Горняки-разбойники. Как «литературный негр» Путина и Сечина стал ректором-миллиардером

Миллиардер Владимир Литвиненко (ныне — ректор Санкт-Петербургского Горного института) к богатству пришел внезапно. Взлет его карьеры начался с кандидатской диссертации, которую он, как утверждает его дочь, в конце 90-х скомпоновал для Владимира Путина из кусков чужих текстов. Затем он обеспечил ученые степени еще нескольким представителям российской элиты — Виктору Зубкову, Игорю Сечину, Рему и Юрию Вяхиревым (все они внезапно стали специалистами по минералогии). Благодаря этому, а также при помощи миллиардера Вячеслава Кантора, которого швейцарская разведка считает связанным с российским спецслужбами и преступным миром, стал долларовым миллиардером и, по признанию экс-юриста «ЮКОСа», одним из бенефициаров разгрома империи Михаила Ходорковского. По свидетельству собственной дочери, самым богатым ректором России Литвиненко стал не в последнюю очередь и за счет махинаций с землей и элитной недвижимостью.

Как Ольга Литвиненко превратилась в изгоя

Судьба Ольги Литвиненко, дочери ректора Горного института Петербурга, бывшего депутата Заксобрания Петербурга от партии «Справедливая Россия» (2007–2011 гг.), переменилась в одночасье и кардинально. После ссоры с влиятельным отцом она стала нелюбимой дочерью, попала под жесточайший прессинг и уехала из России.

Рассорились отец и дочь так сильно, как только возможно. Ольга официально обвинила отца в том, что тот незаконно удерживает у себя дома ее дочь Марию-Эстер, а в ответ Литвиненко подал в следственные органы заявление о якобы имевшем место похищении Ольги и ее второго ребенка, в результате чего был наложен арест на ее недвижимость — две квартиры в Петербурге.

Ольга, уехавшая из России в 2011 году и теперь живущая в Польше, факт своего похищения, естественно, отрицает и называет все это дело сфабрикованным — она лично передала прилетавшему в Польшу следователю, ведущему это дело, ходатайство о его прекращении. Но на ходатайство ответили отказом, мол, раз лично не явилась, значит установить личность не удалось:

За границей она ведет вполне публичный образ жизни, последовательно критикуя российские власти: в мае Ольга посетила «Форум свободной России» в Литве, а совсем недавно заявила о вступлении в «Открытую Россию» Михаила Ходорковского.

В Россию дочь долларового миллиардера Литвиненко возвращаться не хочет — все люди из ее ближайшего окружения оказываются объектами преследований. На бывших депутатских помощников Ольги заведены уголовные дела, несколько человек осуждены на большие сроки по обвинениям в покушении на мошенничество и убийство. Ее и саму вызывали на допрос по уголовному делу о мошенничестве — об этом Ольга Литвиненко сообщила в интервью The Insider. А также подробно рассказала, благодаря чему ее отец достиг своих нынешних вершин.

С чего началось восхождение Владимира Литвиненко

В 1980-х нынешний миллиардер и один из самых могущественных людей Петербурга и России в целом Владимир Литвиненко был скромным проректором Горного института по административно-хозяйственной части. В 1986 году он стал проректором по коммерческой и внешнеэкономической деятельности. Литвиненко было чуть больше 40, и он, уловив дух эпохи перемен, активно принялся зарабатывать. «Он возил из Германии компьютеры в Россию, — вспоминает Ольга Литвиненко. — Якобы для Горного института, но это шло на продажу. Затем организовал при институте курсы русского языка, принимал на учебу иностранцев. Он занимался этим бизнесом вместе с предыдущим ректором, ныне покойным».

Еще одним способом заработка для всего научного сообщества, который освоили Литвиненко и его подопечные, стало написание диссертаций на продажу. Новоявленным чиновникам, да и бизнесменам, нравилось козырять ученой степенью. «В 90-е это было популярно, — говорит Ольга Литвиненко. — Он многим людям писал диссертации тогда, вот и для диссертации Путина его тоже привлекли».

Когда Владимир Путин, тогда уже работавший в Москве, защитил на базе Горного института диссертацию под названием «Стратегическое планирование воспроизводства минерально-сырьевой базы региона в условиях формирования рыночных отношений (Санкт-Петербург и Ленинградская область)», Ольге Литвиненко было 14 лет, и она прекрасно помнит, как готовился этот труд — без компьютера.

