Ультраправые в протесте. Зима-весна 2016-2017 гг.

Под редакцией Александра Верховского Организационное строительство : Митинговая активность : Включенность в общее протестное движение : Традиционные акции : Иная активность : Давление на ультраправую среду

Организационное строительство

К декабрю 2016 года ультраправый политический фланг пришел изрядно переструктурированным. В течение большей части 2016 года националисты пытались найти новые формы существования в условиях изменившейся политической обстановки, неослабевающего давления со стороны правоохранительных органов и все еще сохраняющего актуальность раскола по «украинскому вопросу».

Движения, ранее поддержавшие «Русскую весну» и оказавшиеся ко второй половине 2016 года в серьезном кризисе, к декабрю оргстроительную деятельность в основном либо закончили, либо приостановили. Никакими существенными примерами организационного развития зимой-весной не могли похвастаться такие более или менее заметные игроки, как Русский национальный фронт, Национально-демократическая партия (НДП), Национально-консервативное движение, Русское имперское движение и другие, которые годом или двумя ранее достаточно активно пытались развиваться и выстраивать новые или расширять существующие коалиции и союзы.

Еще хуже оказалась динамика у «Комитета 25 января», с большой помпой созданного в начале 2016 года, а в мае того же года преобразованного в Общерусское национальное движение (ОРНД) Игоря Стрелкова[1]. В январе 2017 года движение покинул глава издания «Спутник и погром» (СиП) Егор Просвирнин. На январском юбилейном собрании движения Е. Просвирнин справедливо указал, что за год Комитет не добился никаких существенных успехов: у него нет средств, нет проектов, нет собственного сайта, и он почти не проводит публичных мероприятий[2]. К неудачам движения можно также добавить и то, что члены К25 с момента основания организации явно не смогли достичь внутренних договоренностей по вопросам идеологии. Например, на том же собрании националистические воззрения Е. Просвирнина вошли в противоречие с левыми взглядами другого основателя К25 – блогера Анатолия Несмияна (Эль-Мюрида). СиП вышел из К25/ОРНД, но вскоре А. Несмиян навлек на себя гнев коллег за публично высказанное предложение пойти на сотрудничество с либеральной оппозицией и также покинул движение. В ответ на обвинения в бездействии сам лидер, И. Стрелков, винил во всем власти: «Меня даже не преследуют, а просто делают так, будто никакого Стрелкова нет»[3]. Насколько можно судить, лидеры К25 и ОРНД продолжают дожидаться момента, когда кризис пошатнет действующий в России политический режим и запрос на «третью силу», в качестве которой они себя позиционируют, возникнет сам собой.

Оппоненты «Русской весны» были более активны, хотя за последние годы эти движения из-за своей прокиевской позиции пострадали от давления со стороны правоохранительных органов и оттока активистов больше, чем их продонбасские оппоненты. В 2016 году политические лидеры этого сектора окончательно сделали ставку на сотрудничество с оппозиционными движениями либерального толка, обладавшими большими, чем у националистов, ресурсами. Попытки вписаться в общепротестное движение, предпринятые ультраправыми в 2015 и первой половине 2016 года, носили несколько хаотичный и эпизодический характер, хотя так или иначе в этот процесс было вовлечены многие. Ситуация изменилась после того, как на федеральной политической сцене появился саратовский блогер правопопулистского толка Вячеслав Мальцев, выдвигавшийся, напомним, в Государственную Думу по федеральному списку партии «Парнас»[4]. В рамках предвыборной кампании контакты между националистами, поддержавшими В. Мальцева, и либеральными и гражданскими активистами приобрели более системный характер, что впоследствии привело к появлению нескольких организационных новаций на националистическом политическом фланге. Речь идет о движении «Артподготовка» самого В. Мальцева, объединившем его последователей, зачастую – ранее не политизированных, о движении «Новая оппозиция», созданном членами предвыборного штаба В. Мальцева – Марком Гальпериным, Иваном Белецким и др., а также о Партии националистов, формированием которой занялись ультраправые из «Новой оппозиции» – тот же И. Белецкий, Юрий Горский, Денис Романов-Русский и другие.

К декабрю 2016 года все три организации находились еще в самом начале своего формирования, но, насколько можно судить, ставили задачей выступать единым фронтом на уличных акциях, предлагая выбор «идентичности» всем желающим присоединиться к ним: бренд «Артподготовка» – для поклонников В. Мальцева, бренд Партии националистов – для ультраправых и бренд «Новая оппозиция» – для всех остальных, кто не готов записаться в первые две категории, так что в ее акциях участвуют преимущественно либерально настроенные активисты, готовые на системное сотрудничество с ультраправыми, такие как один из лидеров «Новой оппозиции» М. Гальперин. Примечательно, что нередко можно было наблюдать, как активисты затруднялись сделать выбор в пользу той или иной идентичности и предпочитали совмещать две или все три сразу. Например, в Великом Новгороде от лица «Новой оппозиции» выступает местная активистка Елена Григорьева, которая по совместительству возглавляет региональные отделения и Партии националистов, и «Артподготовки». Такое пересечение активистского, а местами и руководящего состава затрудняет стороннему наблюдателю понимание того, где заканчивается одно движение и начинается другое. Впрочем, между организациями есть одно примечательное отличие, касающееся желаемых способов прихода к власти: «Новая оппозиция» делает главную ставку на «демократическую революцию», то есть фактически на уличную активность (именно на этом основании ее создатели отделяют себя от «старой оппозиции», которая ориентировалась на выборы), Партия националистов, что следует из слова «партия», в идеале стремится к участию в избирательных процессах, а вот «Артподготовка» находится где-то посередине: В. Мальцев уже показал свою готовность выдвигаться на разные государственные должности в рамках традиционных избирательных циклов, но в то же время доказывает неизбежность революции, для которой уже даже назначил дату. Естественно, это деление крайне условно и даже скорее умозрительно, но одновременно с этим указывает на гибкость этого «триумвирата»

Организационное строительство «Артподготовки» шло нетрадиционным способом, развиваясь скорее горизонтально. Как мы уже отмечали в предыдущем докладе, у В. Мальцева в ходе его предвыборной кампании в Государственную Думу появилось достаточно большое число поклонников в регионах помимо верных зрителей его видеоблога, и эти поклонники, насколько можно судить, самостоятельно стали объединяться под брендом «Артподготовки» в социальных сетях. В подавляющем большинстве случаев это были просто «группы по интересам», никак не управляемые и не ведущие никакой политической активности. Ситуация несколько изменилась после того, как в январе на сайте В. Мальцева «5.11.2017» (по назначенной им дате революции) была создана интерактивная карта «прогулок»[5], где каждый желающий мог заявить о намерении провести такую акцию в своем регионе, обозначив место сбора и маршрут. Этот шаг мобилизовал некоторых активистов из таких групп, а сами группы, хотя и не все, превращались из просто новостных страничек в центры координации уличной активности. Впрочем, были предприняты и вполне традиционные оргстроительные шаги: у «Артподготовки» появились свои сайт, программа и символика. Тем не менее, это движение остается горизонтальным, не имеющим четкой структуры.

