в 2014 году сильно пьющий, живущий на широкую ногу махинатор внезапно обратился к религии. Они вдвоем каждую среду ходили на вечернюю церковную службу, а потом обедали в доме Джонса. Но любой, кто знал Янга, мог увидеть, что он вовсе не был спокоен, и Джонс несколько раз замечал, что за ним по пятам ходит «небритый человек с внешностью громилы»; юрист сказал, что Янг становился все более нервным и отчаянным.

Холодным декабрьским утром, когда в конце концов пришла ужасная весть, Мишель первая из семьи Янга узнала об этом. Дрожа, она пришла в спальню младшей дочери и сказала: «Твой отец выпрыгнул из окна». Саша не поверила. За несколько дней до этого отец звонил ей и сказал, что собирается ради своей безопасности лечь в психбольницу и несколько дней будет вне досягаемости.

Саша позвонила своей сестре Скарлет, и они отправились в больницу, чтобы проверить, не там ли их отец. Но Янга там не было. В слезах они стали звонить в полицию и напрасно умоляли сообщить им хоть какие-то факты; санитары принесли им полотенца, чтобы вытереть слезы. Тогда они со своих мобильных телефонов вышли в интернет и нашли заметки о смерти Янга. Там говорилось, что он упал из окна своей спальни с высоты пятого этажа на острые прутья железной ограды и пришлось вырезать целую секцию ограды, чтобы увезти его тело. Девушки в шоке выбежали из больницы, во дворе обеих вырвало. «Мы не просто потеряли отца, мы потеряли его так страшно», — сказала Саша.

И только в восемь вечера полицейские наконец появились в их квартире — через два дня после падения. Они сказали, что их отец покончил с собой и его смерть не расследуется.

Царапины на подоконнике

На следующий день в Лондон приехал Браун и вместе с Сашей и Скарлет начал искать ответы.

Первым делом они поговорили с невестой Янга Рено. Она рассказала им то же, что и полиции, — что она и Янг расстались перед тем как он отправился в больницу, а примерно в половине четвертого дня 8 декабря он неожиданно вернулся домой — она как раз ждала слесаря, который должен был поменять замки. У них случилась ссора, и Янг отказался уезжать. Во время ссоры она случайно уронила один из двух своих телефонов в унитаз, и после того как слесарь поменял замки, пошла купить новый, оставив Янга внутри. Пока она шла, Янг позвонил ей по второму телефону и сказал: «Я сейчас выпрыгну. Оставайся на линии, и ты услышишь». Она повесила трубку, а через несколько минут он упал — примерно в четверть шестого. Рено отказалась говорить с BuzzFeed.

Саша и Скарлет никак не могли совместить эту историю с тем спокойным и бодрым тоном, которым отец в те же дни говорил с ними по телефону. В 5:08 он позвонил Скарлет, звонок записала голосовая почта, и у нее сохранилась запись: «Привет, Скарлет, я просто хочу сказать, что очень тебя люблю, ужасно скучаю по тебе, я в полном порядке, не беспокойся обо мне. Люблю тебя. Пока!» Она прослушивала это сообщение, наверное, тысячу раз, пытаясь понять, что это значит. Минутой позже — всего за пять минут до падения — он позвонил Саше и тоже сказал, что любит ее, а еще — что перезвонит ей утром. Для самоубийц не так уж необычно оставлять своим близким сообщения, которые не выдают их намерений, но ни одна из дочерей Янга не могла поверить, что эти звонки означали последнее прощание.

Потом они с Брауном отправились на место смерти отца. Он и уже побывали там накануне, тогда дверь квартиры еще была опечатана, и они заметили свет в окне наверху. На этот раз они вошли через дверь, которую вышибла полиция, и оказались там, где Янг провел последние минуты жизни.

Квартира с белыми стенами и кремовым ковром была безупречно чиста. Они прошли в спальню и направились к окну, из которого упал Янг. Они приподняли створку, она поднималась всего на полметра — примерно на длину руки от локтя до кончиков пальцев. «Как только я увидела окно, я поняла, что он не мог этого сделать, — объяснила Саша. — Окно такое маленькое, а н был такой высокий, ему потребовалось бы несколько минут, чтобы выбраться из него».

