Район номер 9

Третий кинопоказ программы «Кино глазами инженера»: киноверсия оперетты Шостаковича «Москва, Черемушки», поставленная Гербертом Раппапортом, будет показана 6 августа прямо во дворе 9-го экспериментального микрорайона Новых Черемушек (с 35-миллиметровой пленки!). Перед фильмом — экскурсия по эталонному району типовой застройки конца 50-х (только не забудьте пройти регистрацию на показ и экскурсию).

«Черемушки» (1962)

Режиссер Герберт Раппапорт

Музейный сотрудник Лидочка давно уже готова встретить кого-то особенного, но пока ей не очень везет. Ироничный подрывник Борис тоже не прочь связать себя отношениями, только вот не с кем. Саша и Маша поженились, но никак не могут съехаться — некуда. Водитель Сергей не может признаться в любви крановщице Люсе, и все их совместные прогулки заканчиваются пессимистическими рассуждениями в том духе, что любовь — как цветок, а цветы довольно быстро вянут. Товарищ Дребеднёв, начальник треста, женился на молодой девушке и пытается теперь увеличить свою жилплощадь за счет захвата чужой квартиры. Все это происходит на фоне возведения нового района в Черемушках, куда должны переехать жильцы аварийных домов в центре Москвы.

Оперетта Дмитрия Шостаковича «Москва, Черемушки» изначально представляла собой превосходный комедийный материал, вполне сравнимый с «Ниночкой» Любича. Холодноватая Лидочка признавалась: «Не забыла до сих пор я названья рек и гор, где поставить запятую, где не ставить запятой, что такое сила тока… но живу я одиноко». Предприимчивый Борис объявлял себя пережитком капитализма и путем остроумных интриг вступал в борьбу за Лидочкину квартиру, которую при помощи вороватого управдома пытался присвоить себе товарищ Дребеднёв. В музыке звучали цитаты и автоцитаты: от «Цыпленка жареного» до «Антиформалистического райка».

Герберт Раппапорт усилил сильные стороны оперетты, сняв на ее основе фильм совершенно прекрасный и безумный. Раппапорт вообще был самой удачной кандидатурой для перенесения этого комедийного материала на экран. Уроженец Вены, поклонник Малера и помощник Пабста, успевший поработать в Берлине, Париже и Голливуде, он переехал в Советский Союз в середине 30-х, чтобы ставить антифашистское кино (впрочем, с переменным успехом: его знаменитый «Профессор Мамлок» был изъят из проката почти сразу после выхода — СССР подписал с Германией пакт Молотова—Риббентропа, и осуждать с экрана зверства нацистов стало как-то неудобно). Хотя с политическими картинами не очень вышло, Раппапорт активно ставил легкие комедии и музыкальные фильмы, отмеченные каким-то редким для советской традиции изяществом (кроме того, еще в самом начале 30-х в качестве ассистента Пабста он успел поработать с Шаляпиным на съемках фильма «Дон Кихот»).

«Черемушки» стали одной из вершин его творчества. В них есть все: внезапные взрывы, полеты влюбленных героев, «скворечники», превращающиеся в блочные дома, и резкий, неожиданный монтаж. Эта комедия квадратных метров не кажется какой-то советской архаикой с добродетельными рабочими, радостными песнями об урожае и долгом перед партией. Напротив, герои фильма словно пришли из классических венских оперетт, а проблемы, встающие перед героями, представляют собой целую энциклопедию современной московской премудрости. В «Черемушках» все чрезвычайно деловито. Не желая добираться на автобусе, здесь вызывают машины, высчитывают, сколько квартир в новых жилищных комплексах можно получить за трешку в центре, мечтают получить собственное жилье, чтобы звать туда друзей и устраивать дискотеки. Молодые москвичи из советского прошлого слишком сильно напоминают современных хипстеров, а сам новый район, план которого выставлен на всеобщее обозрение в музее, больше похож не на скопление блочных домов, известное каждому жителю спальных районов, а на парк «Зарядье» — все странное, необычное и блестящее. Проблемы, с которыми сталкиваются герои, — мухлеж с недвижимостью, захват квартир и ссылка на какие-то акты и документы — тоже словно из сегодняшних выпусков новостей.

В самом начале фильма закадровый голос сообщает, что Черемушки — это не Москва, Черемушки — это будущее. И голос прав. Хотя сейчас, спустя 55 лет после выхода фильма, те, когда-то новые, районы, скорее всего, сметет программа реновации, их жители также переедут в новые дома, начнут знакомиться, влюбляться, ссориться, и сюжет «Черемушек» вновь окажется актуальным. Ведь речь в фильме идет не столько о конкретном районе, сколько о легенде. Черемушки — это миф. А мифы живут вечно.

Экспериментальный 9-й квартал Новых Черемушек

Точкой отсчета массовой типовой застройки в СССР можно считать постановление Хрущева «об устранении излишеств в проектировании и строительстве» — именно компактность форм и комплектующих стала той главной особенностью хрущевок, что вызывала иронию современников и ярость нынешних обитателей этих тесных квартир.

Решить послевоенную проблему нехватки жилья предстояло в большом масштабе — только в Москве нужно было построить 65 млн кв.м за 20 лет. Разработать проект типовой жилищной застройки поручили Специальному архитектурно-конструкторскому бюро под руководством Натана Остермана. Проект требовал интенсивного развития технологий, поскольку индустриальной базы для подобного строительства в СССР не существовало.

Эксперимент команды Остермана состоял в том, чтобы весь квартал проектировался как единый организм: жилые дома, школы, детские сады, магазины, кинотеатры, предприятия обслуживания и междомовые пространства с гаражами и плескательными бассейнами; жилой комплекс в современном понимании. Еще до распоряжения «О развитии жилищного строительства в СССР» от 1957 г. был проведен смотр лучших проектов жилых комплексов, где проект 9-го экспериментального района Новых Черемушек получил первую премию Госстроя. Таким образом, задача района состояла в том, чтобы подтвердить функциональную состоятельность проекта. Поэтому в 9-м районе были испробованы 14 типовых моделей зданий, которые в основном имели четыре секции, но конструктивно отличались друг от друга по технологии и материалам — блочные, кирпичные, панельные, с разными кровлей, членением фасадов и планировкой квартир.

Объединяющим принципом стала экономия — квадратных метров, времени строительства и бюджета. Основываясь на опыте европейских коллег, советские архитекторы рассчитали минимальное необходимое пространство на человека — 9 кв.м. Один дом возводился в среднем за 12 суток, а весь квартал построили за 22 месяца. Практически сразу журнал «Крокодил» начал выпускать карикатуры, иронизирующие над качеством нового жилья.

Тем не менее эксперимент в Новых Черемушках продемонстрировал, что район массовой застройки может быть не только функциональным, но и привлекательным: палисадники, бассейны, разнообразный декор фасадов и внутренних дворов. В образцово-показательный район стали водить архитекторов и строителей, чтобы научить, как нужно строить новое жилье. Так Черемушки распустились сначала по Москве, а потом и по всему СССР.