Экс-ректор Сыктывкарского госуниверситета Марина Истиховская: Я выполняла задачу, поставленную правительством России

В Сыктывкарском городском суде 11 июля 2017 года завершились двухдневные прения по делу экс-ректора Сыктывкарского государственного университета им. Питирима Сорокина Марины Истиховской. Ей предъявили обвинение в превышении полномочий и нанесении ущерба вузу на сумму свыше 30 млн руб. Корреспондент «7x7» на суде обобщил мнения участников процесса о деле.

В первый день прений перед началом заседания небольшое собрание в зале суда напоминало встречу старых друзей: участники процесса беседовали о погоде и делали друг другу комплименты. Марина Истиховская хвалила прокурора Сергея Тентюкова за пунктуальность, он улыбался в ответ. За время заседаний, которые шли в течение семи месяцев, участники процесса успели привыкнуть друг к другу и подготовиться к последнему подробному разбору дела в деталях.

Что произошло. Два эпизода дела

Марина Истиховская возглавила университет в конце 2012 года, став сперва и.о. ректора, а потом и ректором. В марте 2013 года она заняла высшую должность в университете, в состав которого недавно вошел Коми государственный пединститут. В это время процесс слияний вузов проходил по всей стране, планировалось сделать их более эффективными. Новый объединенный университет, как утверждали свидетели по делу и сама Истиховская на предыдущих заседаниях суда, находился в так называемой «красной зоне» — несколько показателей, в их числе «финансово-экономическая деятельность», были низкими. Вуз нуждался в реорганизации.

Первый эпизод дела. Научный совет в конце 2013 года обсудил вместе с ректором возможность ликвидации комбината питания при СыктГУ и переход на аутсорсинг. Его участники сочли, что это поможет сэкономить средства, а также отчасти решит проблему с соотношением преподавательского состава и обслуживающего персонала, который на тот момент превалировал. В 2014 году вуз должен был пройти аккредитацию, и руководство университета встало перед необходимостью срочно решать вопрос. Комбинат прекратил работу в мае, однако возникли проблемы с заключением договора аренды, без которого, как считает сторона обвинения, невозможна передача площадей. По утверждению Истиховской, договор аренды невозможно было заключить, пока вносились изменения в федеральный закон «Об основных гарантиях прав ребенка». Поправки были приняты только в конце 2014 года, и вслед за ними последовала продолжительная процедура согласований пакетов документов. Экс-ректор рассказала, что совместно с проректорами и юристами университета они нашли другую возможность обеспечить питание для студентов, абитуриентов и сотрудников: в июне вуз заключил договор на оказание услуг с торговым предприятием питания «Бумажник». Вскоре предприятию понадобилось указать площади, на которых оно работает, чтобы правильно оформить налоговую декларацию. Университет и «Бумажник» договорились о передаче помещений площадью 967 м² в безвозмездное пользование предприятию, но за это оно должно было взять на себя оплату коммунальных услуг, ремонт помещений и замену части оборудования.

Уголовное дело в отношении Марины Истиховской возбудили в конце 2015 года, после того, как преподаватель СыктГУ Светлана Колосова обратилась в правоохранительные органы с заявлением о нарушениях при передаче помещений «Бумажнику». Предварительное следствие установило, что площадь, занимаемая предприятием питания, составляет 3 228 м². Исходя из этого был рассчитан ущерб бюджету университета в 30 млн руб. и бюджету республики — в 18,5 млн руб. Истиховскую также обвиняли в том, что предприятие использовало столовые в своих целях и питаться там могли не только студенты и сотрудники.

Основные вопросы:

Имела ли Марина Истиховская полномочия передавать помещения вуза в безвозмездное пользование стороннему предприятию?

Каков был размер переданных площадей?

Был ли нанесен ущерб университету и, если да, то какой?

