Оригинал материала
«Простите меня за это обвинение»
Убийцам Немцова огласили приговор. Сенсаций не случилось
После десяти месяцев судебных заседаний (с перерывом на Новый год и на суд Навального в Кирове) и трех дней обсуждений 29 июня присяжные вынесли обвинительный вердикт всем пяти подсудимым — предполагаемому киллеру, бывшему офицеру батальона «Север» Зауру Дадаеву и его сообщникам — братьям Анзору и Шадиду Губашевым, Темирлану Эскерханову и Хамзату Бахаеву. По версии следствия, которую поддержали присяжные, все они в составе организованной группы участвовали в подготовке убийства, собирали информацию и помогали скрываться Дадаеву, который 27 февраля 2015 года в 23.31 произвел шесть выстрелов в спину Борису Немцову, пять пуль в тело, одна мимо.
Организованная группа — важный акцент обвинения. Если считается доказанным факт действий в составе организованной группы, по закону все члены группы являются виновными во всех преступлениях, совершенных группой, вне зависимости от личной роли каждого. Видимо, обвинение было более убедительным — с минимальным количеством голосов против, все подсудимые признаны виновными и не заслуживающими снисхождения. После этого приговор — техническая деталь.
Накануне, в среду, сторона обвинения запросила сроки для подсудимых. Дадаеву — пожизненное заключение в колонии особого режима и штраф 200 тысяч рублей, а также лишение воинского звания лейтенанта и награды ордена Мужества. Анзору Губашеву — 23 года строгого режима и штраф, Шадиду Губашеву — 21 год строгого режима и штраф, Темирлану Эскерханову — 19 лет строгого режима, лишение звания прапорщика и штраф, Хамзату Бахаеву — 17 лет строгого режима и штраф.
И хотя подсудимые знали, что вменяемые статьи — убийство и незаконный оборот оружия — тяжкие и особо тяжкие и наказание по букве закона будет строгим, озвученные сроки их обескуражили. Адвокаты защиты просили судью вынести оправдательный приговор, несмотря на обвинительный вердикт. Теоретически по закону судья может не согласиться с вердиктом присяжных и отправить дело на рассмотрение еще раз. Но на практике таких случаев припомнить не смогли.
Сами подсудимые почему-то вспоминали Аллаха и говорили о своей непричастности. Религиозные разногласия фигурировали как мотив убийства Бориса Немцова, но подтверждений этому не нашлось. Карикатуры и «Шарли Эбдо» были позже, чем началась слежка. Возможно, внезапная религиозность объяснялась присутствием в зале телекамер, которым разрешили снимать все заседание.
«Буду просить у Аллаха терпения, он терпел и нам велел, — сказал в последнем слове Дадаев. — Не склоню голову ни перед кем, ни перед прокуратурой, ни перед Красновым, ни перед Тутевичем (следователи по делу)..»
«Хочу извиниться перед матерью и братом: простите меня за это обвинение. Я чист и по-любому выйду, сам или вперед ногами. На все воля божья, я зла не держу! А с такими прокурорами и следаками страна идет вниз!»
«Уповаю на Аллаха, — сказал Анзор Губашев. — Вы не соблюдаете закон, который сами придумали, мне жалко вас, да простит вас Аллах. Соучастники преступления тут сидят — это судья и прокуроры, а не мы».
Шадид Губашев: «Как нежная девушка могла запросить такие сроки? Всевышний, надеюсь, простит вас за ваши действия. Аллаху Акбар!»
«Жестоко и дико, — сказал Темирлан Эскерханов в последнем слове. — Терпения моей маме, брату, и чтоб у детей все было нормально».
«Спасибо всем, кто меня поддерживал! Добра, мира, благополучия!» — коротко сказал Хамзат Бахаев.
И в процессе, и в прениях сторона потерпевших заявляла о том, что считает недостаточными доказательства вины Хамзата Бахаева, — и повторила это еще раз.
На написание решения судья Житников взял всего лишь день. И оказался гуманнее обвинения.
И приговорил. Дадаева к 20 годам колонии строгого режима, штрафу 100 тысяч рублей и лишению звания и ордена.
Анзора Губашева — к 19 годам строгого режима, Шадида Губашева — к 16 годам, Темирлана Эксерханова — к 14, Хамзата Бахаева — к 11 годам в колонии строгого режима. Также всех приговорили к штрафу в сто тысяч рублей и ограничению свободы сроком на два года.
Подсудимым приговор непонятен. «Я не понимаю, за что я получил такой срок», — сказал Шадид Губашев. Эскерханов на запотевшем стекле аквариума написал «ЛОЖ».
Это был сложный процесс. Дерзкое убийство напротив Кремля требовало быстрой реакции следователей. С реакцией оказалось все в порядке — подозреваемых задержали через неделю. Правда, потом оказалось, что проблема в другом — следствие уперлось в неразрешимое препятствие со стороны чеченских авторитетов, и непосредственного командира Дадаева Руслана Геремеева, в чьей квартире жили обвиняемые и который улетел вместе с Дадаевым в Грозный сразу после убийства, не удалось даже допросить — он дверь не открыл, рассказал в суде следователь, и больше его никто не ищет. Предполагаемый организатор — водитель Геремеева — в розыске. Но мы же понимаем.
Момента убийства нет на видео — обзор погодной камеры закрыл снегоуборщик. Видео с других камер возле Кремля получить не удалось — государственная тайна, халатность или умысел? Как погиб еще один соучастник Беслан Шаванов? И почему «отмазали» Геремеева и не «отмазали» Дадаева? Сырое, недорасследованное дело передали в суд. Прокурор Семененко сделала все возможное с тем, что ей передали, — как и всегда. Но вопросы так и остались вопросами.
Очень хочется сказать, что рано или поздно мы узнаем имя заказчика, подлое убийство будет раскрыто и все виновные окажутся на скамье подсудимых. Но пока, кажется, на полке с недораскрытыми делами добавился еще один увесистый том.