Более традиционную вертикально-интегрированную структуру выбрала для себя активно развивавшаяся Партия националистов, которая зимой объявила, что подала документы на регистрацию в Минюст. В зарегистрированный оргкомитет партии вошли члены «Новой оппозиции» И. Белецкий, Ю. Горский, Д. Романов-Русский и Андрей Петровский, а также целый ряд других ультраправых активистов. Понятно, что перспективы регистрации у новой партии практически нулевые, однако само притязание на этот официальный статус должно было, по замыслу лидеров, придать организации вес. В течение зимы-весны движение достаточно активно занималось созданием отделений в регионах, которые, как сообщалось, в первую очередь должны включаться в «прогулочное движение». На публичных акциях сторонники Партии националистов выходят под «имперскими флагами». С одной стороны, это позволяет визуально отделить их от активистов «Новой оппозиции» с российскими триколорами (хотя не только они их используют) и сторонников В. Мальцева с собственной символикой. С другой стороны, партия фактически «приватизирует» «имперский флаг», который традиционно считается знаменем всего националистического движения, заявляя претензию на лидерство на руинах этого движения в целом и Объединения «Русские» в особенности.

Партия националистов старается привлечь на свою сторону местных активистов Объединения. По этому вопросу у нее, судя по всему, периодически происходят трения с Комитетом «Нация и свобода» (КНС) Владимира Басманова, который претендует на то же «наследство». Например, в одном из своих интервью И. Белецкий обвинил В. Басманова в том, что тот захватывает паблики и группы экс-«Русских» в социальных сетях, вносит смуту в ряды сторонников запрещенного Объединения и отказывается идти на сотрудничество. Действительно, В. Басманов ранее заявлял, что не готов принимать участие в партийном проекте сторонников Дмитрия Демушкина, с которым до его ареста у него возник явный конфликт; кроме того, как сообщала Партия националистов, лидер КНС разослал своим сторонникам запрет на участие в акциях конкурентов.

Что касается «Новой оппозиции», то зимой-весной ее оргкомитет претерпел существенные изменения. В декабре движение провело конференцию, на которой обозначило основных лидеров из расчета, что каждый из них будет представлять одно из трех направлений, к которым относят себя активисты «Новой оппозиции»: И. Белецкий – националистов, Владимир Залищак – либералов, Марк Гальперин – демократов. Впоследствии деление на «главных» и «второстепенных» лидеров явно смазалось (или было смазано намеренно), и каждый из членов оргкомитета, мог, если хотел, говорить и от лица всего движения. Изначально от ультраправых в оргкомитет вошли И. Белецкий, Юрий Горский, Андрей Петровский и Денис Романов-Русский, а в феврале было объявлено о включении в «Новую оппозицию» находившегося на тот момент под арестом Дмитрия Демушкина, который, как сообщалось, должен был участвовать в управлении «Новой оппозицией» через «доверенных лиц». По всей видимости, этот шаг был предпринят для того, чтобы оказать поддержку находившемуся под следствием националисту. К тому же Д. Демушкин, в отличие от других вошедших в это движение националистов – фигура медийно известная и обладающая некоторым авторитетом. Позже к оргкомитету присоединились члены Партии националистов Валентин Алексеев и Константин Филин.

Внутренняя кухня «Новой оппозиции» оставалась закрытой для публики вплоть до небольшого раскола, произошедшего весной. Раскол, затронувший не только это движение, но и Партию националистов, случился из-за того, что одним из центральных персонажей конфликта был активист обеих организаций Юрий Горский.

Насколько можно судить по достаточно обрывочным заявлениям лидеров, в апреле у членов оргкомитета возник спор, по какому пути организации развиваться дальше: становиться вертикально-интегрированной организацией с достаточно широким исполкомом из 7–12 человек и с единым спикером (за этот путь агитировал Ю. Горский) или быть сетевой горизонтальной структурой (этот вариант отстаивал М. Гальперин)[6]. По всей видимости, большая часть активистов встала на сторону Гальперина. В итоге из «Новой оппозиции» выделилась группа из трех человек: Горский и поддержавшие его Дмитрий Степанов и Роман Ковалев. Впоследствии ситуация оставалась несколько неопределенной: это трио в публичном пространстве именовала себя спикерами «Новой оппозиции», но при этом, по свидетельству других членов Оргкомитета, вела обособленную политику, а на совместных публичных акциях шла отдельно. Таким образом, противоборствующие стороны продолжили выступать под одним брендом, что, по всей видимости, стало своеобразным компромиссом с целью избежать эскалации конфликта.

Ю. Горский покинул также ряды Партии националистов и в мае заявил о создании собственной организации под названием «Новая правая альтернатива». Насколько можно понять, причиной стал конфликт между Ю. Горским и И. Белецким – и тоже по поводу принципов руководства движением. Возможно, личные отношения между двумя националистами лежали в основе и ситуации, которая сложилась в «Новой оппозиции». Судя по всему, в обоих случаях Ю. Горского не удовлетворяла та роль, которая была ему отведена в руководстве. И нельзя сказать, что его уход существенно повлиял на жизнь этих движений.

Вокруг предвыборной кампании В. Мальцева концентрировались и другие группы националистов из числа противников «Русской весны», которые продолжили придерживаться логики присоединения к общепротестному движению.

Одной из таких групп является уже упоминавшийся выше Комитет «Нация и свобода» В. Басманова, который всячески поддерживал В. Мальцева в ходе его парламентской кампании. Несмотря на то что КНС явно выражал готовность идти на сотрудничество с «Артподготовкой», Комитет держится обособленно, что, судя по всему, связано с конфликтом с Партией националистов. Зимой-весной активисты КНС продолжали участвовать во многих акциях «Новой оппозиции» и В. Мальцева, но не попытались вступить с ними в альянс.