Совсем уже странно было, что они нашли банку диетической колы, пачку сигарет с ментолом и зажигалку, аккуратно разложенные на узком подоконнике. «Зажигалки тонкие и хрупкие, — сказала Саша. — Если бы он пытался вылезти в окно, она упала бы на пол и разбилась, а кола расплескалась бы. Но они были в идеальном порядке». Высунувшись из окна, они посмотрели вниз и увидели то последнее, что видел в жизни их отец, — острые зубья железной ограды внизу. Они не понимали, зачем он пролез через такую маленькую щель, чтобы броситься на эти острия, особенно если учесть, что у него был неодолимый страх высоты. И тогда они заметили то, от чего похолодели.

По обе стороны наружного подоконника на грязной поверхности были едва заметные царапины — примерно на расстоянии пальцев руки. «Думаю, это он боролся за жизнь», — сказала Саша.

Они сфотографировали квартиру внутри, открытое узкое окно и отметины на подоконнике. Это уже было больше, чем сделала полиция. Две молодые женщины открыли гардероб, и обе оделись в больше отцовские джемперы, еще хранившие его запах. Потом они решили встретиться с полицией.

Они встретились с сержантом-детективом Кристофером Пейджем — старшим в группе, установившей, что смерить их отца не была подозрительной. Сохранилась запись их разговора — две дочери сказали Пейджу, что отец звонил им в субботу незадолго до смерти, чтобы сказать, что он в опасности. Они сказали, что он был знаком «со многими неприятными типами», в том числе «многими российскими олигархами», и «постоянно» предупреждал их, что «им надо быть осторожными, ему надо быть осторожным, всем надо быть осторожными из-за этих субъектов». Они подчеркнули, что несколько друзей и партнеров отца умерли при подозрительных обстоятельствах, в том числе Борис Березовский и Робби Кертис.

На Пейджа это не подействовало. Рассказа Рено о звонке Янга в последнюю минуту с угрозой выпрыгнуть из окна оказалось достаточно, чтобы посчитать ненужным любое расследование. «С нашей точки зрения, это ясное дело, — сказал им детектив. — Он грозился совершить самоубийство, сам описал метод — и это случилось».

Скарлет была в ярости. «Мы хотим записи с камер наблюдения, — настаивала она. — И обследовали ли как следует квартиру? Вы сняли отпечатки пальцев? Вы вообще хоть что-нибудь сделали?» Пейдж возразил: «При таких обстоятельствах это не требуется».

В конце концов Пейдж все же согласился проверить камеры наблюдения в округе, но позже полиция признает, что записи никто не отсматривал, пока чеез шесть месяцев этого не потребовал коронер. Оказалось, что в момент падения Янга все камеры на площади были повернуты в сторону, противоположную окну.

Это никогда не исчезнет

Сестры рассказали, что на похоронах, на которых присутствовали двести человек, к ним подошел незнакомый мужчина и предупредил их, чтобы они «перестали задавать вопросы» о том, как умер их отец, потому что это «небезопасно». Все стало совсем странно, когда Браун собрался произнести свое прощальное слово, а викарий представил его как «одного из последних выживших участников «проекта Москва».

Дознание по делу Янга было в июле 2015 года. Коронер Ширли Радклифф сначала выслушала показания доктора Рэйчел Берг — психиатра, которая выписала его из больницы Гордона в день смерти. Она сказала, что 4 декабря, когда Янг пришел в больницу, у него был «маниакальный эпизод», так как «он говорил, что слышит голоса и чувствует себя в опасности, потому что его собираются убить». Он говорил, что иногда ему хочется прыгнуть с балкона, но его останавливают мысли о дочерях. После четырех дней в больнице Янг был «в стабильном состоянии и хорошем самочувствии» и отвергал свякие мысли о том, чтобы как-то себе навредить. Предположив, что маниакальный эпизод мог быть вызван употреблением кокаина, она признала, что он достаточно здоров, чтобы идти домой, и он покинул больницу примерно в половине третьего дня.

