Троицкие страсти

Вероятно, уже многие слышали историю «как Троицкий дом ученых выгнал из родного здания организацию под названием „Троицкий научный центр“».

Что же произошло?

Сначала о том, что такое Троицкий научный центр (ТНЦ). Это, конечно, не совокупность троицких институтов, а отдельное юрлицо, призванное рулить общей инфраструктурой институтов (она существует) и служить интерфейсом между институтами и администрацией города. Собственно, там всего пять штатных единиц, из них «содержательная» одна — ученый секретарь. Кроме того, есть президиум, куда входят представители институтов Троицка, который и принимает основные стратегические решения.

Троицкий дом ученых в свое время был учрежден ТНЦ. Долго не могли найти подходящего директора: ДУ пребывал в коме. Наконец наняли Ларису Коневских — при ней сразу всё закрутилось, был организован музей науки, на его развитие Лариса получила грант «Династии». Музей где-то занял федеральное первое место, появились кружки, планетарий, регулярные лекции и фестивали науки.

С появлением ФАНО Троицкий дом ученых был переведен в его подчинение. Таким образом, ДУ и ТНЦ стали независимыми организациями на одной ступени иерархической лестницы. Обе организации по согласованию делили помещения в одном здании (пристройка к жилому дому площадью около 2000 м2), которое находилось в оперативном управлении ТНЦ. И вот в начале июня ФАНО безо всяких обсуждений и согласований с президиумом ТНЦ выносит решение о передаче здания в оперативное управление Дома ученых.

Практически сразу президиум ТНЦ выносит резолюцию, в которой обвиняет в произошедшем директора Дома ученых. Председатель ТНЦ академик РАН Сергей Стишов подает в отставку. Отношения испорчены, конфликт принимает форму: ТНЦ — ДУ.

На самом деле причина конфликта — нежелание и неумение чиновников ФАНО принимать решения гласно, ясно их мотивировать и отвечать за них. В результате Лариса Коневских попала в козлы отпущения. В прошлом году ей было предложено написать заявление на передачу здания в оперативное управление ДУ (дескать, иначе в том же ФАНО есть и третьи претенденты на помещение), а потом это заявление выставлялось как единственное основание принятого решения.

Наша точка зрения: конфликт не нужен никому, вредит репутации города и должен быть погашен в кратчайшее время. Претензии ТНЦ должны быть переадресованы ФАНО.

Вопрос о пользовании помещениями должен быть решен двумя сторонами в рабочем порядке и закреплен неким трехсторонним соглашением с ФАНО.

Пару слов о проблемах ТНЦ, которому вдобавок урезали финансирование до символической величины. Такая организация, безусловно, нужна троицким институтам, поэтому наша газета готова выступить за ее сохранение и за возвращение нормального финансирования. При этом возникает проблема: ответ на вопрос «что сделал ТНЦ за последние годы?» приходится вытаскивать из членов президиума клещами. Такой вопрос вообще не должен возникать, поскольку цели, задачи и степень их выполнения должны быть ясно изложены в публичном пространстве на сайте организации. А если конкретных целей и задач недостает — принять их на себя. Тогда нам станет гораздо легче и приятней вступаться за ТНЦ в случае необходимости.

Борис Штерн

См. также:

• заявление Клуба «1 июля» о ситуации с ТНЦ;
• видеозапись пресс-конференции в Президиума РАН о ситуации с ТНЦ, 28 июня 2017 года