Из организационных новшеств у КНС можно назвать только появление весной молодежного крыла – Национальной организации русской молодежи (НОРМ), – которое, впрочем, никак себя пока не проявило. В целом, рассматриваемый период для КНС был скорее неудачным: год назад Комитет представлял собой самый крупный и заметный осколок Объединения «Русские», а уже зимой его на этом поприще изрядно потеснила Партия националистов. Возможно, сказывается давнее отсутствие в России самого лидера КНС.

Еще одним осколком Объединения «Русские» является национал-социалистическое движение «Черный блок» Владимира Ратникова (оно также входит в КНС), которое зимой-весной, помимо участия в некоторых общепротестных акциях, о которых речь пойдет ниже, активно пыталось найти новые формы привлечения сторонников. Организация начала проводить лекции, семинары, соревнования и даже запустила собственное радио, но, насколько можно судить, не особенно преуспела в наращивании кадровой базы. Судя по опубликованным отчетам, деятельность движения все еще вызывает достаточно низкий интерес, на его мероприятия приходит небольшое число активистов. Примечательно, что в апреле из «Черного блока» был исключен активист Един Баграмян, из-за которого движение в свое время подверглось критике со стороны других неонацистов и получило прозвище «Чумазый блок». «Черный блок» обвинил Баграмяна в предательстве, заявив, в свойственной национал-социалистам манере, что он начал «терять контроль над своей кровью и показывать свою небелую сущность … и предал Движение и Идею»[7].Что это все означает на практике, не сообщалось, но, возможно, исключение Баграмяна было всего лишь попыткой повысить свой авторитет среди НС-активистов.

Бывшие соратники «Черного блока» – умеренное национал-консервативное движение «Честь и свобода» Александра Самохина – могло зимой-весной похвастаться еще меньшими успехами. Насколько можно судить, никаких крупных новых проектов организация не запустила и несколько оживилась только к концу весны. Вероятно, это связано с тем, что ее лидер А. Самохин в феврале попал в серьезную автомобильную аварию и был занят лечением.

Новинкой зимы стало появление коалиции националистических движений «Координационный совет национальных сил» (КСНС), предложенной Национальным союзом России (НСР) Виталия Горюнова, Максима Вахромова и других. Эту небольшую организацию стоит рассматривать отдельно, так как она, во-первых, принципиально не столичная, а во-вторых, в отличие от всех вышеперечисленных, призвала соединяться все желающие оппозиционные группы националистов вне зависимости от их отношения к теме «Новороссии» или их религиозных предпочтений.

В декабре в КСНС вошли лидеры отделений «Славянской силы Северо-Запад» в Санкт-Петербурге и Великом Новгороде, Русского движения Вологды, новосибирской организации «Сибирь 18», Орловского фронта, Псковской русской вечевой республики, отделений Российского общенародного союза (РОС) в Калининграде и Хабаровске, а также ячеек НСР в Екатеринбурге, Красноярске и Туле. Позже из списка членов пропали лидеры отделений «Славянской силы Северо-запад» в Санкт-Петербурге и Великом Новгороде (они перешли в Партию националистов), но последний город все же получил свое представительство в новой организации, так как в КСНС вошел Дмитрий Смирнов, возглавляющий в Великом Новгороде Русский объединенный национальный альянс (РОНА).

Предполагается, что Координационный совет будет в первую очередь заниматься проведением согласованных между собой кампаний и публичных акций, что, благодаря географическому разбросу ячеек-членов, может стать базой для проведения таких крупных мероприятий, как «Русский марш», или же создавать иллюзию «всероссийскости» для акций с менее масштабной повесткой. Но пока КСНС себя почти никак не проявил, в том числе в ходе организации «Русского Первомая», а видимая часть его работы свелась к публикации в социальных сетях новостей от организаций, чьи лидеры вошли в его состав.

21 января КСНС выпустил программное заявление, в котором декларировал готовность участвовать в общегражданских протестах, но при этом заявил о намерении «противодействовать оппозиционным силам, не стоящим на национальных позициях, в их действиях, ущемляющих интересы народа»[8]. Уже весной стало известно, что член КСНС Александр Иванов (РОС, Калининград) присоединился к местному отделению «Открытой России», а позже другой член КСНС Георгий Павлов (Псковская русская вечевая республика) объявил о готовности сотрудничать с Алексеем Навальным.

Митинговая активность

Включенность в общее протестное движение

Зимой и, особенно, весной митинговая активность ультраправых все чаще стала проходить в рамках общих протестных акций, снова ставших заметным политическим феноменом по сравнению с 2016 годом. Отказ большинства ультраправых от акцентирования в публичном пространстве своей традиционной ксенофобной повестки сделал их деятельность в глазах общества трудноотличимой от общепротестного мейнстрима. Понятно, что такая тактика является во многом вынужденной, но, возможно, ее следует считать также сознательной мимикрией под националистический сектор демократического движения (может быть, даже по аналогии с Майданом).

В декабре наиболее заметной в плане митинговой активности была деятельность триумвирата Партии националистов (тогда еще фактически не оформившейся), «Новой оппозиции» и «Артподготовки». Единственный митинг, с организацией которого не было проблем, так как он состоялся в «гайд-парке» в Сокольниках, 11 декабря провел Вячеслав Мальцев. Акция была посвящена защите Конституции и собрала несколько десятков человек. Перед собравшимися выступили В. Мальцев, Ю. Горский и М. Гальперин.

Триумвират не смог добиться согласования «антикризисного» митинга в Москве, и тогда «Новая оппозиция» объявила, что после каждого отказа будет впредь проводить несогласованные «народные сходы» в защиту гарантированного Конституцией права на свободу собраний и в защиту политзаключенных.

Первый такой сход прошел 3 декабря у входа в ВДНХ и собрал несколько десятков человек. На акцию прошли и активисты КНС, но позиционировали себя в качестве наблюдателей. Как и следовало ожидать, сход закончился задержанием нескольких человек, что сыграло на руку организаторам, чье мероприятие благодаря этому привлекло внимание СМИ. Второй сход прошел месяцем позже, 14 января на Чистопрудном бульваре и тоже собрал несколько десятков человек. Эта акция закончилась более масштабными задержаниями, что снова побудило многие СМИ уделить внимание этому, в общем-то, совсем небольшому мероприятию. Третий сход состоялся 18 февраля и прошел в нетрадиционной форме: участники встретились у метро «Улица 1905 года» и в сопровождении полиции дошли до станции метро «Баррикадная»; по ходу движения лидеры выступали перед собравшимися. Таким образом, акция получилась гибридной: «народный сход» плюс «прогулка». Несмотря на попытки «Новой оппозиции» продвигать это свое мероприятие в качестве «ноу-хау» в уличных акциях, этот сход привлек меньше внимания, так как обошелся без задержаний.