Берг сообщила дознанию, что было крайне маловероятно, чтобы у Янга случился новый приступ сразу после выхода из больницы, если только он не принял большую дозу кокаина. Но токсикологический анализ показал, что он был чист и трезв, когда упал. Адвокат дочерей Янга Жаклин Джулиан продемонстрировала голосовую почту, которую он оставил Скарлет, и попросила психиатра прокомментировать, что эта запись говорит о состоянии его рассудка. «Единственный вывод, который я могу сделать: признаков маниакального состояния здесь нет, — ответила она. — Это нормально и соответствует его состоянию в тот момент, когда я выписала его из больницы».

Следующим выступал доктор Натаниэль Кэри, патологоанатом министерства внутренних дел, который проводил вскрытие. Он заявил, что помимо повреждений, полученных при падении на прутья ограды, у Янга также была «серьезная травма головы», царапины на руках, запястьях и большом пальце, а также порез на кончике среднего пальца. Джулиан хотела узнать, как он мог получить эти повреждения. Кэри ответил, что, вероятно, Янг «задел что-то, пока летел», и добавил, что «иногда люди бьются о козырьки». Но в доме на Монтегю-сквер не было никаких козырьков, и никто не проверял, мог ли он вообще что-то задеть в падении.

О ранах на руках Янга патологоанатом сказал, что они «типичны для падений», потому что «люди могут за что-то хвататься, чтобы удержаться». За исключением, конечно, случая Янга, если он выбросился из окна намеренно. Адвокат спросила, исследовал ли патологоанатом подоконник, чтобы проверить, соответствуют ли отметины на нем повреждениям. «Это работа полицейских, обследующих место происшествия», — сказал он.

Когда трибуну занял сержант-детектив Пейдж, Джулиан показала ему фотографию царапин на подоконнике и спросила, исследовали ли их полицейские на месте происшествия. «Я их не видел, было темно», — ответил он. Тогда адвокат спросила, видел ли он их, когда вернулся в квартиру при дневном свете. «Я не возвращался», — ответил детектив.

Он признал, что окно было настолько маленьким, что «выбраться из него было трудно»; расправив руки, как Супермен, он заявил, что Янг «сначала вылез вперед, высунув руки». Джулиан хотела знать, почему полицейские закрыли окно перед тем как его сфотографировать, а не оставили открытым, чтобы запечатлеть ту узкую щель, через которую, как они считают, выпрыгнул Янг. «Это потому что ветер мог перемениться, а мы не хотели потерять материалы для экспертизы», — ответил Пейдж. Но никакой экспертизы полицейские не проводили. Адвокат спросила, как Янг мог упасть на ограду, которая находится в метре от стены. «Не имею понятия. Такие вещи рассматривают в случае подозрительной смерти, но эта смерть нет была подозрительной», — ответил полицейский.

В конце слушаний коронер сказала, что, хотя она верит, что «полиция совершенно права в том, что подозрительных обстоятельств нет», она также не может игнорировать свидетельства дочерей Янга и нескольких его друзей о том, что он за несколько минут до смерти спокойно и рационально разговаривал по телефону, и отметила, что не было представлено никаких свидетельств, объясняющих отметины на подоконнике, которые полиция не заметила, и траекторию паления тела из окна на ограду. «Я пришла к выводу, что что представленных свидетельств недостаточно, чтобы установить состояние его рассудка и его намерения, когда он выпал из окна», — сказала она. Коронер вынесла открытый вердикт.

Это была победа Саши и Скарлет, которые не хотели, чтобы смерть их отца списали на самоубийство. Но у них все еще не было настоящего ответа на вопрос, как встретил смерть их отец. «Люди могут читать об этом и думать, как это ужасно, как шокирует, но для них это просто история, а для нас — наша жизнь, — сказала Саша. — Мне все время его не хватает, и это не то, что может исчезнуть».

Редакция BuzzFeed выяснила, что, хотя полиция закрыла дело, отрицает версию о российских связях и возражает версиям семьи и друзей Янга, британские разведслужбы негласно интересовались у своих американских партнеров, могли ли рискованные связи с Москвой в конечном счете привести к его гибели.

Четыре высокопоставленных источника в американской разведке сказали BuzzFeed, что подозревают, что Янга убили; его смерть для американских разведчиков — одно из оснований считать, что российская кампания убийств по всему миру ускоряется. «В последние два года Кремль агрессивно старается уничтожить или заставить замолчать своих врагов по всему миру, — сказал один высокопоставленный чиновник. — Особенно в Британии».