Второй эпизод дела. В 2015 году Марина Истиховская решила баллотироваться в депутаты госсовета и пригласила для помощи политтехнолога из Санкт-Петербурга. Сначала он жил в одной из комнат квартиры, принадлежащей университету, а затем в квартире, тоже являющейся собственностью вуза. Предварительное следствие сочло, что это нанесло университету ущерб в 113 тыс. руб. Во время судебного следствия к делу приобщили документы о том, что Марина Истиховская заплатила за аренду жилья 60 тыс. руб., а также расчеты риэлторского агентства «Калимера», согласно которым стоимость аренды не превышает 49 тыс. руб.

Основные вопросы:

Имела ли право Истиховская предоставлять жилье, принадлежащее СыктГУ, лицу, не работающему в вузе и не сотрудничавшему с ним?

Был ли нарушены права сотрудников университета, нуждавшихся в предоставлении жилплощади?

Был ли нанесен вузу материальный ущерб и, если да, то какой?

Мнение потерпевшей стороны

По первому эпизоду. Потерпевшую сторону представлял один из юристов СыктГУ Валерий Киселёв, он выступил перед началом прений. Киселёв сделал запрос в университет о том, каким был бы возможный причиненный ущерб вузу с июня 2014 по декабрь 2015 года, если бы комбинат питания не ликвидировали. Ответом была служебная записка от руководителя финансового департамента Юрия Удоратина, которую Киселёв попросил приобщить к делу. В начале 2013 года в университет с проверками пришли Роспожнадзор и Роспотребнадзор. Среди требований, обязательных к выполнению, был и ремонт помещений. В 2014 году этим занялось предприятие «Бумажник», которое, согласно ответу вуза, потратило на приведение столовых в соответствие 11,3 млн руб. Киселёв сказал, что это повлияло на финансовое положение университета. «Бумажник» также смог трудоустроить 42 работника комбината после ликвидации и согласился на социальные скидки для студентов. В то же время университет продолжал использовать помещения, в которых располагались столовые, для своих нужд и проводить там различные мероприятия.

— Было долгое согласование возможности сдавать помещения в аренду, и причины этого были объективные. Реорганизация, связанная со слиянием с пединститутом, также наложила свой отпечаток. Скоротечное решение по комбинату было вызвано желанием сократить убытки университета. Договор об оказании услуг тоже имеет право на существование, и это подтверждается судебной практикой. В части ущерба, когда нас признавали потерпевшими, я не предполагал, что университет несет расходы [на комбинат питания] в таком размере. Собрав документы, я пришел к выводу, что прогнозируемый убыток от деятельности комбината питания за названный период составил бы 32 млн руб., — рассказал Киселёв.

В итоге он высказал мнение, что действия Марины Истиховской не нанесли ущерба университету.

По второму эпизоду. Представитель вуза сделал запрос и по поводу жилья, куда заселили нанятого Истиховской специалиста по пиару. Выяснилось, что фактический расход на содержание комнаты и квартиры за период, пока политтехнолог пользовался жильем, составил 38 тыс. руб. Заявление о намерении заплатить за аренду Истиховская написала 7 апреля 2015 года. Есть приходно-кассовый ордер об оплате в размере 60 тыс. руб. Киселёв не усмотрел ущерба для университета и по этому эпизоду.

Мнение стороны обвинения

По первому эпизоду. Прения начались с выступления прокурора. Сергей Тентюков напомнил собравшимся, что помещения университета являются собственностью Российской Федерации, следовательно, передавая их в пользование, Истиховская самовольно распорядилась государственным имуществом. Экс-ректор, по мнению стороны обвинения, превысила должностные полномочия, так как университет имел ресурсы для того, чтобы не закрывать комбинат питания до тех пор, пока не будет решен вопрос с договором аренды. Расходы, которые мог бы понести университет при сохранении комбината питания, носят вероятностный характер, посчитал прокурор. Он рассказал о других вузах, которые смогли в тот же период времени заключить договоры аренды. Например, Ухтинский государственный технический университет. Общий ущерб от того, что столовые не были сданы в аренду, составил более 30 млн руб. Был нанесен ущерб репутации университета. По утверждению Тентюкова, договор об оказании услуг не позволяет регулировать вопросы, связанные с государственным имуществом. И площади, и оборудование университета использовались предприятием «Бумажник» в течение продолжительного времени, а значит, дело должно рассматриваться именно в рамках Уголовного кодекса.