В апреле «Новой оппозиции» наконец-то удалось согласовать свой «антикризисный митинг», который состоялся 8 апреля у станции метро «Улица 1905 года» и собрал более 100 человек. Помимо триумвирата, в нем приняла участие Русская правозащитная лига (РПЛ) Владимира (Истархова) Иванова. Акция привлекла мало внимания, так как митинг попал в тень антикоррупционной акции 26 марта.

Помимо сходов и митингов, зимой-весной «Новая оппозиция» и ее соратники продолжили проводить свои «прогулки», которые, начиная с января, стали очень быстро расширять географию. Напомним, идея «прогулок оппозиции» появилась в октябре 2016 года в Москве и была инициирована М. Гальпериным. Суть мероприятия достаточно проста: активисты без политической символики собираются в условленном месте и проходят группой по улицам города до какой-то точки, где каждый желающий может без использования звукоусиливающей аппаратуры выступить перед собравшимися. Главной «фишкой» акции является ее регулярность, так как, по замыслу организаторов, она должна проводиться минимум раз в неделю. В Москве идея прижилась достаточно быстро, а вот по остальным городам распространялась медленно. Как уже говорилось ранее, ситуация изменилась, когда на сайте «Артподготовки» появилась интерактивная карта «прогулок», что позволило самоорганизоваться местным сторонникам В. Мальцева и/или других организаций. Количество городов, в которых регулярно проводились прогулки, резко выросло от нескольких до нескольких десятков и продолжало достаточно устойчиво расти в течение всей зимы, охватив в марте более 100 городов. Несмотря на столь широкую географию, акции в большинстве случаев (кроме Москвы и Санкт-Петербурга) не особенно популярны и собирают, как правило, от 1–2 до 20 активистов. В мае количество отчетов об акциях начало сокращаться, что то ли вызвано снижением количества прогулок, то ли связано с нежеланием их организаторов лишний раз «светиться». В целом, инициативу смело можно признать удачной, хотя посещаемость, скорее всего, не оправдала надежд организаторов. Возможно, причиной стало то, что в «прогулочном движении» в регионах обозначилось явное доминирование активистов «Артподготовки», к которым, ввиду неоднозначности фигуры В. Мальцева, не все готовы присоединяться. Возможно, сказалось также периодическое противодействие акции со стороны властей: неоднократно (хотя и нельзя сказать, что регулярно) участники «прогулок» попадали в автозаки.

Остальные группы ультраправых в зимние месяцы были малоактивны и если и проводили уличные акции, то совсем незначительные. Это объясняется не только пассивностью националистических групп, но и сопротивлением со стороны властей.

Например, в январе Комитет «Нация и свобода» объявил о намерении провести в конце месяца всероссийскую акцию в защиту 26-й статьи Конституции, а в итоге смог провести только пикет из 6 человек в Саратове. Примерно так же вышло у коалиции Русский национальный фронт (РНФ) с анонсированным на 21 января большим антикоммунистическим митингом: РНФ не смог согласовать его с властями.

Исключением стала серия пикетов «Другой России» под лозунгом «Донбасс – это Россия», состоявшаяся 18 февраля в нескольких городах. На пикетах нацболы выступили против Минских соглашений и потребовали включить ДНР и ЛНР в состав РФ. Пикеты прошли в Москве, Санкт-Петербурге, Вологде и Шахтах (Ростовская область). Заметной по размеру была только петербургская акция, которая проводилась совместно с другими движениями (в том числе Левым фронтом) и собрала около 100 человек. В Москве же собралось около 30 человек.

Начиная с февраля, активность ультраправых групп еще больше начинает поглощаться участием в общей оппозиционной деятельности, а их самостоятельные акции отходят на второй план (не считая «Русского Первомая»).

Зимой главной общепротестной акцией стало уже традиционное шествие в память о Борисе Немцове, которое прошло 26 февраля в нескольких городах страны.

В Москве на шествии была построена «националистическая колонна», в которой прошли активисты Партии националистов, КНС, «Черного блока» и РПЛ. Всего колонна начитывала около 50–80 человек. Отдельно маршировала «европейская колонна», организованная группой РОНА Олега Филатчева. К ней присоединились активисты группы «Честь и свобода», но в общей сложности в «европейской колонне» было от 15 до 30 человек.

Примечательно, что после акции произошел небольшой скандал: КНС опубликовал отчет о шествии, в котором говорилось, что именно его соратники сформировали националистическую колонну, а шедшие в ней представители Партии националистов были обозначены как «бывшие члены ныне запрещённого Объединения “Русские”»[9]. Партия националистов, в свою очередь, опубликовала опровержение и заявила, что Комитет пытается просто присвоить себе чужие заслуги[10].

Самой значимой общепротестной акцией весны стали уличные выступления против коррупции 26 марта, которые инициировал Алексей Навальный. Основная масса лидеров праворадикальных объединения резко осудила массовые задержания и избиение участников акций. Фотографии «винтилова» заполнили националистические паблики и активно использовались впоследствии для протестной агитации. Однако такое единодушие было достигнуто только постфактум.

До акции ультраправые разделились на три неравные части. Первая группа состояла из тех, кто с той или иной степенью активности призывал на акцию не ходить, например, Е. Просвирнин[11], Игорь Артемов (РОНС)[12], лидеры РНФ[13] и т.д. Вторая группа, в основном те, кто ранее сделал ставку на сотрудничество с либеральной оппозицией, акцию активно поддержали. К ней можно отнести сторонников В. Мальцева, Партию националистов, КНС, «Черный блок», РОНА, а также Дмитрия Боброва (экс-НСИ) и движение «Русские СПб» Дины Гариной. Особенно усердствовали члены «Новой оппозиции» и В. Мальцев, которые призывали всех участников «прогулок» во всех городах присоединяться к акции, а в Москве агитировали своих сторонников приходить к Белорусскому вокзалу, чтобы всем вместе идти в сторону Кремля. Третья группа акцию до ее начала игнорировала, считая, видимо, чужим либеральным мероприятием, – это, например, Русское имперское движение, НКД и др.

