Кампания из трех букв

Можно ли утверждать, что решение об участии Владимира Путина в президентских выборах уже принято? С чем кандидат номер один выйдет к избирателям? И решится ли конкурировать не только с фейковыми оппозиционерами — размышляет THE NEW TIMES

Прямого ответа на один из двух главных вопросов президентских выборов-2018 до сих пор нет. Владимир Путин ни разу прямо не заявил, что собирается принимать в них участие. Это создает напряженность в околовластных группировках: с одной стороны, появляется соблазн поиграть в преемника, с другой — понятно, что, как только «сам» объявит себя кандидатом номер один, цена такой игры станет для игроков непомерно высокой. Да и в целом интрига выглядит очень надуманной: и политологами, и народом, и элитами четвертый срок Путина воспринимается как нечто предрешенное и неизбежное. Отсюда — постоянные утечки из администрации о том, как именно Путин собирается выигрывать очередные выборы. Как будет выстроена кампания, и кому придется изображать соперников бессменного президента в гонке с предрешенным результатом.

Откровение из лимузина

Ожидалось, что ответ на вопрос об участии или неучастии в выборах Путин даст в ходе «Прямой линии». Генераторы слухов из числа тех, кого в СМИ принято назвать «анонимными источниками, близкими к администрации президента», подогревали эти ожидания. Рассказывали, что линия, традиционно проходящая весной, потому и перенесена на июнь, что президент еще не принял главного решения… Намекали то на общую усталость национального лидера, то на проблемы со здоровьем… Предсказывали, что допущенные задавать вопросы президенту граждане едва ли не хором станут просить его остаться и он снизойдет к просьбам подданных.

Затянутая беседа явно обеспеченного человека с людьми, проживающими в нечеловеческих условиях, разочаровала тех, кто рассчитывал получить немедленный ответ, — станет ли Владимир Путин Путиным четвертым, или спрячется на четыре года за спину очередного (а то и того же самого) бессмысленного Медведева. Хотя при желании ответ в тексте «Прямой линии» отыскать все-таки можно, причем ответ даже по-своему элегантный. Путина спросили, почему первые лица страны не ездят на отечественных машинах. Он назвал вопрос «не очень важным» и добавил — работа идет, к концу 2018 года линейка отечественных машин представительского класса будет создана, а он и другие «первые лица» пересядут в лимузины российского производства. Иными словами — и речи нет ни о какой пенсии, в следующем году, уже после выборов (выборы весной, в марте), Путин по-прежнему видит себя в числе «первых лиц». Это как минимум.

Отмечали также, что на вопрос о преемнике президенту явно было скучно отвечать, из чего делался вывод, что он и не размышлял всерьез ни о каких иных кандидатурах на выборы помимо своей. Но это уж совсем кремленология — гадания по интонациям и выражению лица немолодого человека, которого четыре часа разговоров о свалках и бараках явно утомили.

Суд грядет

Свежая утечка от РБК — «источник в администрации президента» утверждает, что первые наброски сценария президентской кампании Путина уже есть, она будет строиться вокруг трех основных понятий: справедливость, уважение, доверие. Трудно не заметить здесь своеобразный «привет», который команда первого заместителя главы администрации президента Сергея Кириенко передает своим предшественникам. У Вячеслава Володина на парламентских выборах был КОЛ (конкурентность, открытость, легитимность). Кол в Россию вбили, на повестке дня — СУД.

Никакой особой новости здесь нет. Вокруг указанных трех понятий строилось Послание президента Федеральному собранию-2016 (за подготовку документа как раз и отвечал Кириенко). В самом начале своей речи Путин заявил: «Принципы справедливости, уважения и доверия универсальны. Мы твердо отстаиваем их — и, как видим, не без результата — на международной арене. Но в такой же степени обязаны гарантировать их реализацию внутри страны, в отношении каждого человека и всего общества», и затем не раз в ходе выступления призывал собравшихся уважать граждан, историю и страну.

У Вячеслава Володина на парламентских выборах был КОЛ (конкурентность, открытость, легитимность). Кол в Россию вбили, на повестке дня — СУД

Однако есть политтехнологическая аксиома: в России кампании, которые строятся только вокруг определенного комплекса ценностей, не имеют особенного успеха. Нужна конкретика, «мясо», список понятных проблем, требующих решения.

И в этом плане показавшаяся многим бессодержательной «Прямая линия» все-таки является важной заявкой на старт кампании. Разговор у президента с народом вышел совсем не веселый. В эфир попали по-настоящему мрачные, а то и трагичные сюжеты, что довольно необычно для шоу этого типа (вспомним умирающую от рака девушку из Апатитов, жителей «вагонообразований» в Нягани, жертв пожаров и наводнений, которым чиновники на местах отказали в помощи).

Это — поперек пропаганды последних лет — задает образ страдающей, обездоленной, нуждающейся в помощи страны. И можно предположить, что, слегка отвлекшись от внешнеполитических успехов, президент-избавитель в ходе кампании сосредоточится на социальных бедах. Вернет обездоленным уважение и справедливость.