По второму эпизоду. Нанятый Мариной Истиховской политтехнолог не являлся работником университета, а следовательно, не имел права проживать в квартирах, принадлежащих СыктГУ. Тентюков сказал, что документы на аренду были оформлены, а жилье оплачено задним числом. Также он указал на то, что несколько сотрудников университета в тот же период времени вынуждены были проживать в общежитии, следовательно, их права были нарушены. При этом прокурор снизил ущерб от действий экс-ректора до 67 тыс. руб.

По мнению стороны обвинения, должностные преступления экс-ректора носят коррупционный характер. Прокурор потребовал для Истиховской: четыре года колонии общего режима, взыскать ущерб в размере 30 млн руб., лишить звания Заслуженного работника Республики Коми и запретить занимать государственные должности в течение трех лет.

Мнение стороны защиты

По первому эпизоду. Адвокат Данил Шицов сообщил суду, что Марина Истиховская имела права на заключение договора безвозмездного пользования для того, чтобы обеспечить питание студентов. Это подтверждается письмом из Министерства образования и науки России от 22 сентября 2016 года. Он напомнил о показаниях, которые дала начальник отдела контроля, распоряжения федеральным имуществом и правового обеспечения Коми Татьяна Сенаторова. Чиновница утверждала, что передача помещений в безвозмездное пользование предприятию «Бумажник» относится к административным правонарушениям. Срочная передача питания на аутсорсинг и ремонт помещений были нужны еще и потому, что Роспотребнадзор во время проверки столовых обнаружил бактерии кишечной палочки. Университет рисковал лишиться лицензии.

— Истиховская с самого начала пыталась заключить договор аренды, есть свидетельства, подтверждающие ее намерения, а договор на оказание услуг был только временной мерой, — рассказал Шицов. Это, по его мнению, доказывает отсутствие у Истиховской преступного умысла и переводит дело из разряда уголовных в разряд гражданско-правовых.

По второму эпизоду. Квартира, в которой проживал политтехнолог, была предоставлена университетом не ему, а Истиховской, специалист только гостил. Он также напомнил, что статус жилья, принадлежащего университету, не позволяет сдавать его в аренду, тот, кто там проживает, платит только за услуги ЖКХ. По его мнению, Истиховская нарушила только статью «Использование преимуществ должностного или служебного положения в период избирательной кампании, кампании референдума» (статья 5.45 Кодекса Российской Федерации об административных нарушениях).

Данил Шицов потребовал признать свою подзащитную невиновной и напомнил о статье «Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности или незаконное возбуждение уголовного дела» (статья 299 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Мнение обвиняемой

По первому эпизоду. Одним из объяснений проволочек с договором аренды, как сообщила Марина Истиховская, стало то, что на территории СыктГУ обнаружилась масса самостроя, который надо было зарегистрировать. Речь шла в том числе о пристройке к главному корпусу университета. Для того, чтобы ее узаконить, надо было сделать в Бюро технической инвентаризации (БТИ) новый паспорт всего здания. Это тормозило и оформление пакета документов для Минобрнауки России. Но главным, по ее мнению, являются зафиксированные факты того, что документы для возможности сдачи помещений университета в аренду собирались с момента, когда было принято решение о передаче питания студентов и сотрудников вуза на аутсорсинг. Это, считает Истиховская, доказывает отсутствие у нее преступного умысла.

— Почему обвинение считает, что я стремилась получить выгоду? — поинтересовалась обвиняемая. — У нас не коммерческая организация, мне нужно было организовать питание студентов, а не получить прибыль, причем сделать это надо было экономично и с соблюдением лицензионных требований. Я выполняла задачу, которую передо мной поставило правительство Российской Федерации. Только одно это обстоятельство является основанием для оправдательного приговора.

Истиховская удивилась тому, что обвинение настаивает на упущенной выгоде от аренды, договор на которую она не смогла заключить согласно закону, так как разрешения на это не давало Минобрнауки, долго рассматривавшее полученные документы.