Хотя акция была устроена так, что не предполагала никаких «колонн», участие перечисленных организаций было заметно. Примечательно, что часть лидеров Партии националистов специально отделилась от коллег по триумвирату и выдвинулась заранее, чтобы «под камеры» оказаться как можно ближе к приехавшему на акцию Алексею Навальному. В. Мальцев со сторонниками и активистами «Новой оппозиции» прошли отдельной группой от Белорусского вокзала и влились на Тверской в общую массу протестующих. Члены «Черного блока» оказались в самой гуще событий у памятника Александру Пушкину, где лидер организации В. Ратников развернул флаг с кельтским крестом и был немедленно задержан. К сожалению, оценить общее количество националистов не представляется возможным, так как они обычно трудноотличимы в толпе.

В Санкт-Петербурге на место проведения акции пришел Д. Бобров, активисты движения «Русские СПб», члены местного отделения КНС и другие. Примечательно, что формально и Д. Бобров, и сторонники Д. Гариной позиционировали себя в качестве «наблюдателей». Присутствовали также лидеры местной «прогулки оппозиции».

Так же, как и в Москве, в других городах нельзя оценить, какую долю участников составили сторонники тех или иных ультраправых объединений. Можно только предположить, что в тех городах, где прошли акции и где до того регулярно проводились «прогулки», количество националистов было выше, чем в других городах.

26 марта стало переломным моментом, с которого начался резкий подъем общеоппозиционной активности, внутри которой националисты стали немного теряться.

Следующим большим поводом для ультраправых выйти на улицы стала акция «#Надоел», которую 29 апреля проводило движения «Открытая Россия». В Москве в ней приняли участие несколько сторонников Партии националистов и РОНА. Постарались выделиться активисты КНС, которые, вместо того, чтобы отправлять обращения к Владимиру Путину не выдвигаться на новый президентский срок (в таком виде акцию запланировала «Открытая Россия»), предлагали сторонникам отправлять письма депутатам «Единой России» с требованием «переходить на сторону народа». Судя по всему, эта инициатива не нашла особой поддержки. Так или иначе, националисты приняли участие в акции «#Надоел» еще как минимум в 9 городах (Великий Новгород, Вологда, Калининград, Кострома, Липецк, Пермь, Псков, Сергиев Посад и Ульяновск), но нигде не вывели на улицу более 10–15 человек.

Эта акция интересна в первую очередь тем, что показала: выходы националистов на публичные мероприятия вместе с либералами перестали быть сугубо столичным явлением или прерогативой «прогулок» и постепенно распространяются на регионы.

Самым богатым на общеоппозиционные, правда, сугубо московские, акции стал май, когда их состоялось целых три.

Митинг 6 мая на проспекте Сахарова «Против политических репрессий» получился, вероятно, самым удачным для ультраправых. От националистов в нем приняли участие: не менее 10 человек из группы «Национал-революционный авангард» (НРА); несколько адептов партии «Воля» Светланы Пеуновой; несколько сторонников РОНА; 6–7 активистов КНС во главе с Владимиром Бурмистровым. Представители Партии националистов, «Артподготовки» и «Новой оппозиции» сформировали группу численностью около 30 человек. Праворадикалы сделали все возможное, чтобы их заметили другие участники: громко скандировали свои лозунги, принесли очень много флагов, рассредоточились по площади и т.д. Со сцены выступили В. Мальцев и В. Алексеев, а также представитель «Объединения перевозчиков России» под «имперским флагом».

Куда менее удачным стал следующий большой общеоппозиционный митинг – акция против «реновации» на том же проспекте Сахарова 14 мая. В 20-тысячной толпе присутствие националистов было совершенно незаметным. Реабилитироваться ультраправые попытались на следующей, куда менее крупной, акции против «реновации» 28 мая. Мероприятие было организовано в форме шествия, и националисты, как это часто бывает, разбились на несколько отдельных групп. На акции были замечены сторонники все тех же «Новой оппозиции», «Артподготовки», Партии националистов, КНС, РОНА, «Чести и свободы» и НРА. Самой многочисленной была группа триумвирата, состоявшая примерно из 30 человек. На этом шествии они вели себя несколько более агрессивно, чем на предыдущих, стараясь выделиться из общей толпы собравшихся: громко, через мегафон, скандировали традиционные лозунги («Один из всех и все за одного!», «Отменить 282!», «Свободу Дмитрию Демушкину!» и т.д.), даже вскидывали руки в нацистском приветствии, а в конце мероприятия стали пробираться к сцене через толпу, иногда толкая других участников. Со сцены, правда, выступил только В. Мальцев.

Как видим, на общепротестные акции приходит много групп националистов, однако суммарное количество их активистов остается весьма низким. Там, где посещаемость поддается подсчетам, националисты, как правило, могут похвастаться не более чем 60–70 активистами даже в Москве. По всей видимости, это объясняется нежеланием рядовых ультраправых выходить на улицы вместе с либералами, непреодоленностью расколов и недоверием к крайне правым политическим лидерам.

Помимо перечисленного, и в Москве, и в регионах за весенние месяцы прошло немало мелких акций националистов на самые разные темы, самой распространенной из которых была защита ультраправых заключенных. Стоит добавить, что многие националисты, посещая общепротестные акции, старались привлекать внимание к уголовным делам против своих соратников. Например, КНС часто шествовал с баннеров в поддержку Александра Белова, а Партия националистов, кажется, вообще везде появляется с плакатом с требованием освободить Д. Демушкина.

Традиционные акции

Не забывали ультраправые и свои традиционные поводы выйти на площадь.

Первой акцией, которая открывает череду ежегодно отмечаемых националистами дат, является «День героев», который проводится в конце февраля – начале марта в память о псковских десантниках, погибших во вторую чеченскую войну в Аргунском ущелье. В 2017 году акция состоялась 4 марта. В Москве лидеры Партии националистов возложили цветы к памятнику десантникам. В Санкт-Петербурге полтора десятка активистов НДП собрались на Серафимовском кладбище, где возложили цветы к памятнику лейтенанту Дмитрию Кожемякину, погибшему в Чечне в 2000 году. Насколько нам известно, акцию в федеральном масштабе в этом году никто организовывать не стал, и в регионах ничего существенного не проводилось. Если судить по последним годам, то «День героев», как, впрочем, и остальные ежегодные акции, когда-то инициированные ДПНИ, постепенно уходят в прошлое и с каждым годом привлекают все меньше внимания.

