«Реакция на „Три билборда…“ меня шокировала. В хорошем смысле»

Интервью драматурга и режиссера Мартина Макдонаха, снявшего «Залечь на дно в Брюгге»

«Три билборда на границе Эббинга, Миссури» — третий фильм английского режиссера и драматурга ирландского происхождения Мартина Макдонаха, автора картин «Залечь на дню в Брюгге» и «Семь психопатов». Антон Долин посмотрел в Венеции трагикомедию о женщине, потерявшей дочь и требующей правосудия, и поговорил с Макдонахом о его новой работе, которую критики назвали лучшей в карьере постановщика.

— «Три билборда…» — большой студийный фильм. Не было проблем с продюсерами, давления с их стороны?

— Верьте или нет, но этот фильм — самый простой из тех, что я сделал. Мне вообще обычно везет с продюсерами, но на этот раз они совсем не вмешивались. Увидели и прочитали сценарий, услышали мой ультиматум — «никаких советов и право финального монтажа» — и сразу согласились. Я бы, может, и послушал доброго совета, но их не было. Это была персональная работа, которую мы с актерами сделали вместе именно такой, какой хотели.

— Когда новый сюжет приходит вам в голову, вы с самого начала знаете, превратится он в фильм или в пьесу?

— Знаю, с первого дня. Если действие замкнуто в одном месте и там помещается всего несколько персонажей, то будет театральная пьеса. Если есть скачки во времени, особенное пространство или пейзаж и много персонажей — значит, это фильм.

— Пейзаж Миссури предполагался изначально? Или вы могли переместить действие, допустим, в Европу?

— Это мог быть и не Миссури, а любой другой южный штат США. С тяжелым прошлым, живой памятью о расизме. Уж точно не Европа: это чисто американская история. Такие дороги и рекламные щиты только в Америке встречаются.

— Вы там бывали, да?

— Много раз за последние пятнадцать лет проезжал через всю Америку насквозь, всегда начинал путешествие в Нью-Йорке. Часами смотрел в окно и любовался пейзажами, останавливался в небольших городках и разговаривал с людьми. Потом таким же образом выбирал место для съемки. Надеюсь, мой взгляд в этом не фильме — взгляд не аутсайдера, не чужака. Мои путешествия и наблюдения должны были помочь. Хотя я всегда был на юге проездом и не жил в Штатах дольше, чем три месяца подряд.

— А откуда взялась эта конкретная история?

— Я проезжал несколько лет назад на поезде мимо подобных рекламных щитов. На них была похожая надпись, адресованная полиции, — ее обвиняли в бездействии. Щиты мелькнули и исчезли, я не успел их толком рассмотреть, но не переставал о них думать. Будто о привязчивом сне. Дело было в одном из южных штатов. Я стал думать: какая же боль и какой гнев могли заставить кого-то повесить такие щиты? Я решил, что это должна была быть страдающая мать. Так появилась она, Милдред.

— Впервые ваша главная героиня — женщина.

— И то правда, в предыдущих двух картинах «Залечь на дно в Брюгге» и «Семи психопатах» — в основном мужчины. Но я это только сейчас осознал. Понимаете, я всю жизнь пишу пьесы для театра, и там у меня хватает сильных центральных женских персонажей. Что ж, пришло время об этом узнать и тем, кто смотрит только мои фильмы, а в театр не ходит.

Нет, я хотел не женщину поставить в центр истории, а уникального персонажа — целеустремленного, сильного, зацикленного на одной задаче. Таких у меня раньше не было. Я был в восторге, что мне удалась героиня. Я сам не знал, каким будет ее следующий шаг и что у нее на уме. Она бьется за правое дело, но при этом опасна для окружающих. Не будь ее — не было бы и фильма.

— Вы с самого начала знали, что ее сыграет Фрэнсис Макдорманд?

— Да, не мог себе представить в этой роли больше никого. Такая цельность, уязвимость, юмор, сила… Она сумела невероятное — сыграть простую женщину без снисходительности и фальши. Никто бы другой не смог.

— Вы всегда пишете для конкретных актеров?

— Нет, только иногда. В театре — гораздо реже. Но Сэм Рокуэлл играл в моих картинах дважды, и оба раза я писал роли именно для него.

— А еще для кого?

— Для Питера Динклейджа! Не подумайте, что дело в «Игре престолов». Я сто лет назад хотел задействовать его в моем фильме. Он не снялся в «Залечь на дно в Брюгге» по чистой случайности. Я знаю его как театрального актера из Нью-Йорка, давний его поклонник. Наконец-то представилась возможность, и я ужасно доволен. Персонаж у него чудесный, мне даже обидно, что его в фильме так мало. Может, сделаю сиквел специально для него? Мне кажется, и героине втайне жалко, что такой славный парень лишь ненадолго зашел в ее историю.