— Замминстра образования России [Екатерина] Толстикова не могла подписать документ, который у нее фактически лежал на столе с 18 января по 15 марта 2015 года, в итоге его подписал другой зам — [Александр] Климов, — возмутилась Истиховская. — В условиях, в которых мы находились тогда [когда было принято решение о переводе питания на аутсорсинг], поступить иначе было невозможно. А что делать? Рисковать здоровьем работников и студентов? Если бы кто-то отравился, это была бы халатность. Должна ли была я мириться с убытками? Нет. А если бы университет лишили лицензии, выпускникам вместо дипломов выдали бы справку, где было бы написано, что они прослушали курс лекций по своей специальности. И куда бы они с этой справкой пошли?

На довод обвинения о том, что другие вузы могли заключать договоры аренды, Марина Истиховская ответила, что упоминавшийся УГТУ заключил договор до того, как поменялось законодательство. При этом цены на питание в столовых вуза выросли, так как при договоре аренды предприятие питания имеет право на установление рыночных расценок. Обвиняемая рассказала, что в СыктГУ все решения по сделкам принимались после согласований с юристами университета и что Гражданский кодекс допускает оказание услуг с использованием оборудования и площадей заказчика. При этом, по ее мнению, случаев, когда услугами столовых пользовались посторонние посетители, было мало.

— Такого жесткого пропускного режима, как у нас, я вообще не знаю, — заявила экс-ректор. — Инта в свое время прославилась тем, что у нас дедушки чиновников расстреливают. Я этого очень боюсь [имеется в виду убийство пенсионером чиновницы мэрии Инты из-за проблем с жильем в 2007 году].

Еще одним важным пунктом, по которому экс-ректор возразила обвинению, были площади, предоставленные в пользование «Бумажнику». Истиховская считает, что экспертиза, согласно которой высчитывались занимаемые площади, была проведена с большим количеством нарушений: неправильно производились замеры помещений, учитывались лестничные клетки, лифты и ряд подсобных помещений, которыми работники «Бумажника» не пользовались.

По второму эпизоду. Первое возражение Марины Истиховской стороне обвинения касалось сотрудников университета, живущих в общежитиях: нет решения суда, по которому хотя бы один из них был признан потерпевшим, а мнения самих граждан судом рассматриваться не могут. Требовать получение жилья от университета могут только те, у кого есть статус «нуждающихся», при этом они не могут претендовать на какую-то конкретную комнату или квартиру. Обвиняемая также не согласилась с тем, что заселять в квартиры, принадлежащие университету, можно только сотрудников вуза, она заявила, что у ректора, согласно уставу, есть полномочия заселить туда любого. Отвергла она также и обвинения о передаче университету денег за аренду задним числом. По ее словам, деньги две недели валялись в сейфе университета, потому что сотрудница вуза ждала момента, когда необходимо будет платить за коммуналку, чтобы зафиксировать получение средств и воспользоваться ими.

В СыктГУ подготовили расчеты того, сколько потерял вуз на предоставлении жилья постороннему лицу.

— По данным университета, ущерб составил 526 рублей. О, какой ущерб! Бутылка коньяка! — сыронизировала Истиховская.

— Причем не самого лучшего, — добавил адвокат Шицов.

На обвинение в дискредитации университета обвиняемая ответила, что никаких подтверждающих фактов представлено не было.

— А где доказательства? Жалоба Колосовой? Да она на кого только не жаловалась и на кого только не обижена, — предположила она. — Я подорвала только свой авторитет как политика. Заселяя политтехнолога в квартиру, я совершенно неосознанно нарушила избирательное законодательство. За это я извиняюсь перед своими избирателями.

В последнем слове после завершения прений Истиховская сказала, что надеется на объективность и непредвзятость суда при вынесении приговора.

Суд огласит решение 20 июля.

---

Дело против бывшего ректора СыктГУ Марины Истиховской возбудили в конце 2016 года. Она обвинялась в том, что незаконно передала площади под столовые предприятию «Бумажник», а также в том, что предоставила служебные квартиры политтехнологу, который консультировал ее во время предвыборной кампании. На процессе дали показания 70 свидетелей стороны обвинения.

10 июля обвинение потребовало для Истиховской четыре года колонии общего режима.