Стоит добавить, что в качестве то ли альтернативы, то ли дополнения отмирающей акции в этом году свой «День героев» – «День героев НС» – провел «Черный блок». 16 марта несколько активистов в каком-то лесопарке зажгли факелы и костер в виде свастики и сфотографировались с флагом НСДАП. Пока непонятно, почему акцию приурочили к 16 марта и будут ли ее проводить ежегодно.

Не особенно удачной получилась и следующая ежегодная акция – «День русской нации», которую 5 апреля проводит «Другая Россия» (к годовщине битвы на Чудском озере). Акция прошла в 8 городах и самой массовой стала московская, собравшая около 60–70 активистов. Год назад «День русской нации» другороссы смогли провести во вдвое большем количестве городов, в том числе в Санкт-Петербурге.

Отчасти более удачным стало главное для националистов событие весны – «Русский Первомай».

В Москве состоялись две основные акции ультраправых, одна из которых прошла 29 апреля (проводил РНФ), а вторая – 1 мая (проводила Партия националистов), обе – от метро «Октябрьское поле» до метро «Щукинская». Третью попытался организовать «Черный блок», но не преуспел.

Марш РФН прошел под лозунгом «За народный суд над олигархами и коррупционерами». В шествии участвовали партия «Великая Россия» Андрея Савельева, «Народное ополчение России» (НОР, ранее – «Народное ополчение им. К. Минина и Д. Пожарского», НОМП), Инициативная группа по проведению референдума «За ответственную власть» (ИГПР «ЗОВ», ранее – запрещенная Армия воли народа), Русское имперское движение (РИД), сторонники Светланы Пеуновой (запрещенная партия «Воля»), движение «За национализацию и деприватизацию стратегических ресурсов страны» Владимира Филина, Объединение перевозчиков России (ОПР), движение «Москвичи против сноса», два человека с флагом «За сухой закон», представители казачества. На шествии были замечены: экс-депутат от ЛДПР Николай Курьянович, руководитель Института высокого коммунитаризма Кирилл Мямлин, Елена Рохлина (Фонд поддержки русских политзаключенных), ветеран националистического движения Александр Иванов-Сухаревский, Максим Калашников (публицист имперско-патриотического толка, один из авторов «Русской доктрины»).

Всего, по подсчетам наших наблюдателей, в акции приняло участие около 200 человек, что в два раза больше, чем год назад, и примерно столько же, сколько в 2015 году. Скорее всего, прирост связан с появлением в рядах марша группы сторонников партии «Воля» и Объединения перевозчиков России. Кроме того, вероятно, сказался более удачный выбор даты марша, который пришелся на первый день выходных, а не на их середину, как год назад.

Второй марш, как уже говорилось выше, провела Партия националистов. В отличие от РНФ, организации удалось согласовать только шествие, но не митинг. В акции приняли участие представители следующих движений: Православные хоругвеносцы[14], Партия националистов, «Артподготовка», НРА и РПЛ. На акции, кроме лидеров этих организаций, присутствовал также М. Гальперин. Ю. Горский нес флаг тогда еще не представленной публично «Новой правой альтернативы».

Примечательно, что в сравнении с шествием РНФ марш Партии националистов контролировало существенно большее количество полицейских. Не обошлось и без задержаний: в ОВД попали 6 человек, включая Ю. Горского.

В акции Партии националистов приняло участие около 150 человек, что достаточно мало, так как организация претендует на то, чтобы быть преемницей запрещенного Объединения «Русские», которое, в свою очередь, собирало на «Русский Первомай» по 500 и более человек. Впрочем, в последний раз «Русские» смогли согласовать марш в 2014 году, когда митинговая активность рядовых активистов была существенно выше.

Несколько уменьшило (хотя, вероятно, незначительно) посещаемость марша Партии националистов то, что в нем не стали принимать участие сторонники КНС. Вместо этого Комитет провел 1 мая конференцию, на которую были приглашены представители либерально-демократических движений. В рамках конференции КНС пытался продвинуть свою кампанию бойкота «Единой Россией» и президента Путина. От КНС на конференции выступили Владимир Бурмистров, Евгений Вагнер и Георгий Шишкин, а от остальных движений Юрий Богомолов (рязанское отделение ПАРНАС); Владимир Залищак («Новая оппозиция»), Сергей Ерохов («Демократический выбор») и Денис Стяжкин (Партия 5 декабря). О каких-то реальных договоренностях, достигнутых в ходе конференции, не сообщалось.

Помимо Москвы, более или менее массовым стал «Русский Первомай» в Санкт-Петербурге, где ультраправые, как обычно, присоединились к общегородскому шествию и прошли в нем двумя отдельными колоннами. В первой шли активисты из НДП, РНФ, движения «Русские СПб», «Великой России» и другие – около 40 человек. Вторая колонна под названием «Непримиримая», организованная «Славянской силой – Северо-запад», прошла под черными флагами с баннером «Хватит кормить паразитов» – около 25 человек. В этой колонне также прошел организатор «Русских маршей» в Волгограде Игорь Могилев. Год назад шествие прошло теми же колоннами примерно той же численности.

Остальные акции выглядели малоубедительными и состоялись в Калининграде (около 15 человек), Костроме (10 человек) и Пскове (6 человек). Достаточно показательным стал в этом году пример Екатеринбурга, где впервые с 2012 года «Русский Первомай» было решено не устраивать. Как заявил один из традиционных его организаторов Максим Вахромов: «Люди немного устали от этого мероприятия. Из 8 членов местного комитета к проведению склонялись только двое»[15].

Таким образом, помимо Москвы шествия прошли еще только в 4 городах, что на один меньше, чем в прошлом году. Как мы уже отмечали, несмотря на обилие ультраправых митинговых инициатив, уличная активность рядовых праворадикалов остается низкой. Кроме того, на акции, вероятно, сказалось и давление со стороны правоохранительных органов и властей, которые зачастую просто отказываются согласовывать националистам их шествия.

Отдельно свои первомайские шествия провело движение «Другая Россия». Акции прошли в Москве (около 20–30 человек во главе с Эдуардом Лимоновым), Санкт-Петербурге (тоже около 20–30 человек), Красноярске (не более 20), Нижнем Новгороде (около 10 –15), Великом Новгороде, Волгограде, Сарове, Таганроге и Ульяновске (по несколько активистов). Не очень понятно, почему партия решила в этом году дистанцироваться от ультраправых организаций, хотя раньше в ряде регионов они выступали вместе.

Традиция митингов в память о погибших в Доме профсоюзов в Одессе 2 мая 2014 года, заложенная НДП и «Комитетом 25 января» (митинги проходили в нескольких городах) фактически оборвалась. Те же группы ограничились возложением цветов в Москве и в Томске.