— Насколько важным для вас было соблюдать баланс юмора и драмы? Ведь сюжет по большей части сводится к череде трагедий.

— Я всегда работаю так, без юмора писать не способен. Ни одна история не может быть настолько серьезной, чтобы не пустить в себя юмор. Но я старался держать его под контролем. У нас были такие остроумные актеры — Фрэнсис, Сэм. Мы сняли много комичных сцен, причем однозначно удачных, которые потом решили вырезать, чтобы соблюсти баланс. Не волнуйтесь, они все войдут на подарочное издание DVD.

— Откуда вы позаимствовали, от кого унаследовали эту комбинацию смешного и трагичного? Кого считаете своими вдохновителями в кино и драматургии?

— Гарольд Пинтер — мой кумир. Среди драматургов он вдохновил меня больше других. О нем часто говорят как о мрачном и суровом авторе, но мне его пьесы кажутся невероятно забавными. Всегда смеюсь, когда их читаю. Дэвид Мэмет тоже мне очень нравится… и тоже кажется смешным! Честно говоря, я и над «Таксистом» со смеха умираю. И ничего смешнее «Злых улиц» в жизни не видел.

— Необычная часть драматургии фильма — то, что поиск убийцы вовсе не является ее центром.

— Я знал с самого начала, что будет так. Интересно путешествие, а не финальная его точка. Если ты смотришь фильм, чтобы выяснить, кто убийца, то тебе неинтересно его пересматривать. А я надеюсь, что мы сняли не одноразовую картину. Мы целились во что-то более глубокое, грустное и сложное.

— Одна из самых неожиданных песен в саундтреке — «Chiquitita» ABBA. Как она появилась в фильме?

— Первоначально мы хотели, чтобы она звучала в сцене пожара в полицейском участке. Но потом сообразили, что слова песни помешают расслышать письмо шерифа, и пришлось отказаться от этой идеи. Но песни было жалко, я вообще фанат ABBA. И мы решили, что герой Сэма Рокуэлла будет слушать ее в участке. Мне кажется, это многое объясняет в этом персонаже.

Конечно, была проблема с получением прав. Купить песню ABBA официально практически невозможно, настолько это дорого. Поэтому я написал письмо самим авторам, Бенни и Бьорну: мол, денег у нас нет, но мы любим вашу музыку и очень бы хотели использовать ее в нашем фильме. Они ответили: «Присылайте сцену из сценария». Тут я задумался: ведь вырванной из контекста она кажется смешной, нелепой сценой с легкомысленной песенкой, но в картине эпизод идет за сценой смерти одного из главных героев. В общем, послал им сразу несколько страниц. Они моментально ответили согласием. В итоге это самая дешевая песня в нашем саундтреке.

— Вы серьезно подходите к саундтрекам?

— О, да! Любимая часть работы. Обычно я использую менее известные песни, чем этот хит ABBA. У меня есть свои фавориты в самых разных жанрах. Я составляю плейлист на время съемок, и у меня много запасных вариантов: эта песня не подойдет — поставлю ту, другую.

— Как вы относитесь к мнению, что «Три билборда…» — фильм о том, какой стала Америка после выборов Трампа?

— Нет, нет, нет, я написал сценарий до выборов и вообще не имел в виду ничего подобного. Пожалуйста, не надо обобщений. Это даже не фильм об Америке маленьких южных провинциальных городков, а история о конкретных персонажах в конкретном, хотя и вымышленном, городе. Кто-то увидит совпадения с реальностью, я ничего не могу здесь поделать. Честно не знаю, как реагировать на такие комментарии. У меня есть свое мнение обо всех важных политических событиях, но я снимаю фильмы не для того, чтобы его высказать.

— А как вам нравится оценка многих критиков, что «Три билборда…» — ваш лучший фильм?

— Когда я его делал, то надеялся только на то, что мне удастся сравняться с «Залечь на дно в Брюгге». Реакция на «Три билборда…» меня шокировала. В хорошем смысле. До сих пор не верю, что это происходит со мной. Но знаю, что студия передвинула выпуск фильма на зиму, что говорит об их готовности выдвигать его на разные награды. Думаю, это благодаря фантастическим актерским работам.

Сам же я доволен, что стал спокойнее и перестал беспокоиться на съемках о малозначительных деталях. Раньше днями переживал насчет выбора костюма для актера. Сейчас сразу показываю пальцем: «Этот». И забываю об этом начисто.

— Последний вопрос. Ваш брат Джон — тоже режиссер. Никогда не думали поработать вместе?

— Нет! Ни за что! Я был однажды исполнительным продюсером его фильма, но все мое продюсерство свелось к тому, что я передал [актеру] Брендану Глисону конверт с его сценарием. Мы никогда не обсуждаем кино и наши проекты. Не поймите неправильно, мы очень дружны. Просто у каждого из нас своя дорога.

Антон Долин