Оригинал материала
Протрите хрустальный шар
Ошибка Росгидромета в прогнозе майского урагана в Москве стала одной из причин его "катастрофических последствий", считают в Генеральной прокуратуре. Об этом сообщает "Коммерсант" со ссылкой на официального представителя надзорного ведомства Александра Куренного.
Генпрокуратура просит главу Минприроды Сергея Донского активизировать работу "по повышению точности прогнозирования Росгидрометом опасных природных явлений, приводящих к стихийным бедствиям", отметил Куренной.
По итогам проверки в Генпрокуратуре сочли, что "одной из причин катастрофических последствий стихийного бедствия стал неточный прогноз, предоставленный ФГБУ "Центральное УГМС", согласно которому 29 и 30 мая в регионе порывы ветра при грозе не должны были превысить 17–22 м/с". Фактически скорость ветра достигала 30 м/с.
Кроме того, в Генпрокуратуре рекомендует Донскому усилить контроль над деятельностью Росгидромета "по формированию государственной сети по наблюдению за состоянием окружающей среды и ее загрязнением". Сегодня государственная сеть мониторинга атмосферного воздуха не соответствует нормативам, а в восьми регионах пункты наблюдения вообще отсутствуют.
Росгидромет не согласился с обвинениями Генпрокуратуры в неточных прогнозах, заявил РБК заместитель руководителя ведомства Игорь Шумаков. "Прогноз был верный", - сказал он. В течение дня Росгидромет подготовит расширенный ответ Генпрокуратуре.
29 мая в результате урагана в столице погибли 11 человек, в Подмосковье - пятеро. За медицинской помощью в Москве обратились 168 пострадавших, 146 из которых были госпитализированы. В Подмосковье в больницы попали 34 человека. Состояние некоторых пострадавших оценивалось как тяжелое.
Ветер повредил в Москве более 30 тысяч деревьев, свыше 2 тысяч автомобилей, кровли сотен зданий. По предварительным оценкам, размер причиненного ущерба составил около 200 миллионов рублей.
Перед ураганом москвичи не получали уведомлений от МЧС об ухудшении погоды. В ведомстве затем заявили, что полученный от Росгидромета прогноз не предполагал экстренного оповещения.