В общем-то, неудивительно, что в существующих условиях традиционные акции у националистов не задаются и рядовые активисты, бывшие еще недавно «завсегдатаями», их плохо посещают. Раскол на ультраправом поле так и не удалось преодолеть, а значит, митинги и шествия получаются заведомо менее массовыми; у автономных националистов нет возможности выйти на улицы под интересующими их ксенофобными лозунгами; акции географически скукоживаются, так как их зачастую просто невозможно согласовать в регионах, и т.д. В этой ситуации для обычных активистов выходить на улицы зачастую представляется делом бессмысленным, а в ситуации давления на ультраправую среду – еще и опасным.

Иная активность

Зимой-весной 2016–2017 годов националисты продолжили проводить рейды с различной социальной повесткой, хотя их количество продолжает устойчиво снижаться с 2014 года. Напомним, за последние годы эта сфера также пострадала из-за активности правоохранительных органов, в результате чего против лидеров многих крупных рейдовых групп (Николая Бондарика, Дмитрия Боброва, Дмитрия Евтушенко, Алексея Колегова, Максима Марцинкевича и других) были возбуждены уголовные дела, а некоторые оказались за решеткой.

Самые популярные в прошлом рейды, направленные против выявления мест проживания «нелегальных мигрантов», больше почти не проводятся, по крайней мере – заметными организациями националистов. Изредка можно увидеть другой, близкий к нему, тип рейдов – выявление мест незаконной торговли (националистов по понятным причинам привлекают в первую очередь торговцы с «неславянской внешностью), хотя и здесь количество инициатив сокращается. Например, подобной деятельностью пыталось заниматься год назад Национально-консервативное движение Валентины Бобровой, но оставило эту затею; бросил ее и лидер запрещенного НСИ Д. Бобров, проводивший свои «зачистки» в Санкт-Петербурге. Два подобных рейда зимой-весной провел проект «Цитадель» движения «Черный блок», но деятельность эта не привлекает былого внимания.

Более распространенными остаются рейды националистов с антиалкогольной повесткой, и самыми известными в этой сфере остаются группы «Трезвые дворы» и «Лев против». Обе организации борются с распитием спиртных напитков в общественных местах, причем если «Трезвые дворы», как правило, пытаются стыдить нарушителей и предлагают им по собственной воле вылить алкоголь, то «Лев против» чаще отнимает спиртное силой, чем, естественно, вызывает конфликты и провоцирует драки.

Нравственную повестку пытаются отстаивать и те рейдовые группы, которые борются с объявлениями салонов интим-услуг и вообще с нелегальной расклейкой рекламы. Такие рейды тоже чреваты насилием, так как могут перерастать в нападения на сами салоны и расклейщиков.

В целом можно отметить, что рейдовая активность перестала быть массовым явлением и утратила былую значимость Рейдовым проектам националисты все чаще предпочитают иные формы активности, не настолько привлекающие внимание.

Например, продолжают действовать ставшие популярными после обострения конфликта в Украине многочисленные курсы военной подготовки и сообщества, проводящие разного рода боевые тренировки (курсы ножевого или рукопашного боя), но ажиотаж вокруг них явно пошел на спад. По всей видимости, спрос на подобные курсы, резко возросший в ответ на общую милитаризацию, был удовлетворен; на данном этапе странички националистов в социальных сетях перестали пестреть рекламой старых и новых инициатив этого толка.

Впрочем, разного рода тренировочные группы зачастую рассматриваются политически активными ультраправыми движениями в качестве источника для наращивания своей базы. Именно поэтому организации националистов стараются развивать близкие к ним военно-спортивные инициативы, а если таковых не имеется, пытаются налаживать отношения с автономными сообществами.

Например, КНС весной стал призывать всех желающих присоединяться к тренировкам, которые движение проводит то самостоятельно, то вместе с членами сообщества Asgard Time (расистское неоязыческое сообщество в соцсети «ВКонтакте», проводящее спортивные и военно-патриотические мероприятия). Русское имперское движение все еще активно зазывает в свой клуб «Резерв», где любой желающий может пройти курс военной подготовки, а Партия националистов уделяет внимание Школе казачьего ножевого боя, продолжившей свою работу и после ареста ее создателя Д. Демушкина.

Стоит отметить также рост привлекательности разнообразных публичных дискуссий, лекций, круглых столов, конференций, которым лидеры ультраправых уделяют все большее внимание. Такая деятельность скорее характерна для сторонников «Русской весны», которые пассивнее в иных форматах, но не только для них.

В апреле-мае националисты начали готовиться к новому избирательному циклу, и появились данные о намерении некоторых из них выдвигаться на сентябрьских муниципальных выборах в Москве. Например, от КНС планирует баллотироваться лидер московского отделения организации В. Бурмистров, который попросил ПАРНАС оказать ему поддержку. Своего кандидата, Павла Фоломкина, выдвигает движение «Честь и свобода». Стоит отметить появление в апреле муниципальной коалиции, получившей название «Москва и москвичи»; ее создателями стали Алексей Живов (Русское гражданское общество), Ростислав Антонов («Гражданский патруль», экс-НДП), Михаил Бутримов («Мой двор», партия «Родина») и другие. Посты председателей заняли член Общественной палаты России Георгий Федоров, связанный с националистами, а также лидер движения «Синие ведерки» Петр Шкуматов. Проект поддержала также НДП. Не все, кто объявил о готовности войти в новую коалицию, могут быть отнесены к праворадикалам, однако умеренные националисты в ней, видимо, количественно доминируют. Не очень понятно, как именно развивалась коалиция так как ее деятельность плохо освещается а странички в социальных сетях заполнены новостями о московских проблемах, например, о болезненной теме «реновации». Коалиция проводит тренинги по подготовке к выборам в муниципальные депутаты. Из националистов от нее, насколько можно судить, планируют выдвигаться Надежда Шалимова (НДП) и М. Бутримов.

Давление на ультраправую среду

Зимой-весной 2016–2017 годов правоохранительные органы продолжили проявлять повышенное внимание к лидерам наиболее активных оппозиционных организаций ультраправых.