«В 1997 году летом на нашу дачу в поселке Белоостров <курортный район Петербурга — The Insider> привезли ксерокс. Отец копировал книги, что-то вырезал и склеивал, а потом отдавал печатать получившийся текст. Мне говорили, что папа пишет диссертацию какому-то важному чиновнику. Учитывая, что потом появилась диссертация Путина — значит, он Путину ее и писал, я так думаю», — вспоминает она. По словам Ольги, Путин в процессе компонования диссертации участия не принимал: «Я не видела, чтобы Путин приходил обсуждать научные проблемы диссертации. Ну, может, пришел на предзащиту и все».

Судя по его собственным высказываниям, Владимир Литвиненко не совсем доверяет компьютеру и сегодня. Так, на видео, опубликованном на сайте Горного Института в 2014 году, Владимир Литвиненко признается: «Часто у нас стоят в коридорах столики, там чай, кофе студенты пьют, но они молчат! Я был удивлен, что они сидят за одним столом друг с другом и общаются по компьютеру. Куда мы зайдем с этим компьютером?»

Литвиненко, уже ставший к тому времени ректором Горного института, еще не знал, как эта «халтура» изменит его жизнь. «Только потом мой отец понял, кому он написал диссертацию и как ему подфартило. Конечно, качество диссертации было низким. Но, какая бы диссертация ужасная ни была, он все равно стал человеком Путина», — говорит Ольга Литвиненко.

А диссертация склеена была действительно бездарно. В 2006 два исследователя Brookings Institute, Клиффорд Гадди и Игорь Данченко, изучили кандидатскую Путина и обнаружили масштабное совпадение текста с книгой Уильяма Кинга и Дэвида Клиланда «Стратегическое планирование и политика» (Москва, «Прогресс», 1982 г.).

В 2006-м журнал «Коммерсантъ Власть» попросил Владимира Литвиненко прокомментировать этот факт. Тот подтвердил, что «следил за работой Путина с самого начала». По его словам, «первый вариант диссертации Владимира Путина, человека „неакадемического“, вызвал замечания и был отклонен, и мы рекомендовали доработать. Через несколько месяцев он принес совершенно переработанный вариант с учетом замечаний и был допущен к защите. Поэтому у меня нет никаких сомнений, что работал он самостоятельно. Тогда он был обычным чиновником, и у нас не было никаких причин относиться к нему как-то по-особенному».

Как кандидатом экономических наук стал филолог Сечин

Диссертация Путина была лишь пробным шагом. После ее защиты Горный институт стал настоящей кузницей кандидатов наук из числа чиновников Комитета по внешним связям мэрии Петербурга, который до переезда в Москву возглавлял Путин. Все они, вне зависимости от своего образования, внезапно стали учеными-специалистами в области минерально-сырьевой базы Ленинградской области.

Филолог-романист, начальник аппарата Путина в мэрии Петербурга Игорь Сечин двинулся по проторенной шефом дороге, став кандидатом наук в 1998 году после защиты в Горном институте диссертации на тему «Экономическая оценка инвестиционных проектов транзита нефти и нефтепродуктов (на примере нефтепродуктопровода Кириши-Батарейная)».

Научным руководителем Сечина указан профессор Александр Ильинский. На запрос корреспондента The Insider Александр Ильинский не ответил. Ольга Литвиненко говорит, что Ильинский — «полностью человек отца».

Любопытно, что Сечина заинтересовал нефтепровод, соединяющий Кириши и бухту Батарейную. Этот проект был разработан в 1993 на предприятии «Кириштефтехимэкспорт», где в то время работал Геннадий Тимченко. Столь дальновидный интерес к нефти преподаватель португальского и французского из ближайшего окружения Путина проявил за шесть лет до того, как впервые попал в совет директоров «Роснефти».

«Помню с детства Игоря Ивановича. Сечина отец ненавидел. Он мог улыбаться ему в лицо, но за глаза ненавидел. То ли это ревность, то ли хотел попасть на какой-то пост, а Сечин ему не дал, он мне не пояснял», — говорит Ольга Литвиненко.

Вяхиревы и Зубков

Вслед за людьми из Комитета по внешним связям в Горный институт или напрямую к его проректору потянулись и другие представители элиты.