Кстати, он ведь уже начал. Жертвам наводнений и погорельцам помогли еще в ходе «Прямой линии», чуть позже Путин в прямом эфире государственных телеканалов закрыл свалку в Балашихе, на которую ему же и жаловались жители Подмосковья. Тут можно было бы задуматься, не являются ли названные и пока не названные беды россиян хотя бы в некотором смысле результатом предшествующих 17 лет его правления, но это, разумеется, не тема кампании Путина-утешителя, Путина четвертого срока.

В этом подходе есть риск, но риск сознательный: ощущение того, что страна находится в очень непростой ситуации и есть только один человек, способный страну защитить, должно сработать на мобилизацию электората и повысить явку.

Лидер и дети

По данным источников NT, президент уже довольно давно озабочен своей не особенно высокой популярностью в среде молодежи, причем появилась эта озабоченность еще до выступлений оппозиции 26 марта и 12 июня. Путин явно не хочет становиться президентом пенсионеров и тех регионов, которые политолог Дмитрий Орешкин называет электоральными султанатами.

Утверждалось, например, что настоящим стартом президентской кампании можно считать состоявшуюся в конце декабря прошлого года встречу с сотрудниками одного из предприятий Челябинска. Путин тогда пошел не просто к рабочим, а к рабочим совместного предприятия Челябинского трубопрокатного завода и РосНАНО, к молодым профессионалам, имеющим дело с технологиями будущего. Им он тогда тоже пообещал уважение и справедливость, вяло поругал оппозицию, а заодно сообщил, что настоящая его мечта — «успешно завершить карьеру и отправиться путешествовать». Но, видимо, время для успешного завершения карьеры пока не пришло.

Зато самое время для активизации работы с молодежью. 24 июня Владимир Путин посетил «Артек», попробовал испеченные пионерами блины, поговорил о службе в разведке, журналистской этике и вреде алкоголя. По сведениям NT, впереди у президента — гастроли по другим молодежным лагерям, лето предстоит напряженное.

Слегка отвлекшись от внешнеполитических успехов, президент-избавитель в ходе кампании сосредоточится на социальных бедах. Вернет обездоленным уважение и справедливость

Правда, здесь с темами для кампании все не очень понятно. Настоящие предложения для молодежи от государства — милитаристский жар «Юнармии» и прочих подобных объединений, непрекращающийся поток запретов от депутатов и сенаторов и унылые лекции в школах и вузах о вреде участия в митингах. Повестка оппозиции оказалась явно более привлекательной как раз для молодых людей.

А Путин — не только хозяин системы, но и ее заложник, и даже ему не по силам взять и просто остановить работу машины пропаганды, отталкивающей молодежь. Все-таки эта работа годами настраивалась.

Фактор N

Но есть и еще один вопрос, обсуждения которого Кремль избегает, как может. А кого, собственно, побеждать? Григорий Явлинский и Владимир Жириновский уже заявили об участии в выборах, Геннадий Зюганов и Сергей Миронов «не исключают возможности». Но этот набор фиктивных политиков, мальчиков для битья, даже если разбавить его какими-нибудь откровенными клоунами (мы ведь помним времена, когда на президентские выборы ходил, например, масон Андрей Богданов) — откровенно говоря, так себе фон для триумфа.

Понятный соперник — рядом и не устает напоминать о себе. Причем напоминает успешно: пропаганда уже не может игнорировать Алексея Навального. В «Вестях недели» появляются разоблачительные сюжеты, герои расследований Фонда борьбы с коррупцией только что в очередь пока не выстраиваются, чтобы с Навальным судиться. И все это на данный момент Навальному не в минус: по данным закрытых кремлевских социологических исследований, которые утекли на Би-би-си, за год узнаваемость Навального выросла с 43%до 56% (а за пять лет — ровно в восемь раз: в 2011 году о существовании оппозиционера знали всего 7% россиян). Пропаганда в замкнутом круге: не реагировать на выступления Навального не получается, а любая реакция в итоге оказывается рекламой оппонента.

Настоящие предложения для молодежи от государства — милитаристский жар «Юнармии» и прочих подобных объединений, непрекращающийся поток запретов от депутатов и сенаторов и унылые лекции в школах и вузах о вреде участия в митингах

Еще весной только один из опрошенных NT экспертов (политолог Валерий Соловей) рискнул утверждать, что Навального, может быть, допустят до участия в выборах. Но то, что несколько месяцев назад выглядело просто невозможным, сейчас кажется маловероятным (всего лишь маловероятным!), причем ситуация продолжает меняться. 23 июня ЦИК внезапно выпустил пресс-релиз об отношении к «штабам Навального» и о том, можно ли его называть «кандидатом в президенты». Повторив положенное про невозможность для человека с непогашенной судимостью участвовать в выборах, в Избиркоме также подчеркнули, что и дата выборов еще не назначена, и регистрация кандидатов не началась, и вообще разговаривать пока не о чем. Иными словами — ушли от ответа на вопрос, который кто-то сверху задал (иначе с чего бы вообще появляться такому пресс-релизу).

Вопрос о том, громить ли фейковых, заранее обреченных на поражение оппонентов, или рискнуть встретиться с реальным соперником, серьезно осложнив кампанию, лишив ее благостности, — остается подвешенным. И с ответом на него Кремль, очевидно, будет тянуть до последнего — до официального назначения даты выборов.

Читайте также: «Вечный президент»