За рассматриваемый период было начато сравнительное небольшое число новых уголовных дел. Это вряд ли можно счесть признаком снижения давления, скорее передышкой – следствием того, что большинство активных националистов-оппозиционеров и так находится под следствием или им уже был вынесен приговор. Так, за шесть месяцев были начаты следующие уголовные дела:

• В апреле был задержан глава новосибирской группы «Сибирь 18» Алексей Бахтин, который является подозреваемым по ч. 2 ст. 213 УК («Хулиганство по мотиву национальной ненависти») в связи с делом об избиении студента из Киргизии.
• В мае стало известно о возбуждении дела по ст. 282 УК («Возбуждение национальной ненависти») против лидера Русской правозащитной лиги (РПЛ) Владимира (Истархова) Иванова. Обыск в его доме был показан по каналу НТВ.
• В мае было возбуждено уголовное дело по ст. 282¹ УК («Организация экстремистского сообщества») против бывшего лидера движения Балтийского авангарда русского сопротивления (БАРС) Александра Оршулевича, а также нынешнего глава БАРСа Игоря Иванова и соратника организации Николая Мамаева[16].

Недостаточно активное заведение новых уголовных дел зимой-весной с лихвой компенсировалось резким скачком количества иных форм давления: задержаний, обысков и возбуждений дел административных[17]. Чаще всех внимание правоохранительных органов приковывали наиболее активные в проведении уличных акций и связанные с либеральной оппозицией лидеры Партии националистов и движения «Артподготовка». На их примере хорошо виден размах применения административных наказаний.

• В декабре против лидеров Партии националистов Ивана Белецкого и Юрия Горского было начато по два административных дела по ст. 20.2 КоАП («Нарушение установленного порядка организации митинга»). Оба националиста были оштрафованы.
• Вечером 26 марта, после московской антикоррупционной акции Алексея Навального, был задержан и позже оштрафован, видимо, по той же статье еще один лидер партии Денис Романов-Русский.
• В начале апреля во время одной из «прогулок оппозиции» то же произошло с сопредседателем партии Константином Филиным.
• В апреле против лидера «Артподготовки» Вячеслава Мальцева и его помощника Константина Зеленина были начаты административные дела по ст. 19.3 КоАП («Неповиновение требованиям сотрудников полиции») по факту их участия в акции 26 марта. Кроме того, В. Мальцев, судя по всему, получил статус свидетеля в деле о нападении на сотрудника ОМОНа на этом мероприятии. Оба активиста были приговорены к 15 суткам административного ареста, но обвинения в нападении на полицейского выдвинуты не были. Стоит добавить, что задержание В. Мальцева, находившегося в статусе свидетеля, проходило в манере, больше похожей на контртеррористическую операцию: полицейские взломали дверь оппозиционера в его саратовской квартире и самолетом переправили задержанного в Москву, хотя у него произошел сердечный приступ.
• В апреле в связи с той же акцией 26 марта были задержаны и допрошены И. Белецкий и Ю. Горский. Хотя оба активиста на акции 26 марта не присутствовали, в их квартирах прошли обыски. Стоит добавить, что Ю. Горский в результате обыска «заработал» себе еще один административный штраф, в этот раз по ст. 17.7 КоАП («Невыполнение требований следователя, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении»), за то, что кричал и махал кулаками на следователя, не снявшего в его квартире ботинки.
• В мае после «Русского марша» Горский был приговорен к штрафу и 3 суткам административного ареста по совокупности ст.ст. 19.3 и 20.2 КоАП.

Конечно, нельзя однозначно заявить, что все эти дела были начаты неправомерно, однако их количество заставляет говорить о политических мотивах их возбуждения. Похоже, власти видят в националистах потенциальный «боевой авангард» протестного движения и реагируют соответственно. Если власти действительно так оценивают ситуацию, то эта оценка не лишена оснований, но все-таки сильно преувеличена. Националисты с удовольствием распространяют информацию о своих «злоключениях», а подобные дела привлекают к ним внимание СМИ и других оппозиционных групп.

---

[1] Подробнее о создании Комитета см.: Альперович В. Юдина Н. Старые проблемы и новые союзы. Ксенофобия и радикальный национализм и противодействие им в 2016 году в России // Центр «Сова». 2017. 22 марта (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/publications/2017/03/d36630/).

[2] Просвирнин на собрании ОРДН // Youtube.com. 2017. 23 января.

[3] Стрелков на собрании ОРНД // Youtube.com. 2017. 21 января.

[4] Подробнее см.: Альперович В., Юдина Н. Старые проблемы и новые союзы...

[5] Изначально акция называлась «Прогулка оппозиции», но на сайте В. Мальцева ее именуют «Прогулки свободных людей». В итоге в публичном пространстве употребляются оба названия.

[6] «Новая оппозиция» раздваивается // Независимая газета. 2017. 31 мая (http://www.ng.ru/politics/2017-05-31/3_6999_newopposicia.html).

[7] Черный Блок без чумазых. Един Баграмян отписан от НС Движения // ВКонтакте. Страница движения «Черный блок». 2017. 26 мая.

[8] Программное заявление Координационного Совета Национальных Сил // Facebook. Cтраница Национального союза России. 2017. 21 января.

[9] Комитет «Нация и Свобода» принял участие в марше против политического террора // ВКонтакте. Страница Комитета «Нация и свобода». 2017. 27 февраля.

[10] ИНФОРМАЦИОННОЕ СООБЩЕНИЕ. От оргкомитета «Партии Националистов» // ВКонтакте. Страница Ивана Белецкого. 2017. 27 февраля.

[11] На митинг завтра не иду // ВКонтакте. Страница Егора Просвирнина. 2017. 25 марта.

[12] Идти ли на митинги Навального и Вороненков в Киеве // Youtube.com. 2017. 23 марта.

[13] ...Русские люди! Не забывайте, Навальный, Мальцев и прочие лидеры этих протестных мероприятий – люди СИСТЕМЫ // ВКонтакте. Страница Русского национального фронта. 2017. 27 марта.

[14] Группа, отколовшаяся от Союза православных хоругвеносцев Леонида Симоновича-Никшича.

[15] Националисты Екатеринбурга устали от «Русского марша» // Открытая Россия. 2017. 27 апреля.

[16] Калининград: арестованы трое членов «Балтийского авангарда русского сопротивления» // Центр «Сова». 2017. 29 мая (http://www.sova-center.ru/racism-xenophobia/news/counteraction/2017/05/d37177/).

[17] А также заведением целого ряда новых дел уже летом, что привело к бегству из России В. Мальцева и Ю. Горского, но эти события лежат вне хронологических рамок доклада.

Источники

• Альперович В. Ультраправые в протесте. Зима-весна 2016-2017 гг. // Полит.ру. 2017. 10 августа.