Ольга Литвиненко уверена, что ее отец, «скорее всего, написал сам, или, как минимум, организовывал процесс защиты» Рема Вяхирева.

Рем Вяхирев, «газовый король России», председатель правления «Газпрома» в 1992—2001 гг. стал доктором наук, защитив в 1998 году диссертацию на базе «Газпрома» на тему «Стратегия многопрофильной инвестиционной деятельности транснациональной газовой компании в условиях российской экономики. Научный руководитель или научный консультант на титульном листе диссертации Вяхирева не указан.

Затем Литвиненко стал научным руководителем и Юрия Вяхирева, сына Рема Вяхирева. В 1999 году он защитил на базе ООО «Газэкспорт» диссертацию «Обоснование организационно-технических решений, обеспечивающих надежность технологических объектов проекта «Голубой поток».

В 2000 году кандидатом наук после защиты в Горном институте становится Виктор Зубков. Будущий премьер-министр и председатель совета директоров «Газпрома» в начале 1990-х был заместителем Путина в Комитете по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга, а затем руководил Государственной налоговой инспекцией по Санкт-Петербургу (причем возглавил он ее со скандалом: предыдущий руководитель оспаривал свое увольнение в суде, и какое-то время у налоговой было два начальника).

Зубкова, окончившего Ленинградский сельскохозяйственный институт, также внезапно заинтересовал «минерально-сырьевой комплекс»: его научный труд называется «Совершенствование налогового механизма минерально-сырьевого комплекса (на примере Ленинградской области)».

Ольга Литвиненко не знает точных обстоятельств подготовки и защиты диссертаций Сечина и Зубкова в Горном Институте, но она уверена, что никто из них не писал свою диссертацию самостоятельно. Сооснователь «Диссернета» Андрей Ростовцев сообщил корреспонденту The Insider: «Мы не нашли заимствований в диссертациях Сечина 1997 года и Зубкова 2000-го, но это еще не говорит о том, что их там нет: диссертации очень старые, и более ранние источники уже по большей части исчезли из публичного пространства: программное обеспечение „Диссернета“ просто их не видит».

Как ректор Горного института обрел политическую силу

В 2000-м Владимир Литвиненко впервые возглавил петербургский предвыборный штаб Владимира Путина (затем он руководил штабом в 2004-м и 2012 годах). «Горный институт — это энное количество общежитий на Васильевском острове, это большой автопарк, плюс огромный бесплатный или полубесплатный ресурс студенческой силы. И этот ресурс был использован по полной программе», — вспоминает Ольга Литвиненко.

Путин на выборах набрал в Петербурге и Ленинградской области заметно больше, чем в среднем по стране и, тем более, чем в Москве, и ректор Горного института стал политической силой, с которой стали считаться и к которой стали апеллировать. «Он возглавлял штабы и Путина, и Матвиенко, и депутатов Заксобрания», — рассказывает Ольга Литвиненко. Правда, по ее признанию, депутатов Заксобрания он продвигал не слишком успешно, зато помог избраться в Госдуму единороссу Андрею Бенину. Кстати, Бенин также стал доктором наук, защитившись все в том же Горном институте.

Виталий Архангельский, бизнесмен родом из Петербурга и бывший владелец «Осло Марин Групп», живущий сейчас во Франции, в интервью The Insider рассказывает о Литвиненко как о теневом властелине города, который решал, кто будет депутатом Заксобрания Петербурга, а кто нет: «В 2005 или 2006 году из меня решили сделать депутата. И меня водили на смотрины к человеку, который решал этот вопрос (причем, внешне это было абсолютно неявно) – Владимиру Литвиненко, ректору Горного института».

«Смотрины», по словам Архангельского, устроили Виталий Климов (председатель Заксобрания Ленобласти в 1998–2003 гг.), и Вадим Густов (губернатор Ленобласти в 1996-1998 гг). «Слава богу, я отказался от этого предложения», — резюмирует Архангельский, который в России признан банкротом и сейчас ждет решения Высокого суда Лондона по его иску, в котором он обвиняет банк «Санкт-Петербург» и власти Петербурга в рейдерском захвате его бизнеса.

