Игорь Клямкин: "Об американских санкциях и российских пропагандистах"

"Как и в предыдущие послекрымские годы, три отпускных недели пребывал в положении объекта пропаганды российского ТВ, т.е. потребителя транслируемых им сведений о текущих политических событиях и их смыслов. Главным событием в это время был узаконенный американскими конгрессменами и американским президентом пакет новых антироссийских санкций, по масштабу своему беспрецедентных. И мне, как единице телеоблучаемого народонаселения, все каналы солидарно объяснили, как к этому следует относиться", - пишет вице-президент фонда "Либеральная миссия" в Facebook.

"Не скрывали, что речь идет о серьезном и жестком внешнем вызове, мотивированном желанием вызвать неприятные для страны и государства последствия. Именно для страны и государства – тем, что в санкционном пакете предусмотрено и целенаправленное отслеживание источников неуклонно растущего финансового благополучия российского правящего класса, сознание обывателя отягощать не стали. Его внимание сосредоточили на том, что заокеанские враждебные действия мотивированы желанием воспрепятствовать экономическому и технологическому развитию России, как не зависимой от Запада и ему альтернативной цивилизации. И потому ей предстоит найти на брошенный ей вызов адекватный ответ, и она, как бывало уже не раз, его непременно найдет.

Для этого ей предстоит избавиться от болезни самоуничижения, поразившей ее со времен перестройки и проявившейся в насмешках насчет идеи "особого пути". Ее исторический путь всегда был особым и должен таковым оставаться, ибо только на нем ей гарантированы государственное выживание и международное влияние. А смысл этого пути – в ставке на военную силу, позволяющую действовать в соответствии со своими государственными интересами, как они понимаются, независимо от того, как мир на это реагирует. С убежденностью, что наше дело, как всегда, правое.

Поэтому не стесняться следует своей особости и на других непохожести, а гордиться. Поэтому губительны для государственности насаждавшиеся со времен той же перестройки представления о российской отсталости и необходимости кому-то подражать и кого-то догонять. Конкурентоспособность страны обеспечивается не гонкой за мировыми лидерами, а установкой на их опережение и лидерство собственное. Если же в экономическом и технологическом развитии конкурентоспособность эта сегодня слабовата, чем недоброжелатели надеются воспользоваться, то ее предстоит форсированно наращивать, опираясь на собственные силы, собственные модели развития и кооперацию со странами, в ней заинтересованными. От экономической и технологической зависимости от Запада, становящейся для него долговременной козырной картой, следует освобождаться окончательно и бесповоротно.

Это, конечно, пока всего лишь пропаганда, насаждающая в обществе определенную атмосферу. Власть свой выбор в новой ситуации еще, похоже, не сделала и не оставляет надежд на хотя бы частичное возвращение к докрымским и додонбасским отношениям с Западом, от своих нынешних позиций существенно не отступая. Возможно, все еще уповает на Трампа, вынужденного считаться с почти единодушным мнением законодателей, отражающим мнение американского общества, но от мнения этого дистанцирующегося. На то, что новые санкции не будут при нем запущены. И еще на неприятие отдельных положений санкционного пакета в Европе. Но и настроения, подогреваемые с телеэкранов прокремлевскими политиками и экспертами, тоже вряд ли случайны.

Эти политики и эксперты воодушевляют себя тем, что, в отличие от прежних времен, общее технологическое отставание России от Запада не сопровождается ее военно-технологической уязвимостью благодаря унаследованным от предыдущей эпохи ядерным арсеналам и достаточности ресурсов для модернизации обычных вооружений. Поэтому и соблазнятся мыслью, что время догоняющих моделей развития можно оставить в прошлом, полагая, что военную самодостаточность можно распространить на невоенные сектора экономики. Но это не получалось в советскую эпоху, и нет оснований надеяться, что получится в постсоветскую. Не просматривается даже намеков на появление собственных автономных моделей экономического роста и социального благополучия, но хорошо просматриваются системные барьеры, такому росту и такому благополучию препятствующие.

Точнее, модель эта просматривается разве что в том, что глава государства лично присматривает за сооружением объектов под проведение олимпиад, чемпионатов мира или моста через Керченский пролив. А в последнее время занялся еще и целеустремленным точечным устранением системных барьеров по заявкам населения, контролируя ликвидацию городских свалок, пресекая незаконные поборы родителей ради приобретения школами парт и другими полезными делами. Но страна большая, точек неблагополучия много, а президент один. Когда же он пробует запустить отдельные механизмы системной самонастройки, дабы освободить, скажем, бизнес от чрезмерной опеки чиновников и правоохранителей, то его многочисленные указания оставались и остаются невоплощенными. В том числе, и потому, что сам он главный бенефициар, а потому и заложник им же созданной системы.

Так что впечатление от ТВ-агитации за самодостаточную экономику, к внешним вызовам нечувствительную, ставшую пропагандистским ответом на американские санкции, создается такое, что ничего конкретного об этой самодостаточности агитаторы сказать не могут, но готовят народонаселение к тому, что самодостаточность эта может быть обеспечена за счет его благосостояния".