Как стать самым богатым ректором России

Помимо политического капитала, Владимир Литвиненко благодаря своим научным «протеже» сколотил и неплохой финансовый. Сейчас он самый богатый ректор России — ему принадлежит 19,35% акций «Фосагро» (около $1 млрд по нынешнему курсу), одного из крупнейших российских химических холдингов.

Впервые о том, что ректор Горного института является совладельцем «Фосагро», стало известно в 2011 году. По словам самого Литвиненко, доля в компании у него появилась еще в начале 2000-х, благодаря тому, что он помог комбинату «Апатит», входящему в «Фосагро» и являющемуся основным активом холдинга, справиться с финансовыми проблемами и разработал для него стратегию развития.

Однако есть и другая точка зрения. Холдинг «Фосагро», где «Апатит» был основным активом, был создан в 2001 г. по инициативе Group MENATEP Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, и группе до 2005 года принадлежала в холдинге доля в 50%. Многие уверены, что Литвиненко получил ее часть в ходе разгрома неподконтрольной Кремлю бизнес-империи Ходорковского. Подозрений добавил тот факт, что доля Литвиненко в «Фосагро» — почти 20% — совпала с той, в хищении которой обвинили MENATEP.

В 2003 году депутат Госдумы Владимир Юдин написал заявление в прокуратуру о незаконном приобретении Group MENATEP комбината «Апатит» в ходе ваучерной приватизации. Этому заявлению дали ход, и Лебедева обвинили в хищении 20% акций «Апатита». В итоге MENATEP продал свою долю менеджменту компании.

Как рассказал The Insider юрист «ЮКОСа» Павел Ивлев, обвиняемый по «делу ЮКОСа» и ныне проживающий за границей, депутат Юдин действовал в интересах Вячеслава Моше Кантора, которому принадлежит другая крупная российская химическая компания – «Акрон». «Все знали, что Юдин действовал в интересах Кантора. Кантор вел затяжную войну с «Апатитом» за снижение монопольных цен на сырье и бросился помогать Кремлю в его борьбе с Ходорковским».

Кавалер Ордена почетного легиона Франции, 63-летний Кантор называет себя меценатом и общественным деятелем. Швейцарское издание Bilan отмечает, что Кантор — один из самых богатых резидентов страны. Он зарегистрирован в фешенебельном районе Женевы Колоньи (там же раньше жил и Геннадий Тимченко).

В конфиденциальном отчете контрразведки Швейцарии от 2007 года, опубликованном проектом Kleptocracy Initiative (США) и «Открытой Россией», утверждается, что Кантор был руководителем фирмы в Швейцарии, связанной как с преступным миром, так и со Службой внешней разведки (название фирмы в отчете не называется, но из коммерческого регистра Швейцарии следует, что это Fimochim SA).

По версии швейцарских контрразведчиков, Кантора вынудили сотрудничать с российскими спецслужбами после того, как в офис его «Акрона» нагрянули с обысками российские силовики. Проблемы Кантора закончились, как, впрочем, и проблемы «Апатита», когда среди акционеров «Фосагро» оказался Владимир Литвиненко.

Аферы с землей и элитной недвижимостью

Обладание положением, связями и капиталом позволяло Литвиненко увеличивать состояние самыми разными способами. Как писал «Деловой Петербург», правительство города выделило Горному институту 7 гектаров земли на Васильевском острове для строительства «многофункционального комплекса под объект науки».

В 2008 году стало известно, что инвестирует в стройку «Фосагроинвест» (позже «Петрогорстрой», ПГС). Когда заключался договор, ПГС принадлежал компании, подконтрольной «Фосагро», а также Татьяне Литвиненко, жене всемогущего ректора Горного института. Затем ее доли перешли кипрским офшорам «Нидхогг Лимитед» и «Магхаа Энтерпрайзес Лимитед».

После завершения проекта ПГС передала Горному институту лишь 8,6 тыс. кв. м из 138 тыс. кв. м построенных зданий, которые образовали объект бизнес-класса «Васильевский квартал».

«После статьи в „Деловом Петербурге“ папа вывел маму из бизнеса», - говорит Ольга Литвиенко.

Владимир Литвиненко «раздавал и землицу», вспоминает его дочь: «Из публикаций в СМИ я узнала, что охранник Матвиенко Геннадий Иванович Голов (я его называю Сумочка Матвиенко, потому что он ее носит) получил землю на берегу Финского залива, поселок „Солнечный“, и сделала вывод, что это тот самый Геннадий Иванович, который был давним знакомым отца. Сама Матвиенко часто приезжала в Горный институт. Так и выстраиваются отношения». И карьеры тоже — сейчас Геннадий Голов, как и Валентина Матвиенко, в Совете федерации, в руководстве аппарата верхней палаты.

«Сергей Миронов ответил, мол, если тебе не отдадут ребенка — родишь нового»

Павел Ивлев и Ольга Литвиненко не думают, что Владимир Литвиненко имеет непосредственное отношение к российским спецслужбам. Однако документы, которые освобождали его машину от внимания сотрудников полиции, у него были, рассказала Ольга в интервью The Insider: «В то время, когда мы еще общались — в 2010 году — у моего отца была корочка сотрудника ФСБ, потом — сотрудника прокуратуры. Мне он их не показывал, но он их показывал на дороге гаишникам».

Ольга признает, что не стала бы депутатом Заксобрания Петербурга без помощи отца. «Безусловно, без фамилии и лобби отца этого бы не получилось», — говорит она.

Сергей Миронов, лидер партии «Справедливая Россия», которую представляла в городском парламенте Ольга, в конфликте дочери и отца выбрал сторону сильнейшего.

«Миронова я знала с детства. Он выгнал меня из партии, когда начался мой конфликт с отцом. Поначалу я попыталась предупредить его, как лидера партии, к которой я относилась, до того, как скандал стал публичным, о том, что вот такая сложилась ситуация. Мол, давайте подумаем, как ее разрешить, тем более, что вы дружите с моим отцом. На это он мне ответил: „Оль, да что ты суетишься! Пускай он в дедушку наиграется — отдаст! А не отдаст — нового родишь. Зато ты политику будешь делать!“ И бросил трубку, — рассказывает она. — Я пишу заявление, что я хочу выйти из партии. Но он той же ночью собирает несколько человек руководства и они постановляют, что за действия, дискредитирующие партию, меня из нее выгоняют. Я уехала из России с двумя чемоданами и вторым грудным ребенком на руках в 2011 году. И то — слава богу, что уехала».

Став человеком Путина, по словам Ольги Литвиненко, ее отец изменился: «В 2000-е появилась злость. Сотрудники боялись столкнуться с ним в коридоре — ему могло не понравиться, что с ним тихо поздоровались».

Владимир Путин публично с теплотой отзывается о Горном институте: «А что касается Горного института, по уровню оснащенности и уровню преподавания он является одним из самых лучших в мире. Жалко, что об этом мало кто знает в стране. Правда, энергетические компании, слава богу, денег не жалеют, и Горный институт превратился в шикарное учебное заведение». Владимир Литвиненко в свою очередь заявляет, что Горный — «уникальное учебное заведение: в других вузах страны такого нет, где студенты могут пообщаться в живую с людьми из списка „Форбс“».

Впрочем, иногда Литвиненко обходят высочайшим вниманием. Время от времени его «забывали» пригласить на дни рождения Путина или приемы с его участием, вспоминает Ольга Литвиненко: «Когда был день рождения Путина в ресторане „Подворье“ в 2000 году, где засветились Пригожин, Боярский, там он был. И на следующий день рождения отец ждал приглашения — приготовил костюм, переживал, но не пригласили. Был и День независимости России, а ему якобы по ошибке канцелярии не прислали приглашение. Путин у меня спрашивает: „А где папа-то? Не пригласили?“ Я говорю: „Не пригласили“. Он в ответ: „Ах, вот как в штабе работать, так да, а как пригласить, так сразу забывают о людях, нужно это менять“».

Сегодня Ольга продолжает борьбу за свою дочь, но прессинг со стороны отца не ослабевает. «Я собиралась обратиться в полицию с заявлением на отца, — поясняет Ольга Литвиненко. — Но как только я активизируюсь, то чувствую, что карательная система тоже активизируется. Имущество в аресте, моего адвоката вызывают как свидетеля по делу о моем похищении. Недавно дали 15 лет еще одному моему помощнику, а меня пытались вызвать на допрос».

Сам Владимир Литвиненко на момент публикации на запрос The Insider не ответил, как и его представители. В случае появления их реакции она будет опубликована ниже в этом материале.